Чтение онлайн

— Что? — хохотнула живущая по соседству жена Митяя. — Твою зазнобу на волю потянуло?

— Смотри, чтоб она там в капкан к моему мужу не угодила! — хмыкнула жена Артея. — А то снимет он волчью шкуру и не будет знать, что тебя вдовцом сделал.

— Ты, может, окорок у ворот выложи, чтобы жену назад приманить, — посоветовал мне Артей. — А я так уж и быть, стрелять не буду.

Вышел на порог отец, положил руку на плечо и говорит:

— Не слушай ты их. Завидуют они твоей жене. У них вот в женах то, что в родной деревне не взяли. А у тебя жена — красавица.

Послушался я отца и пошел забор ровнять. Вернулась Зоя глубокой ночью, довольная и умиротворенная. Свернулась у меня под боком и уснула. А на следующее утро такой милой и нежной была, что у меня все вопросы из головы вылетели.

Так прожили мы год. Родила мне Зоя крепенького сына. Жены друзей после родов в два раза толще стали, а моя как была тростиночкой, так и осталась. И в доме все чистенько, в печи всегда еда готовая. Придешь с работы домой — и душой отдыхаешь. Ребенок не орет, как у соседей, а тихонько в колыбельке кряхтит, жена перед носом тарелку сытного супа поставит и, пока будешь есть, плечи разомнет. Ни одного скандала пока не было. Все тихо и мирно. Каждый свою часть контракта выполняет. Вспоминаю я, что кровь задолжал.

— Да, — задумчиво кивает Зоя, — сегодня было бы неплохо мне отведать твоей кровушки.

— Бери, — бравурно предлагаю я, а самого просто трясет от страха. Что же сейчас будет?

— Не бойся, — прошептала Зоя, сделала ножом небольшой разрез на моем запястье, сцедила стопарик крови, выпила его залпом и говорит: — Остальное в другой раз возьму.

Ранку на руке Зоя языком зализала, да так, что следа не осталось. Затем дала она мне отвар какой-то травки для восстановления крови и накормила тушенной с черносливом говядиной. После первого забора крови я успокоился, и стали мы дальше жить в мире да согласии.

Заметил я, что после моей крови жена еще краше выглядит, подвижной, активной становится и ласковой такой, всем мужикам на зависть.

Через неделю позвали меня друзья в кабак отметить годовщину супружеской жизни. Сели мы за стол. Выпили по кружке пива.

— Ну рассказывай, — стали они меня пытать, — как с женой поживаешь.

— А что говорить? — пожимаю я плечами, помня наказ жены. — Жена как жена, стирает, убирает, готовит. Вот сына родила. За год три стопарика крови выпила.

— Да, не повезло тебе, брат, — говорят друзья. — Лучше б ты холостым ходил, чем с такой женой.

— А ваши-то как? — попытался я перевести разговор в иное русло.

— А моя такая умница, такая умница! — говорит Митяй. — И готовит, и стирает, и слова мне плохого поперек не скажет. Все делает, чтобы мне хорошо было.

— А моя, — подхватывает Артей, — исполняет все, что прикажу. Скажу так — и так будет. Скажу переделать — переделает. Я ее вот где держу! — и показывает кулак.

Сидим мы час в кабаке, распили бутылочку. Вторую распили, третью. Точнее, третью я уже не распивал, так — пару капель за компанию пригубил. Я напиваться не люблю, да и жена моя, будучи нелюдью, все запахи в пять раз лучше чувствует, а алкоголь с табаком терпеть не может. Так чего я буду ее злить? Это пока мы с ней не ссорились, а разозлится — еще ночью горло перегрызет. Условия надо выполнять.

Вдруг резко распахивается дверь, врывается жена Митяя и давай орать:

— Ах ты, кобелина! Уже второй час тут пьешь! А ну пошел быстро домой! — схватила его за ворот и потащила. Митяй попытался сопротивляться, да где там.

— Ты мне, жена, не это! — попытался было возникать Митяй, но его пыл остудило ударившее по ушам полотенце.

— Сейчас я устрою тебе не это! — не хуже нелюди прошипела жена. — Устрою дома перекур по полной программе!

Посмотрел я на нее и испугался. Думаю: «Ну-ну! До свадьбы такой тихой и застенчивой была, а тут вот в какую фурию превратилась!»

Посмеялся Артей над Митяем и говорит:

— О! Видишь, каково! А моя жена вот где, в кулаке сидит! Пикнуть боится!

Только так сказал, как срывается дверь с петель во второй раз, и вскакивает жена Артея.

— Вот ты где, скотина! Сидишь, пьешь! А я в это время с ребенком одна как проклятая! А ну пошел домой пеленки стирать да обед готовить!

Схватила оглоблю, огрела Артея и потащила домой.

Посмотрел я на это безобразие и сижу ни жив ни мертв, думаю: «Ну если человеческие женщины в таких фурий обернулись, то что же тут моя нелюдь устроит?»

И только я так подумал, как отворилась дверь и вошла моя жена. Все сразу же насторожились и на нас уставились. А Зоя словно и не видит их, подходит ко мне спокойно и говорит:

— Милый, без тебя так холодно и тоскливо, пойдем, согрей мою постель. И сами согреемся.

Берет меня нежно под руку и уводит домой. А я еще больше испугался. «Ну, думаю, — это у них просто на людях не принято отношения выяснять, а сейчас приведет домой и даст мне жару!» А она мне еду на стол поставила, постельку расстелила и спать уложила. Ложусь и дрожу. «Ну, теперь она меня точно загрызет!» А Зоя смеется:

— Ну что, хватит тебя на супружеские обязанности?

— Для тебя в любое время дня и ночи!

Прошло десять лет. За все это время мы с женой так ни разу и не поссорились. Когда наступил сухой сезон, Зоя тоже устроилась на работу, и втроем мы с нею и отцом вытянули наше хозяйство. Смотрел я на своих друзей, как они надрывались, и думал: «Вот у Артея жена человек, а так его заела, что он мужской силы лишился. У Митяя жена тоже человек, а, по его словам, литр крови выпила. А моя нелюдь по сравнению с ними такой людью кажется!»

Однажды заело меня любопытство, не выдержал я, пошел следом за женой в лес. Смотрю, пришла она на поляну, обернулась змеей, обвилась вокруг старого пня и давай на него шипеть-шипеть. Пришла вечером домой спокойная, отдохнувшая, глянула на меня и спрашивает:

— Ну что, все видел?

— Видел, — киваю.

— И что? — напряглась супруга. — Человека будешь искать?

— Зачем? Я же тебя люблю и ни на какую людь не променяю.

Так мы и прожили с ней душа в душу всю жизнь. Прав был отец: что человек, что нелюдь в браке одинаковы, надо только знать, на чем душу отводить.