Чтение онлайн

Кэра старалась взять себя в руки.

— Я не сделала ничего особенного, — пробормотала она.

— Но, кроме вас, никто не смог бы этого сделать, — заметила миссис Хэрриот. На этот раз без горечи, а с искренней благодарностью. — После всего того, что случилось, с вашей стороны было очень великодушно согласиться приехать сюда…

Кэра торопливо припудрилась и смущенно улыбнулась.

— Я люблю Ричарда, миссис Хэрриот, — сказала она. — Даже зная, что он женится на мисс Спайрз, я продолжаю его любить. Я готова отдать за него жизнь. Правду сказать, для меня огромная честь — сделать для него хоть что-то…

Миссис Хэрриот вздохнула.

Чем больше она узнавала эту девушку, тем больше та ей нравилась. Там, наверху, в спальне у Ричарда, Кэра не запаниковала, не устроила сцены… А могла бы!.. Нет, она была спокойной и заботливой. И Ричард наконец заснул. Кризис миновал. С плеч матери словно гора свалилась. Утром, когда она звонила Кэре, ее преследовала мысль, что Ричард умрет.

Миссис Хэрриот вкратце рассказала Кэре, как развивалась болезнь, как напряженно он работал в министерстве обороны, как запустил свое здоровье до того, что простая простуда с бронхитом переросла в воспаление легких.

— Еще слава Богу, что это случилось здесь и я могла за ним ухаживать, — добавила она. — В госпитале он наверняка бы умер… И если бы вы сегодня не приехали — тоже умер.

— Рада, если так, — сказала Кэра.

Впервые миссис Хэрриот одарила девушку искренней дружеской улыбкой.

— Прошу вас, не торопитесь с отъездом, моя дорогая, — попросила она. — Если Ричард узнает, что вы уехали, болезнь может вернуться.

— Но мисс Спайрз… — начала Кэра.

— Я позвоню Филиппе и все ей объясню, — прервала миссис Хэрриот. — Конечно, для нее это нелегко, но, уверена, она будет терпеливой.

Кэра выпила несколько глотков кофе, а потом спросила:

— Как вы думаете, миссис Хэрриот, ваш сын будет с ней счастлив? Неужели после всего это возможно?

Мать Ричарда беспокойно махнула рукой.

— Ума не приложу… Все сложилось так неудачно. Во Франции Ричард в вас влюбился, а потом, будучи в полной уверенности, что вы несвободны, сделал предложение Филиппе. Уверена, он не изменит своему слову…

Кэра подняла глаза.

— Прошу вас, верьте мне, миссис Хэрриот! Я даже не думала о том, что Ричард может нарушить свое слово. У меня этого и в голове не было.

Миссис Хэрриот отвела взгляд. Ей стало неловко.

— Вы замечательная девушка, — торопливо пробормотала она. — Зная, как вы относитесь к моему сыну, я могу вами лишь восхищаться… Но вот что я хочу сказать. Ричард, безусловно, сдержит слово и в один прекрасный день женится на Филиппе. И будет счастлив. Потому что для него это идеальная партия… Простите, что делаю вам больно, но, думаю, вы меня поймете…

Кэра вспыхнула.

— Конечно, я очень хорошо все понимаю, — заверила она. — Обо мне нет речи. Главное для меня — счастье Ричарда. Если этот брак будет для него счастливым, больше и желать нечего.

— Если вы не против, — смущенно проговорила миссис Хэрриот, — я пойду позвоню Филиппе. Она, конечно, тоже волнуется.

Мать Ричарда вышла, а Кэра допила кофе и придвинулась поближе к огню, стараясь согреться. Внезапно на нее навалилась усталость. Глаза закрылись сами собой. Слава Богу, думала она, мой любимый спокойно спит у себя в спальне. Может быть, она и вправду спасла ему жизнь. Больше ей ничего не нужно. Лишь бы он выздоровел… Увы, как только он поправится, их снова ждет разлука!

Не без горечи Кэра подумала о той девушке, которой миссис Хэрриот сейчас звонила по телефону. Что и говорить, Филиппа тоже беспокоилась о Ричарде. И не желала его смерти… По крайней мере физической. Но она приговорила его к смерти другого рода. Ради собственного счастья она была готова сделать Ричарда несчастным на всю жизнь. Этого Кэра никак не могла понять.

Что касается миссис Хэрриот, то сегодня утром поведение Филиппы тоже показалось ей несколько странным. Конечно, она понимала, какой удар для девушки — приезд Кэры. Унизительно сознавать, что в бреду жених повторял имя другой женщины. Тем не менее мать Ричарда слегка уколола жесткость Филиппы.

Судя по всему, Филиппа не испытывала к Кэре ни малейшей признательности.

— Еще бы она не приехала, — проворчала Филиппа, — после всего того, до чего она довела бедного Ричарда!.. Чем быстрее вы выпроводите ее из дома, тем лучше. Уверена, когда Дик придет в себя, то сам устыдится, что позвал ее.

Миссис Хэрриот распрощалась с Филиппой довольно прохладно и повесила трубку.

«Филиппа жестокая, — подумала она. — Даже очень…»

Это был момент, когда мать Ричарда впервые задалась вопросом: будет ли счастливым подобный брак?… Ее удивило, что Филиппа — девушка гордая и самолюбивая — пытается удержать Дика, хотя знает, что тот любит другую.

Впервые она засомневалась, правильно ли поступила, устроив помолвку. Куда большие сомнения стали одолевать миссис Хэрриот, когда она призадумалась о происходящем в Саут Холле — помпезном особняке Спайрзов.

Громадный дом отстроил еще старый Спайрз — основатель шоколадной компании. Увы, дом и прилегающая усадьба не шли ни в какое сравнение с владениями Хэрриотов в Мэноре, славившимися своим вкусом и очарованием.

Саут Холл представлял собой довольно бестолковое сооружение. Огромное количество комнат, башенок, мансард. Нелепая архитектура. Но в строительство вбухали пропасть денег — в погоне за модой и шиком. Пожалуй, единственным достоинством особняка было то, что он располагался на холме, откуда открывался великолепный вид на красоты Сассекса. Вокруг шумели сады, за которыми (даже когда началась война) продолжали ухаживать шестеро садовников. Здесь всегда благоухали редкостные цветы, а сами сады простирались на многие акры и смыкались с парком Мэнора.

Все в Саут Холле говорило о состоятельности его хозяев. И действительно, сэр Фрэнк Спайрз трудился не покладая рук, а леди Спайрз (происходившая из семьи обыкновенного провинциального врача) делала все возможное, чтобы ее дочь Филиппа заняла самое достойное положение.

Филиппа, обучавшаяся в одной из самых престижных английских школ, окончательный лоск приобрела в Париже. Потом ее представили ко двору, и она снова отдалась провинциальной жизни, окружив себя всем, что только можно было купить за деньги, и до начала войны много путешествовала на личной яхте.