Чтение онлайн

«Говорить или нет?»

Стас раздраженно вздохнул. В этой ситуации он не мог победить.

— Да, он говорил правду. — сухо бросил Ордынцев, всем видом показывая насколько он не хочет об этом говорить.

Но, очевидно, Джун плевать хотел на такие мелочи.

— Святые сиськи Аматерасу! — реакция Джуна оказалась еще более яркой. — Ты значит учишь своего ученика, учишь, а потом узнаешь, что он, оказывается, из другого, мать его, мира! Демоны тебя побери, сколько у меня вопросов. У вас там есть другие расы, хотя нет, у вас там вообще живут люди? Ты был человеком? Тебя же тот Змей вроде как по-всякому крутил, собирая. А как у вас живут люди? Тоже есть войны? А воители? Что у вас за история? Демоны тоже есть? А ну прекратить игнорировать своего многоуважаемого сенсея! Я же от тебя так просто не отстану!

Внезапно перспектива становления рабом культа гнили показалась Стасу уже не столь и отвратительной.

Опыт отступления разгромленного войска, это далеко не то, что Стас предпочел бы узнавать на собственной шкуре. Особенно тогда, когда ты сражаешься с чем-то вроде хаоса.

Доносящийся в спину безумный хохот, наполненные мукой крики тех, кто не успел уйти и сводящий с ума шепот ширившегося влияния хаоса.

Чувство отчаяния, когда небо за твоей спиной из синего становится ядовито зеленым и охватывает все, куда только падает твой взгляд. Как сама земля покрывается странным осадком, начинающим шириться и расти, подобно какой-то плесени и мху.

Но хуже всего осознание того, что они проиграли и облажались. И теперь за их ошибки будут расплачиваться совсем другие.

Ведь у любого проигрыша, а уж тем более такого уровня, есть последствия.

Удар закованного в проклятую сталь кулака хаоса прорвал их оборону, открыв беспрепятственный путь чудовищам вглубь мирных земель.

И это была катастрофа, которую сложно было оценить.

Прошедшая мобилизация здорово ослабила все известные страны, забрав лучших из лучших и оставив на местах самый минимум. Конечно, правители оставили какие-то резервы на самый крайний случай, но надо было понимать, что все они были разрознены и не организованы. Пройдет немало времени, пока они смогут сделать что-то серьезное.

Мирные жители, крестьяне в небольших деревеньках, мастера в городах и многие другие верили в силу объединенного войска. Они продолжали жить, радоваться каждому новому дню, надеясь прожить еще немного даже в столь неприятном мире.

Они верили в то, что их смогут защитить.

И теперь, в единый миг вся эта вера ухнула прямиком в ад, когда орды непостоянства нескончаемым потоком хлынули сквозь кровавую прореху на месте их обороны.

Культисты и мутанты, чьи мозги так прогнили, что готовы были вывалиться из черепков, отродья и порождения хаоса, чей вечный голод нельзя было насытить и наконец чемпионы гнили, искренне наслаждающиеся великой резней. Не стоит забывать и спятивших ёкаях, родившихся из окружающегося безумия.

В единый миг весь восток и центр континента запылали в пламени пожаров и жертвенных костров, где корчились пленные, веселя и питая темный план и его служителей.

Любое сопротивление, что могли оказывать обычные люди, было абсолютно бессмысленным. Этот мир не развивал силу обычных людей. У них не было доспехов и клинков, опыта и даже решимости. Каменные стены были редкостью и прерогативой больших городов. Обычно хватало деревянных, ведь воителей даже камень не остановит, а бандитам или лесным тварям хватит и дерева.

Те же, у кого все это было, трусливо бежали, спасая свои собственные семьи. Да-да, не важно кто, Мизуно или Сумада, самурай или оммёдо, все они неслись спасать их собственные кланы, совершенно не заботясь о каких-то там крестьянах или ком-то еще.

В этих обстоятельствах, Стас мог чувствовать лишь стыд.

Чем больше городов остатки их армии пробегали, тем больше землянин видел потенциальных трупов. Их растерянные, испуганные взгляды жгли подобно железу, но Ордынцев был вынужден лишь отвернуться.

Они ничего не могли сейчас сделать. Даже попробуй они дать бой, это закончилось бы лишь окончательным поражением.

Отступая, Стас с Джуном присоединились к группе воителей, которой командовал Кейташи. Именно он сумел организовать вокруг себя винегрет из самых разных кланов, в том числе и Сумада, после чего повел их прочь от поля боя.

И хоть выше было сказано о группе воителей, но не стоило думать, что среди них не было представителей других фракций. Так, к ним затесалось немало самураев, оммёдо и была даже парочка драконов, которые не успели понять, куда делись все остальные.

Первой точкой, куда они все направились, оказалась Хигацудо. Земли, где испокон веков проживали Мизуно, должны были подвергнуться самому страшному разорению. Именно поэтому воители и самураи планировали вывезти оттуда семьи в первую очередь.

Единственной хорошей новостью было то, что распространение хаоса было медленнее, чем двигались люди, поэтому у них еще было немного времени.

Следом же за остатками их армии, шла паника, когда люди узнавали, что их некому больше защитить.

Какое-то время Стаса очень беспокоило то, что произошло с Джишином и другими людьми. Неразбериха и паника заставили госпиталь спешно отступить прочь, от чего люди Ордынцева, как и его змейка были потеряны.

Благо, он чувствовал, что его питомица все еще жива, пускай и находится очень далеко.

Спустя же пару дней, их нашел один из драконов, которого отправили для передачи сообщения.

Как оказалось, Ямато присоединился к Джишину и вторая часть выживших отправилась к Цитадели, попутно собирая новые силы для еще одного генерального сражения.

И здесь была некоторая проблема. Дайме Хигацудо яростно стоял на том, чтобы местом нового сражения выбрали его страну. Ведь всем было понятно, что пока идет подготовка, то родина водяного клана стремительно превращается в ничто.

Очевидно, что чего-то подобного желали и Мизуно. Терять свой дом, срываться с места, бросая все, что они зарабатывали долгими веками, это ужасно.

Тем не менее любому адекватному человеку было понятно, что они попросту не успеют собрать достаточно сил, чтобы вновь сразиться с хаосом. Вот почему многие самураи не спешили слушать призывы дайме, а намеривались сбежать вместе с воителями. В условиях продолжающегося апокалипсиса честь начинала значит все меньше и меньше.