Цена предательства
Шрифт:
Конечно же нет! Я теперь не доверяю никому. Но оставаться тут не хочу, тем более водитель седана встает и шатаясь идет к моей машине. Вижу подъехавший экипаж сотрудников ДПС.
– Ника?
– Сейчас. – лезу в сумку за документами и только тут до меня доходит!
Он все время меня звал по имени! А я ведь ему так и не сказала, как меня зовут?
Протягиваю документы, видимо взгляд у меня говорящий, потому что Шах ухмыляется.
– Красивое у вас имя. Ника.
Чёрт.
Еще несколько минут – смотрю как он общается с приехавшими инспекторами, или кто там приезжает? Они же не полицейские вроде? Я не знаю. Раньше Кирилл как-то решал все вопросы, я не вдавалась в подробности. Теперь придется всё самой.
И жить как-то… самой.
Развод. Не думала, что меня это коснётся. И вот… Квартира у нас в совместной собственности, значит, придётся делить. Машина у каждого своя. Бизнес Кирилла… Я не претендую, конечно, но… полагаю, что он может испугаться, что потребую так же половину.
Господи, сложно-то как всё! Сложно…
– Поехали? – Шах садится на водительское место, смотрит на меня, потом наклоняется.
Он что собрался меня поцеловать?
Боже…
Глава 22
– Что? Испугались? Просто… ремень.
– Я могла и сама.
– Могла. Ты вообще самостоятельная я смотрю.
– Мы с вами на брудершафт не пили. – краснею и злюсь, не понимаю, почему этот мужчина так на меня действует! Ненавижу когда мне вот так «тыкают». Бесит просто!
– Это не проблема, выпьем.
– Нет.
– Да? Почему?
Сжимаю зубы. Хамить нельзя, Ника! Не надо! Он тебе помогает!
Закрываю глаза, чувствую, не вижу, а чувствую, что он ухмыляется! Чёрт… Ну почему мне так не везет-то, а?
Кто ж меня проклял?
– Расслабься, я не кусаюсь. Хотя… тебя проучить стоит. Выпороть.
Что? Он серьезно?
Поворачиваюсь, понимая, как начинаю просто закипать, ноздри раздуваются.
– Темпераментная вы штучка, Ника…
Ухмыляется опять. Гад.
Чёрт… откуда всё-таки он моё имя знает?
Впрочем, наверняка для него это не проблема. Узнать имя. Номер и марку моей машины он точно запомнил. Потом, я сказала, что работаю в торговом центре – тоже мог выяснить через службу безопасности, например, или через тех, кто занимается арендаторами.
В общем, не бином Ньютона, что уж там.
И всё-таки… зачем он узнавал, как меня зовут? Просто так? Или…
Ох, или что, Ника? Влюбился в тебя что ли? Ха!
Я хмыкаю, отвернувшись к окну. Мне это не льстит. Совсем. Зачем мне любовь какого-то рандомного мужика сейчас? Когда мой любимый муж нашёл себе «малыша»?
Что? Отомстить? Завести интрижку? Как это называется – адюльтер?
Господи, меньше всего я сейчас думаю о том, чтобы отомстить Кириллу.
Я сейчас… я сейчас вообще не думаю. Отупела.
Хочется на ручки, и чтобы лапки, а не вот это вот всё…
Пытаюсь бороться с комом, возникшим в горле, дыхание сдавило, в глазах щиплет. Не плакать, Ника! Не сметь!
– Ника, вам плохо?
Вот что ему сказать? Что?
– Плохо мне. Очень. Я в аварию попала, потом меня какой-то страшный мужик чуть не задушил, а вообще… я мужа с любовницей застала. Так что…
Молчит Роман Александрович.
Что, не ожидал?
Хмыкаю опять. И тут понимаю, что везет он меня точно не ко мне домой. А куда?
– Я подумал, что нам с вами не помешает выпить по чашечке кофе, на брудершафт.
– Вы подумали? А меня спросить забыли?
– Ника, правда, нам с вами нужно поговорить.
– Неужели? Я вот так не считаю. Мне с вами не о чем разговаривать.
– Правда? Совсем не о чем?
– Совсем. Если вы думаете, что я… что из-за того, что мне муж изменил я… я с вами… вы ошибаетесь. Я вам уже сказала. Я не собираюсь пачкаться.
– То есть со мной вы испачкаетесь?
– Вы меня поняли.
– Не совсем. И потом… я не предлагал вам сразу лечь со мной в койку. Просто выпить кофе в хорошем ресторане.
Мне трудно дышать, почему-то так обидно.
Жизнь рассыпалась за считаные дни. Я ведь даже не представляла, что с нами может такое случиться! Казалось, мы любим друг друга, понимаем, у нас крепкий брак, и вот…
Малыш! Малыш, блин…
Господи!
– Ника, так что насчёт кофе? Я могу вас пригласить? Я не буду приставать, честно, вообще, буду вести себя прилично. Извините.
У него звонит телефон, включается громкая связь.
– Слушаю.
– Шах, привет. Агдамов. Есть вопросы по яхт-клубу, хотел обсудить лично, без посредников.
– Я готов.
– Отлично, завтра можем пересечься? Обед в «Гвидоне»?
– В четырнадцать.
– Договорились.
Абонент отключается, а я смотрю в окно и думаю, какая же я дура!
Шах!
Он сказал – Шах!
Анюта спросила – что у тебя с Шахом.
Роман Александрович.
Чёрт… это тот самый новый компаньон Кирилла. Отчим «малыша».
Прекрасно, просто прекрасно!
Глава 23
За каким хреном я в эту историю встрял – без понятия.
Гребанная ответственность? Наверное, иначе что?
Пожалел эту девчонку?
Да нет, не привык я как-то жалеть никого. Не в моих правилах. Вообще не считаю жалость достойным понятием.
Она чести не делает ни тому, кто жалеет ни тому, кого жалеют.
Быть жалким – значит быть неудачником, терпилой, нытиком, лузером.