Чтение онлайн

Аргентинские пилоты с трудом выискивали свои цели. Остекление фонарей самолетов покрывалось не только солью (такое часто случалось), но и тонкой коркой наледи, что затрудняло видимость вплоть до риска по возвращении совершить аварийную посадку. Это и привело к ряду навигационных аварий.

Наступила тактическая пауза.

Англичане накапливали ресурс тыла, спешно компенсируя убыль, перегоняя из метрополии в район эскалации новые суда и корабли, продолжая накапливать материальные запасы на промежуточных пунктах – на острове Вознесения и чилийской базе Кабо-Хорнос. Дополнительно переброшенные собственные «Харри-ер GR3» и американские AV-8А позволяли наращивать воздушные силы. Чего, кстати, не могла делать Аргентина.

Практически после каждого боевого вылета ударных групп приходилось вычеркивать… одну, две машины. Уже далеко не новые «Скайхоки» постоянно страдали техническими проблемами, нередко после взлета вынужденно возвращаясь на аэродром, прервав выполнение задания.

В условиях эмбарго и международных санкций невозможности пополнить парк авиатехники, эти потери оказались для аргентинских ВВС невосполнимыми. Аргентина, даже в тех своих тактических победах, медленно, но очевидно неукоснительно шла к стратегическому поражению.

А вот премьер-министра Великобритании госпожу Тэтчер столь неторопливый ход боевых действий совершенно не устраивал. Положение лидера консерваторов было весьма шатким, ей нужны были победы…

– Черт возьми, – срывалось с уст леди (пусть и «железной»), – скорые и решительные победы!

Содержание войны подразумевало быстрый и решительный захват островов, возвращение территории под флаг короны, и Маргарет неоднозначно выражала свое недовольство военным.

Командующий ВМС Великобритании адмирал Дж. Филдхауз и непосредственный исполнитель на месте контр-адмирал Вудвард в не меньшей степени осознавали необходимость решить задачу до наступления сильных холодов. Но ничего не могли поделать.

Сами бритты столкнулись с не меньшими неприятностями – системы ПВО кораблей оказались не на высоте. Техника не выдерживала длительного нахождения в штормовом море, начав давать многочисленные сбои в самый неподходящий момент.

Британское соединение продолжало оставаться на исходных позициях в тактической зоне TRALA, однако состояние океана доходило порой до невыносимого, вынуждая корабли и суда искать защиты в заливах островов. На кораблях проводили срочную ревизию, привлекая представителей фирм – изготовителей оружия.

Стоит ли говорить, что этим не пытались воспользоваться аргентинские ВВС, устраивая небезопасные для них же самих налеты штурмовиков. Впрочем, англичане ни разу не рискнули загнать в опасные ловушки авианосец. Где они и могли себя спокойно чувствовать, так это на архипелаге Южная Георгия. Что естественно еще ближе к Антарктиде, где заваленные снегом корабли буквально обрастали льдом, заметно проседая в ватерлинии.

Немилосердные погодные условия вызвали задержки с восстановлением подраненного «Таравы».

Облегчением для флота Ее Величества стало то, что по мере совершенствования и насыщения береговой системы ПВО можно было постепенно уводить разгрузившиеся вспомогательные суда.

Уменьшалась нагрузка и на военные корабли.

В поселке Сан-Карлос был организован полевой аэродром, способный принимать самолеты вертикального взлета и посадки. Но так или иначе, наступившие холода заморозили практически всю боевую активность.

Мало летала авиация. Обледеневали радарные решетки на кораблях. И на суше солдаты с обеих сторон больше были озабочены согреванием собственных тел, а не шинкованием свинцом тел противника. Воевать зимой вообще мало кто любит… и мало кто умеет. Только у немногих получается: однажды у финнов, и не однажды у еще одних, у тех самых, у которых «позади там что-то… и отступать, мать-перемать, некуда».

Но не будем отвлекаться на лирику.

На сухопутном, досель нестабильном, разбитом на две островные группы (Западные и Восточные Фолкленды) фронте фаза войны приобрела неожиданно четкие и стабильные очертания.

Аргентинцы владели теми позициями…

Англичане владели этими.

Нет. Упрекнуть британцев было не в чем – они проводили вылазки, периодически атаковали, прощупывали оборону противника на прочность. Но были лишь старательны. Без огонька.

Холодно.

И все прекрасно понимали, что тактическая пауза продлится не более чем пару месяцев, пока не потеплеет. И обе стороны по возможности накапливали силы для будущих столкновений.

Зная, как все повернулось в той, другой (известной), истории, можно сказать, что эта передышка для аргентинцев оказалась желанной и однозначно удачной версией событий. Они успели создать на архипелаге сравнительно развитую систему обороны. Особенно у своего главного форпоста – так называемой оперативной группы «Мальвинские острова», в районе Порт-Стенли, где устойчивости обороны способствовал окружающий залив возвышенный рельеф местности, позволяющий организовать удобную защиту плацдарма. Там же располагался аэродром, способный принимать грузовой транспорт.

По мнению аргентинского полевого командования, рапортующего в штаб на материк: «На имеемых в данный момент хорошо подготовленных позициях, в доступности к запасам и источникам снабжения, войска имеют все шансы успешно сдерживать британский натиск». При этом делалась невнятная оговорка: «…до наступления климатических изменений…»

Именно снабжение было слабым местом аргентинской сухопутной группировки. Даже и в тех ненастных и неблагоприятных для использования «Харриеров» и ударных вертолетов условиях, взлетно-посадочная полоса Порт-Стенли регулярно подвергалась бомбардировкам. Ее всякий раз терпеливо восстанавливали, и тогда «по звонку» удавалось принять транспортный самолет С-130 «Геркулес». Но удавалось далеко не часто.

Несмотря на то, что аргентинский флот оставался в локальном пассиве и морские транспортные перевозки, обеспечивающие островную группировку, были сведены к минимуму, основное снабжение гарнизона все же осуществлялось по морю.

А ближе к августу ветра поумерили буйство. Полез вверх температурный столбик.

Обе стороны зашевелились.

Стоит вспомнить, что советский сухогруз-твиндекер «Физик Курчатов» с военными грузами прибыл еще в июле и…

Москва. Кремль