Чтение онлайн

Элен ощетинилась.

— Я здесь не ради денег.

— Отлично, пожертвуйте их на благотворительность. Я просто хочу разрядить обстановку, пока она не ухудшилась.

— Это ваше единственное намерение?

— Да.

— Как я могу вам поверить?

— Мне было приказано убить этого ублюдка, и я бы с радостью сделал это. Думаю, вы, из всех людей, можете этому поверить. Но я не собираюсь убивать его, поскольку думаю, что он действительно может спасти жизнь многим людям.

Джентри полагал, что Элен по-прежнему более или менее шокирована событиями в Дарфуре. Возможно, она не верила ему, и этот телефонный разговор для нее был очередным невероятным событием, которое с трудом поддавалось осмыслению. Он не удивился, что она надолго замешкалась. Наконец она откашлялась и заговорила:

— Сейчас я пойду наверх и поговорю с самим прокурором. Мы найдем способ попасть туда и забрать Аббуда.

— Превосходно.

— Вы поедете в Гаагу вместе с ним?

Корт хмыкнул.

— Чтобы избавить Международный уголовный суд от очередной бесплодной охоты на человека?

Элен рассмеялась. У нее был хороший смех — глубокий и беспечный. Корт был уверен, что раньше не слышал, как она смеется.

— Я еще не начала составлять обвинение против вас.

— То есть пока что?

Очередная пауза. Судя по ее напряженному тону, Корт мог понять, что она борется с этой проблемой.

— В вас есть много хорошего, Шестой. Я вижу это сквозь трещины в вашей броне.

— Теперь вы стали психотерапевтом?

— Увы, не нужно быть психотерапевтом, чтобы видеть эти трещины.

— Вы меня не знаете.

Она сменила тему.

— Я знаю, что вы не из ЦРУ. Я сделала несколько звонков: мои источники говорят, что сотрудники ЦРУ не работают в Дарфуре.

— Я говорил вам то же самое.

— Но если вы не из ЦРУ, то откуда?

— Это не имеет значения.

— Конечно же, имеет, Шестой. МУС не поможет вам, если они не будут знать, с кем имеют дело.

— Я работаю по частному контракту.

— Частный подрядчик нанял вас, чтобы вы похитили президента и передали его МУС?

— Да.

— А потом он велел вам убить Аббуда.

— Совершенно верно.

Она надолго замолчала, видимо, борясь с недоверием.

— Кто этот частный подрядчик?

— Не могу сказать.

— Но вы обязаны.

Корт знал, что дело дойдет до этого. Он постарался придать лицу искреннее выражение, хотя и говорил по спутниковому телефону.

— Ладно, у меня контракт с частными лицами из США. В основном это люди из области искусства и киноиндустрии.

Орикс сам подал ему эту идею.

— Искусства и… Вы хотите сказать, что кинозвезды заплатили вам за это?

— В общем, да. Так оно и есть.

— Это ваша легенда?

Корт улыбнулся. Элен была умной женщиной. Слишком умной, чтобы поверить ему, но также достаточно умной, чтобы не отказывать человеку, который был готов преподнести ее организации президента Судана на серебряной тарелке. Она подыграет ему.

— И я буду придерживаться ее, — ответил он.

— Ладно, — это было сказано озабоченным тоном, словно она была не уверена, что сможет продать эту байку своему начальству. — Я перезвоню вам. Вы сейчас в безопасности?

Корт вздохнул.

— Да, Элен. Здесь очень уютно.

— Я постараюсь все сделать побыстрее.

Рассвет занимался над спокойными водами Красного моря, пока Корт вел «Шкоду» на север по прибрежному шоссе, ведущему от Порт-Судана к границе с Египтом. Из окна со стороны водителя он видел знаменитые холмы Красного моря, а с пассажирской стороны, мимо избитого и бесстрастного лица Орикса, темная вода начинала поблескивать в предрассветных сумерках.

Часом раньше он объехал Порт-Судан с запада под прикрытием темноты, и теперь «Шкода» была единственным автомобилем на ровной дороге. Корт беспокоился насчет военных пропускных пунктов, но здесь их не было. Поздним вечером он видел несколько полицейских автомобилей, но не почувствовал никакой угрозы.

МУС понадобился целый день, чтобы разработать план эвакуации Орикса, и Корт не был посвящен во многие подробности. Он знал, что ему нужно доехать до приморского пансиона для любителей подводного плавания примерно в двадцати милях от египетской границы, которым управляла чета пожилых датчан. Там он должен был ждать прибытия группы следователей МУС, которые уже находились в пути из Греции. Элен Уолш с ними не будет, и Корт находил это обстоятельство достойным сожаления, хотя и не хотел подвергать ее опасности.

Сам Джентри был не намерен уезжать вместе с группой МУС. Нет, он погрузит Орикса в моторную лодку, в вертолет или во внедорожник, а потом отправится в другую сторону. Он рассчитывал, что сможет позаимствовать моторку для ныряльщиков в прибрежном пансионе и уплыть на север, в Египет. У него кончится бензин еще до границы, но тогда он причалит к берегу и дальше пойдет пешком и ночью пересечет границу в пустыне вместе с какими-нибудь дружелюбными бедуинами.

Ему придется это сделать с гнойной инфекцией в спине, без антибиотиков и болеутоляющих препаратов. Он вылил на рану остатки антисептика еще вчера вечером, а через пятнадцать минут выбросил наркотики в придорожную канаву — настолько сильным было его желание принять их. Ему придется отправиться в путь без перерывов в мучительной боли, и он внушил себе, что это сделает его крепче и внимательнее к любым опасностям впереди.

Но в основном это делало его все более несчастным.

Он по-прежнему имел при себе приемник для установления координат «Ханны». Он нашел время разобрать прибор с помощью своего мультитула, чтобы убедиться в отсутствии отслеживающего датчика, который передавал бы его расположение Хайтауэру. Судя по показаниям приемника, яхта ЦРУ находилась на юго-востоке, в международных водах. Хайтауэр не звонил уже полтора дня, и Корт был озабочен этим долгим молчанием. Зак мог быть где угодно: на «Ханне», в Соединенных Штатах или за следующим поворотом дороги с противотанковым гранатометом в руках.

Зак был опаснее, чем суданская армия, НСБ и МУС, вместе взятые.

Грунтовая дорога повернула на север, но подъездная дорожка вела к океану и пансиону. В быстро разгоравшемся солнечном свете Джентри мог видеть главное здание средних размеров, а по обе стороны от него — маленькие бунгало на пляже, подсвеченные оранжевым сиянием солнца, на одну треть выступившего из-за горизонта. Но в трех футах от подъездной дорожки путь преграждала тяжелая цепь, подвешенная между зацементированными столбиками с обеих сторон. Цепь не выглядела неприступной, но маленькая «Шкода» никак не могла протаранить ее и поехать дальше.