Чтение онлайн

— Хорошо, пойдём.

— Куда?

— В спальню!

— Зачем? Ты…

— Нос болит?

— Болит.

— А если ещё и руку сломать?

— Не надо!

— Тогда пошёл!..

Третий раз возвращаясь за обломками кровати, я сдался. Да, дом Денис Львовича, я вроде бы как-то за это место ответственный, но не до такой же степени!

Почему я должен начинать новую жизнь на крови? Почему Оксана должна бояться играть на заднем дворе? Да к чёрту этот дом, слишком много крови. Её можно смыть, но воспоминания смыть сложнее. И я не собираюсь прикладываться к бутылке, чтобы как то ускорять этот процесс.

Вообще, зачем мне этот Карлос? Просто оставь этого испанца, бери ребёнка и уезжай. Не рискуй Оксаной, сказал внутренний голос.

Я замер, раздумывая.

Нет, нельзя постоянно бежать. Но переехать можно.

— Оксана, возьми немного еды, мы уезжаем!

Девочка появилась из кухни, спросила:

— Куда папа? Надолго?

— Думаю, что навсегда. Мы переезжаем.

— Опять?

— Да. Мне что-то фасад не нравиться. Давай поищем другое место. Более людное, оживлённое. А то это улица какая-то мрачная. И вот этот дядя знает, где мы живём. А это не есть хорошо.

— Хорошо, папа.

Курьер улыбнулся, слушая наш разговор на русском, даже убрал майку от лица. А я как в дерьмо окунулся. И было стойкое ощущение, что выбираться из ямы с компостом не собираюсь. Проблемы, проблемы, проблемы. Может, внутренний голос прав?

Пока Оксана собирала пакет с едой, я вправил вопящему курьеру нос и раскидал багажник автомобиля от хлама.

Через две минуты мы всё втроём гнали по шоссе. Дом за спиной полыхал, сжигая бывший притон, словно и не было никогда. Извините, Денис Львович, гнилая попалась недвижимость. Может, стоило во Францию? Или Турцию?

— Свалка больше не нужна? — Осторожно спросил курьер.

— Нет, теперь нужен мотель.

— Зачем? — Ляпнул тот.

— Что-то ты излишне любопытен.

— Дико извиняюсь, но всё же? Тогда мне проще будет подсказать, какой именно нужен.

— Девочке нужен дневной сон. — Я поймал взгляд изумрудных глаз в зеркало, неловко улыбнулся, обронил на русском. — Дорогая, ты побудешь пару часов одна? Папа скоро вернётся.

— А если не вернёшься? — Прошлёпали холодные слова маленькие губки.

Меня как будто запихали в кучу снега. Под коробочкой взорвался сумбур мыслей, обдало потом.

Я едва удержался, сохраняя безмятежное выражение лица для приёмной дочери. Но спина вспотела так, что рубашка прилипла.

— Вернусь. Просто жди.

— Рыжие не врут после обеда? — Припомнила мне же мои слова Оксана.

— В точку, дочка. — Вздохнул я. — В самую точку.

Только точка эта чьей мишени? Моей? Да я сам себя прокляну, если не вернусь. Мне не нужна война с мафиозными кланами, мне не нужно кресло Карлоса. Зачем мне проблемы прибрежного портового городка? Я просто хочу спокойствия для себя и для дочки. Лет этак на пять, пока не вернусь на родину.

Устроив Оксану в мотель на ночь, и оставив ей сумку с деньгами, вернулся за руль, разглядывая своего как по-новому неожиданного гостя.

Надо же, не сбежал. И что мне тогда с этим балбесом делать после того, как покажет лежбище Карлоса? Дрожит весь под пристальным взглядом. Труслив, как пойманный заяц. Но трусы мстительны. К тому же он знает, где Оксана. И сумку видел. Может вернуться.

Как же достали эти ребусы!

Я подошел к курьеру, бросил зло:

— Садись за руль, ты повезёшь меня к Карлосу сам.

— Какой мне смысл выбирать меж двух смертей? — Побелел кареглазый. — Я могу просто подсказать дорогу.

— Не надо было пакеты смерти таскать. Не было бы проблем. И что ты вообще знаешь о проблемах?

— А что ты знаешь обо мне, чтобы так рассуждать?

Нет, ну что за день? Даже наркокурьер и тот пытается чем-то научить. Жизни научить! Кого? Меня?! Этот мир вообще с ума сошёл?

— Я знаю только то, что у тебя был выбор! — Заорал я на курьера. — Как и у всех. Будешь мне про трудности жизни рассказывать, размажу по лобовому стеклу. Понял?

— Думаешь мне нравиться моя работа? Я ненавижу себя и Карлоса за это! Но выхода нет! — Почти закричал в ответ курьер.

Я уткнулся лбом в баранку, возвращая на место мысли. Нервы, о которых не вспоминал лет пять, давали о себе знать в полной мере.

Более тихим и спокойным голосом продолжил:

— Твоё самолюбие я вряд ли изменю, но вот если ненавидишь Карлоса, помоги мне.

— И как же?

— Просто сделай так, чтобы меня привели к этому вашему Карлосу. Не важно как, лишь бы я оказался рядом с ним. Думаю, десяток «кусков» тебе не помешает, чтобы распрощаться с прошлой жизнью. А там глядишь и выживешь. Идёт?

— Десять тысяч евро?

— Да.

— Идёт.

— Вези, мучачос.

Некоторое время спустя, когда солнце загнало в тень всё живое своей фиестой, машина припарковалась у стальных ворот и высоких, плетёных заборов. Двое бугаёв выскочили из ворот, не скрывая оружия.

Секьюрити.

Мы оба подняли руки. Курьер затараторил по-испански. Для меня в его словах было столько же смысла, сколько в монгольских сказках. Один из охраны приложил рацию ко рту, забубнил.

— Что ты им сказал, мачо?

— Что у нас дело к сеньору Карлосу.

— И это всё? — Не поверил я. — Они нас так просто пустят?

— Если не придумаешь делу весомость, искупим потраченное время кормом рыбам. Надеюсь на твоё воображение, боец.

Охранники отворили двери, стволы упёрлись в виски. Нас обыскали, но ничего не найдя — я бросил пистолет под заднее сидение — расстроились.

Рация заверещала и ворота открылись. Мы с курьером оказались на территории владений мистера Карлоса. Или сеньора, как, пугаясь смерти, называл его курьер.