Шрифт:
Все права защищены. Книга или любая ее часть не может быть скопирована, воспроизведена в электронной или механической форме, в виде фотокопии, записи в память ЭВМ, репродукции или каким-либо иным способом, а также использована в любой информационной системе без получения разрешения от издателя. Копирование, воспроизведение и иное использование книги или ее части без согласия издателя является незаконным и влечет уголовную, административную и гражданскую ответственность.
Глава 1
– Помогите! По…
Отчаянный девичий крик разнесся по безлюдной улице, взводя нервы. Я сразу узнал хрустальный голосок Леночки Рожковой. Резко оглянулся и увидел тонкую фигурку, окруженную нахохленными парнями, мнущимися в свете уличного фонаря. Словно четыре темных беса хоровод водили вокруг беленького ангелочка.
И я, как истинный мракоборец, кинулся спасать и карать.
Страху не было, хотя я и в десанте не служил, и никаким убойным приемчикам не обучен. Просто умею переходить на сверхскорость, когда надо.
«Спасибо деду за хорошую наследственность!» – мелькает в голове. Старый, в бытность свою сержантом НКВД, в одиночку брал матерых агентов Абвера, а раненых товарищей лечил наложением рук. Видно, я в него пошел.
«Вот ведь уроды!» – я вызверился, увидев, как старшак с перекачанной, бесформенной тушей хлестнул Лену наотмашь, да так, что ее снесло к фонарному столбу. Там стояли еще трое. Добры молодцы, гогоча, отпасовали девушку обратно, но и она не сплоховала – с налету ткнула в старшака кулачком.
Тот зарычал, схватил Лену за нежную шейку, а «три богатыря» кудахтали от восторга и хлопали себя по ляжкам.
Завидев благородного рыцаря, спешившего на выручку к прекрасной даме, «богатыри» угрожающе шагнули навстречу.
«В едином порыве, – подумалось мельком. – Трое на одного!»
– Стопэ! – крикнул мне «богатырь» с томным лицом потасканного альфонса.
– А ну, дергай отсюда! – с угрозой набычился его дружок, кудрявый молодчик. Рукава своей толстовки он закатал до локтей, выставляя напоказ мускулистые руки, сине-красно-зеленые от сплошных татушек. – Резче!
С ходу вырубаю кудряша, косившего нечестивым цыганским глазом. «Альфонс» сделал попытку пробить мне печень с правой, но тут я ускорился и не отделался заурядным блоком, а врезал кулаком, ломая противнику локтевой сустав.
Третий «богатырь» счел себя лишним, и я оказался в шаге от главного отрицательного персонажа.
Лена, потерявшая сознание, беззащитно раскинулась на увядшей траве, а старшак нависал над нею в образе чудовищного творения Франкенштейна – сильно сутулясь, вжав маленькую голову в борцовские плечи, свесив длинные ручищи, бугрящиеся мышцами. На сытеньком лице все еще стыло выражение злобного торжества, но уже пробивалась растерянность и даже обида – урод не понимал, кто ему все портит. Наконец он углядел меня – и обрадовался. Зря.
Я не стал его убивать. Для начала заехал носком ботинка в пах – бесформенный здоровяк согнулся, широко разевая рот и пуча глаза. Ухватившись за немытый чуб старшака, я крепко приложил его носом об колено, тут же вздернул и добавил локтем в челюсть, доламывая лицо. Качок выстелился на газоне, утробно мыча, и перекатился на грязный асфальт.
Всё, больше мне никто не мешал, и я присел возле недвижной Рожковой – мои пальцы бережно огладили лебединую шею девушки, на которой уже проступали синяки.
«Повреждено дыхательное горло… – отмечаю с мертвящим испугом. – Смещены позвонки… Задет шейный сегмент спинного мозга…»
Лена не дышала, и пульс не прощупывался.
Я положил ладонь на приятную выпуклость, растягивающую платье слева. Понятия не имею, что за энергию рождает мой организм, какую потаенную силу он передает, но я точно знаю – она стекала сейчас с моих пальцев, обволакивая Ленкино сердце, струилась по центральной нервной, пробуждая мозг девушки от смертного сна. Но успел ли? Вдруг слишком поздно?!
«Очнись, очнись, маленькая! – взмолился я. – Ну пожалуйста!»
Рожкова вздрогнула, вдохнула сипло, захрипела, открывая глаза, полные страдания.
– Ничего не говори! – поспешно сказал я, унимая бурную радость в душе. – А то будет больно. Потерпи немножко, маленькая…
Трепещущие веки Леночки набухли слезами, соленые капли потекли по щекам, губы вздрагивали, то ли улыбку силясь выдавить, то ли искривиться от боли.
«Всё, позвонки на месте, шейный сегмент без повреждений… – Я осторожно провел по девичьей шее обеими ладонями, восхищаясь чудной гладкостью и бархатистостью. – Мягкие ткани… Мягким тканям мы поможем… Залечим мягкие ткани… – Отрешась от земного, сосредоточился, даже глаза закрыл, чтобы не отвлекаться на внешний мир. – И трахее пособим… Вот так… Порядок…»
– Спас-сибо… – вымолвила Лена.
– Не за что, – облегченно улыбнулся я и подхватил девушку на руки. – Пойдем отсюда.
Рожкова очень ослабла, да и во мне жила немалая усталость. Так всегда бывает, если слишком щедро делишься этой своей энергией.
«Да пребудет с тобой Сила!» – шарахнулась мысль.
Я свернул в тихий переулок, плотно забитый автомобилями – машины стояли впритык, жались полированными боками, – и тут меня догнал пронзительный крик:
– Ленка!
Цокот каблучков ускорился – подбегала Наташа Томина, подруга Леночки. Они вместе снимали квартиру напротив моей – и непонятно, как уживались. Две противоположности.
Лена – спокойная и молчаливая, даже холодноватая с виду. А вот Наташа порывиста и непоседлива. И плохое, и хорошее переживает одинаково бурно, но неглубоко. Проходят считаные минуты после горчайших слез, и Наташка уже улыбается, готовая смеяться и радоваться миру.
– Что с ней? – накинулась на меня Томина и взволнованно зачастила: – Она живая? Я из окна смотрю, а тут… Так, в халате, и выбежала! Это Грицай ее? Ленка ему отказала, а он… Она живая? Ты ее спас? Да?
– Да вот, проходил мимо, – прокряхтел я, – дай, думаю, окажу первую медицинскую помощь… Открой дверь.