Чтение онлайн

— Быстрее, — крикнул я Иванду и прыгнул вперед. Иван последовал моему примеру, и через мгновение мы вывалились на пол Кощеевой библиотеки.

— Стой, Джим! Господь покарает тебя! Я скажу вдове, и тебя продадут на Юг! — успел я еще услышать крик священника.

Интересно, за какого Джима приняли Иванду? Но этого я не узнал, так как вновь оказался в замке Кащея. Холмс стоял рядом с опасно накренившимся шкафом, любовно поглаживая вытащенную из-под ножки книгу. «Приключения Тома Сойера», — прочитал я на обложке и сразу все понял. Как же, известный юмористический романчик...

— Печально, печально, — Кубату прошелся по библиотеке, подозрительно поглядывая на отобранную Холмсом стопку книг. — Что мы имеем? Побывали в двух вымышленных мирах, детей не нашли. Бесцельно потраченное время.

— Почему же «бесцельно»? — возмутился Холмс. — Все было интересно и, не побоюсь сказать, поучительно. В детстве книга о Томе Сойере оказала на меня огромное влияние! Особенно продолжение, «Том Сойер — сыщик». Том блестяще применяет дедуктивный метод, который я впоследствии развил.

Помолчав немного, Холмс смущенно добавил:

— Я и детективом-то решил стать, подражая мистеру Сойеру. Вот. Никогда, никому в этом не признавался...

Шерлок достал трубку и нервно закурил. Кубату и Мак-Смоллет смущенно переглянулись, Иванду крякнул. Я подошел к Холмсу, положил руку ему на плечо и тихо сказал:

— Не смущайтесь, друг мой. Я ведь тоже... врачом стал, начитавшись «Доктора Дулитла».

— А я... я... — Кубату сглотнул комок в горле, — я генералом-диверсантом стал, потому что в детстве «Семнадцать мгновений весны» прочитал. Хорошая книга, душевная. Я потом еще продолжения пробовал писать: «Восемнадцатое мгновение весны», «Девятнадцатое...»

— Я, — пробасил внушительно Иванду, — как грамоте обучился, так сразу бояна французского — Дюму — читывать стал. Вот... — он сокрушенно развел руками, — дочитался.

Мы все повернулись и уставились на Мак-Смоллета. Тот смущенно заерзал:

— Ну... а чего... нормально. Меня в детстве орфографический словарь потряс. Слов много, все разные... Стал переводчиком.

— Друзья! — Кубату обвел нас большими влажными глазами. — Возьмемся за руки, друзья! Всех нас книги наставили на путь истинный! Всем лучшим в нас мы обязаны книгам! Книга — лучший учитель! Книга...

— Лучший подарок! — радостно встрял Мак-Смоллет. Кубату поперхнулся, закашлялся и неуверенно предложил:

— Может это... отдохнем, поспим...

Я был с ним согласен, однако Холмс, почему-то, придерживался иного мнения.

— Скажите, генерал, — обратился он к Кубату, — а можем ли мы отдохнуть в вымышленном мире? Выспаться, покушать, попутно ища юных джентльменов?...

— Попал в цвет, — поддержал Холмса Мак-Смоллет.

— Ребятам, конечно, трудно, но и мы устали... — почесал затылок генерал. — Холмс, вероятно, у вас есть и более серьезные аргументы в пользу этого плана?

— Есть. Этот черный маг, Кащей Бессмертный, он на свободе?

— Да, скрывается, и где — неизвестно, — признал Кубату.

— Так вот, — продолжал Шерлок, — что если негодяй вернется в свой замок и нападет на нас, пока мы спим?

Все переглянулись. Я, хоть и не мог до конца поверить в волшебство, спросил:

— Кубату, а у вас есть... э-э-э... защита против магии? Заклинания, амулеты, молитвы?

— Как вы уже убедились, дорогой Ватсон, — сухо ответил Кубату, — нет.

— Значит мы в опасности, — заключил Холмс. — Несмотря на ум генерала, отвагу и силу Иванду, находчивость Мак-Смоллета, а также наши скромные способности — угроза от Кащея остается. Не лучше ли нам ночевать в Вымышленных мирах?

— Там тоже опасно... — уже соглашаясь сказал Кубату. — И магия порой бывает...

— Но не такая черная! — Холмс заявил это, не заметив, как насупился и помрачнел Иванду. Порой мой гениальный друг был несколько бестактен.

— Ладно, — решил Кубату. — Давайте взглянем, куда направимся на ночлег...

Он подошел к стопке книг, выбрал одну... Удивленно наморщил лоб.

— А это еще что за книга? Авторы незнакомые...

Повертел книгу в руках и сказал иронически:

— Ну а название-то... «Сегодня, мама!» Книги надо называть по-другому, интригующе и экзотически. Скажем: «Тегеран, сорок пять минут первого ночи...» Так, о чем здесь пишут-то?

Раскрыв книжку Кубату с выражением прочитал:

«Между тем наши собеседники окончили короткое совещание, и оранжевоголовый откашлялся.

— Давайте знакомиться, детишки, — сладким голосом сказал он. — Я дядя Смолянин, младший майор космофлота Земли; переводчик.

— Земли? — ахнули мы с братом.

— А он, — Смолянин сделал жест в сторону зелено-белого, — генерал-сержант Кубатай, командующий космофлотом, лицо особо важное.

Выдержав короткую паузу, он добавил:

— На вид он — хитрый перец. Но душа у него добрая, ребятишки.»

Не знаю, чем этот незатейливый отрывок так поразил Кубату и Мак-Смоллета. Кубату застыл с открытым ртом, а Мак-Смоллет отступил на шаг и прикрыл голову руками.

— Так... — прошептал Кубату. — Это... что... как же так? О ком?

— Мне кажется, — сухо сказал Холмс, — что в этом отрывке говорится о генерале Кубатае и переводчике Смолянине. Что-то мне напоминают эти имена, джентльмены...

И тут меня осенило. Пользуясь дедуктивным методом моего друга, я сделал великое открытие раньше, чем он сам!

— Кубату! — заорал я. — Вы не Кубату, вы Кубатай! А Мак-Смоллет — это Смолянин! Я разоблачил вас!

Холмс страдальчески посмотрел на меня; видимо, своей догадливостью я уязвил его честолюбие. Сказал:

— Бесспорно, бесспорно. Ватсон прав. Так что же вы нам скажите, джентльмены?

Кубату по-прежнему смотрел в пространство и бормотал:

— Как... что... я — хитрый перец? Я, генерал-сержант, диверсант, герой и — «хитрый перец»?

— Но душа у тебя добрая! — пискнул Смолянин. — И вообще все неправда, я такого не говорил!