Цена счастья
Шрифт:
– Очень хорошо. – Глаза Эдоарда подозрительно блеснули, но Джес не принял это на свой счет.
– И уже непосредственно перед отъездом из Ивернеи я купил кое-что еще… Зеркало!
– Зеркало? – повторила Алисия.
– Да. Стеклянное. Оно, правда, не слишком большое, всего с ладонь, но в нем все так видно! В металлическом так себя никогда не увидишь! И оправа роскошная! Лилиан обязательно понравится.
– Безусловно. – Голос Алисии слегка дрогнул. – А чье производство?
– Не знаю, но там есть клеймо. Красный крест.
Алисия вцепилась в веер так, что безделушка чуть не хрустнула.
– Столовые приборы, серьги, зеркало…
– И кружевная накидка, – добавил Джес. – Ее я, правда, купил уже в Альтвере, точнее, перекупил, но женщинам нравит…
– Безусловно, – согласилась Алисия. – В-ваше величество?
Эдоард покачал головой.
– Джес, ты неподражаем. Значит, новинки, все самое модное и дорогое, да?
Граф недоуменно моргнул. И что такого? Да, модное, да, дорогое, сколько одна накидка стоит – подумать страшно!
– А что…
– А то, племянничек, – ядом в голосе короля можно было полдвора перетравить, – что мастер Лейтц работает на твою супругу. И все делает по ее эскизам и предложениям. Кроме кружева. Его плетут несколько кружевниц, которые также работают на графиню Иртон.
– И зеркала, – почти всхлипнула Алисия. – Их тоже Лилиан смогла сделать.
Удар по голове? Вот его Джес и ощутил в полной мере.
– Н-но…
– Да, сынок. Твоя супруга. – Алисия уже более-менее взяла себя в руки. – И она передает все эти секреты государству.
– Не безвозмездно. Но по сравнению с предполагаемой выгодой – это медяки, – усмехнулся Эдоард. – Кстати, о медяках. Где ее девичья доля?
– Э-э-э… – искренне растерялся Джес. – Я ей посылал деньги в Иртон. Тратить их там, конечно, некуда, но все же… можете проверить!
– А управляющий воровал. Теперь понятно, откуда у него такие суммы. Ладно. В этом ты не виноват. Идем дальше. У Лилиан к тебе особых претензий нет. Ее опаивали, ей было плохо… Не разобрался? А кто б тут разобрался, когда докторус врет в глаза…
– Нашли, кто его нанял?
– Ты думаешь, покушались только на Амалию? – Горло у Эдоарда перехватило. Говорить о дочери до сих пор было больно. – Все те же, все там же… кстати, твои знакомые, Йерби.
– Твари!
– Сам виноват. Надо бы тщательнее приглядываться к тем, кого на работу берешь, а ты – с глаз долой, из сердца вон. Джес, ты с Августом вел дела?
– Было такое.
– Вот и посмотри на него. Умница, профессионал.
– Разве что слишком со своими мастеровыми носится.
– А ты привыкай. Лилиан – такая же. Если кто ее людей тронет – стеной встает.
Джес помотал головой. Вот уж во что верилось с трудом.
– Истерики закатывает?
– Я же тебе говорил: ее опоили.
Граф Иртон тяжко вздохнул.
– Что вы от меня хотите?
– Значит, так. – Эдоард смотрел жестко и холодно. – Сегодня на балу присмотрись к своей жене, а завтра-послезавтра я устрою вам встречу. Поговоришь, подумаешь… Мне кажется, что она тебе понравится. Если поведешь себя по-умному – я вам помогу. А по-глупому…
– Видел бы ты, как придворные взглядами ее облизывают, – усмехнулась Алисия.
Джес не видел. Но внутри что-то дернулось. Его жену? Вот еще не хватало!
– Сейчас Ричард вернется, пойдешь к придворным портным. Потом поспишь пару часов до бала – и действуй. Столько женщин по тебе вздыхают, неужели свою жену не обаяешь?
В этом Джес не сомневался.
– И еще… на-ка вот, посиди почитай на досуге. – Эдоард вытащил из ящика стола и поставил на стол большую шкатулку. Положил на ее крышку маленький ключик. – Здесь протоколы допросов. Приятного чтения.
О том, что они были слегка фальсифицированы, чтобы произвести нужное впечатление, Джесу знать не стоило. Пусть изучает и проникается всей глубиной трагедии.
– И вот это заодно. – На стол легло еще несколько свитков. – Твоя жена, как ты понимаешь, попала под мой надзор достаточно давно. Вот и полюбопытствуй, чем она без тебя занималась.
– А…
– А обо всем остальном потом поговорим.
– С вашего позволения, ваше величество, я тоже откланяюсь? – Алисия присела в реверансе и, дождавшись милостивой улыбки и кивка короля, направилась к двери.
Джес неловко встал из кресла, поклонился, сгреб со стола шкатулку и направился вслед за матерью. Эдоард покачал головой, глядя ему вслед.
Балбес, хоть и сын родной. Не в отца пошел.
Рик вошел в кабинет отца не без робости, но Эдоард смотрел тепло, и его высочество перевел дух. Значит, разноса точно не будет.
– Ну садись, рассказывай.
– Да вроде и не о чем, – развел руками Рик.
– Анелия или Лидия?
– Анелия.
– Уже неплохо.
– Так ведь ты ее и хотел, разве нет?
– Именно ее, – не стал отрицать Эдоард. – С Гардвейгом нам дружить надо.
– Значит, будем. А что это за история с заговором?
– Догадался, что все не так просто?
– Понял. Но ты не хочешь, чтобы об этом знал Джерисон?
Эдоард кивнул:
– И ты ему никогда не скажешь.
– Почему?
– Потому что у Эдмона был ребенок не от служанки. А от Амалии.
Рик выругался и задумался.
– Вот-вот.
– Тогда все становится на место. И поэтому дядя Джайс его отравил?