Чтение онлайн

Ей повезло. Пролеты лестницы чудом уцелели, но Вера всё равно спускалась осторожно, проверяя путь впереди себя. Несколько скоплений незначительных аномалий расползлись между шестым и пятым этажами, но это не доставило ей каких-либо неудобств. Они были легко видимы невооруженным глазом, и она обошла их, спускаясь дальше.

Вой со стороны центральной площади пробрал Веру до мурашек. Она поежилась и выглянула из-за расшатанной подъездной двери. Двор зарос настолько, что разглядеть что-то дальше нескольких метров не представлялось возможным. Стало дурно, что закружилась голова. Она вновь осела, примостившись на крылечке. Треск веток разносился отовсюду и разобрать то, где ее могла поджидать опасность не было никакой возможности. Она просто окружала ее со всех сторон. Вера прикрыла веки и губами несколько раз повторила свой адрес. Как мантра он вертелся у нее на языке, а маршрут на карте отпечатался в сознании как клеймо.

Бросив все силы на то, чтобы добраться до места, где она не успела родиться, Вера быстрым шагом двинулась в сторону улицы Леси Украинки. Аллея с выкорчеванными деревьями и осколками битого стекла вперемешку с кусками асфальта напоминала чье-то неудачно сваренное месиво. От земли шел жар и каждый шаг давался вдвойне тяжелее. В обрез было и времени светового дня, да и погода ухудшалась с каждой минутой.

Медлить — себе дороже.

Перехватив лямки рюкзака поудобнее, Вера взяла курс правее, ближе к домам и опасливо оглядывалась на каждый шорох.

Город стал на удивление пустынным. Мутанты будто бы попрятались в свои логова, выжидая неминуемой катастрофы. Вой вдалеке стих окончательно, и Вера обессиленно рухнула возле первого же дома по улице Курчатова.

Двигаться вглубь дворов второго микрорайона было не легче, чем карабкаться в гору. Ноги ныли, а рюкзак оттягивал спину. Она пролазила сквозь кустарник, который паутинами сплелся с ржавыми ограждениями и горками на детских площадках. Осталась позади и школа, застыв безликим разрушенным зданием в этих немых джунглях. Автомат вскинутый несколько раз на шум, который она сама же и издала, был убран за спину и больше не доставался. Зона нашла некий баланс мутантов и человека, позволив сталкеру завершить начатое и пройти последний отрезок своего пути.

Ее цепкие ловушки были расставлены повсюду. Мнимая дремота и затишье природы были жужжащим напоминанием о том, что это не время для отдыха. И Вера, стиснув челюсти шла только вперед.

Дав фору и наконец очутившись во дворе шестнадцатого дома, она рухнула на землю и беззвучно дала волю эмоциям. Слезы капали на увядшую траву, скрип металла раздавался где-то очень далеко, напоминая иллюзию, сон, в котором не спала только она одна. Ее отнятое детство и спокойное будущее возвышалось перед ней забытым покинутым домом.

Домом, в котором ей не суждено было появиться.

Тяжесть рюкзака позабылась. Ноги несли ее только вперед.

В бешеном ритме стучащее сердце выпрыгивало из груди. Распахнутая дверь пустующей квартиры окунула ее в подобное прошлой жизни, которая была не менее призрачной и забытой, словно ее никогда и не существовало.

Вера окаменела на пороге вдыхая затхлый и омертвевший воздух. Вдох застрял как ком, и она схватилась за горло, еле прокашлявшись от едкой пыли.

Тело самовольно опустилось на прогнивший диван посреди большой комнаты. Уныние, которое сгустком скопилось в этих стенах заползало в душу тревожа всё то, что она прятала от самой себя.

Она совершенна ничего не знала о своих родителях. То, что ей поведал Валерьян было таким ничтожным клочком информации, что за него было невозможно даже ухватиться. Осколки чужой для нее жизни были раскиданы по полу в виде разбитой посуды и разорванных книг с пожелтевшими страницами.

Пустые комнаты съедали ее живьём. Они нагоняли тоску и обреченность. Время застыло здесь вне зависимости от течения жизни за пределами Зоны.

Остатки мебели, отвалившиеся обои и осыпавшаяся на пол штукатурка, напоминавшая некую наледь — всё, что осталось ей в знак памяти о родителях.

Дождь разразился за окном так вовремя, и Вера снова поддалась своим чувствам, став крохотной и беззащитной в этих стенах. Она поднялась и прошлась по комнате. Медленно и неуверенно провела рукой по покрытому пылью за многие десятилетия креслу недалеко от окна и пропустила сквозь пальцы ткань обивки, что теперь превратилась в труху.

Личные вещи отсутствовали.

На полках за стеклом серванта виднелось разбитое зеркало. Вера отшатнулась, испугавшись собственного отражения. Как непривычно было видеть себя впервые с прихода в Зону. Подойдя ближе, она прикоснулась пальцами к щекам, которые отливали сероватым оттенком, вгляделась в глаза и замотала головой, стряхивая ощущение напавшей на нее эфемерности. Это место словно засасывало ее в водоворот былых дней и отрезало от реальности. Еще одна аномалия жизни в Зоне. Окунаться в это прошлое опаснее, чем она могла себе представить.

Старый диван скрипнул под ее весом и выпустил столп пыли, когда Вера вновь опустилась на него. Она смотрела на монотонный дождь за окном и думала о Кремне. Найдет ли он Валерьяна и смогут ли они выбраться из Припяти? Она не знала о том, что ждет и ее саму после возвращения. Покинуть пределы Зоны не так уж просто. Она затягивает, манит и не отпускает. Это место как черная дыра в космосе — с таким же иным течением времени, со своими законами физики и с совершенно иным уровнем сознания, далеким от земной жизни.

Ее вдруг охватило чувство, будто она давно оторвалась от внешнего мира и сплелась с Зоной, охотно принимая ее смертельные объятия. И Монолит был лишь остановкой на ее пути к концу.

Загадки Зоны неисповедимы.

Порталы, нехоженые сталкерами тропы и аномалии словно только и ждали ее, чтобы навсегда растворить ее в себе, наблюдая как она сделает неверный шаг и оступится.

Зона поглощала ее.

Каждой клеткой она остро ощущала это смирение своей души перед чем-то неизвестным ей. Перед большим организмом с собственной экосистемой под названием Зона.

Убраться отсюда как можно скорей было самой здравой мыслью, но что-то ее останавливало. Словно затуманенный, разум тянул ее обратно в сердце Зоны. Сопротивляясь этим порывам, она съеживалась от тянущей головной боли.

Дождь за окном превратился в ливень, который потоком начал застилать оконное стекло на почти вырванной раме. На кухне громко ударилась створка и стекло со звонким звуком разбилось, осыпаясь на пол. Вера подскочила и инстинктивно вскинула автомат.

И вновь тишина, от которой воротило. Нужно уходить. Ей некого и нечего дожидаться в этих стенах. Это просто лишено смысла, как ждать автобус на заброшенной остановке. Туда никогда не приедет автобус. Так и здесь. Ей никогда не встретить в этих краях адекватного человека, вместо очередного мутанта.