Цербер. Дочь врага
Шрифт:
Мне обидно, больно, и я чувствую себя униженной и растоптанной. И как никогда грязной.
Широкие ладони хватают меня за талию. Цербер приподнимает меня на себе, вытаскивая член, но кажется, что входит только глубже.
Наверное, Ратмир сдвигает меня лишь немного, просто чтобы посмотреть…
– Сука! – выдает недовольно. Его явно злит то, что он там увидел.
И что это? Моя кровь? Понял, наконец, что я девочка?
Меня трясет. Мир сжимается вокруг.
– Какого хрена? – спрашивает вдруг.
– Я… я… говорила… – язык еле ворочается во рту.
– Остановится я не смогу, – угрожающе предупреждает. – Теперь придется терпеть. Пока не спущу.
Не успеваю даже по-новой испугаться, как Ратмир опускает меня обратно. Снова наполняет собой с такой жадностью и неистовством, точно и вправду не может это контролировать.
Я зажмуриваюсь, стараясь не поддаваться панике, подумать о чем-то хорошем и светлом. Но резь внутри и образ голодного, местами окровавленного бугая, не дает мне покоя. Не получается забыть или хоть как-то абстрагироваться.
И кажется, с каждым следующим толчком, Цербер просто режет меня заживо. Убивает. Мстит вот так моему отцу.
Но в какой-то миг я понимаю, что это не так. Его взгляд абсолютно туманный и дыхание такое… рваное, нетерпеливое. Движения несдержанные. Он вправду не может контролировать. Животная похоть заставляет его брать меня не жалея.
И когда я концентрируюсь на его ощущениях, мои тоже меняются внутри. Сначала проявляется натяжение. Чувствую, как с каждым рывком моя плоть растягивается под королевский размер. Затем появляется легкое сладкое тепло. И оно усиливается, отгоняя болевые ощущения на второй план.
И теперь я явно ощущаю его внутри. Хорошо чувствую. Объемный. Приятный. И очень глубоко во мне.
Толчки становятся все резче, и разгоряченная плоть все яростнее вбивается меня, не оставляя живого места ни внутри, ни снаружи, где я припечатана массивным телом к полкам, придавлена к ним его рычащим дыханием. Хриплыми низкими стонами, от которых почему-то внизу живота всякий раз сжимается резкий, граничащий с болью спазм.
А потом вдруг Ратмир снова подхватывает меня, оттаскивает от стеллажей хотя так и не выходит изнутри. Быстро скидывает все с небольшого письменного стола в углу и укладывает меня на него.
Мир вдруг закручивается новыми ощущениями. После смены позы дискомфорт начинает отходить гораздо быстрее. Я все больше чувствую именно кайф, а мои стоны теперь совсем не от боли.
Цербер задирает мою рубашку практически до горла. С шипением любуется тем, как колышется моя небольшая грудь от его животных толчков.
Сильные пальцы, наверное до синяков сжимают мне бедра. Тяжелая мошонка бьется о попку, но Цербер все сильнее и сильнее притягивает меня на себя. Будто и вправду хочет пронзить насквозь.
И я понять не могу, как это происходит, но будоражащее тепло становится все сильнее. Оно накатывает волнами, каждая из которых все мощнее предыдущих. Новый толчок взрывает внутри меня новый максимум. И я боюсь даже предположить, смогу ли выдержать очередной. Что будет, когда удовольствие достигнет своего пика?
И вот когда я оказываюсь на самой грани, по всему телу разлетаются мощные искры. Я дергаюсь, насаженная на крупный прибор Цербера, и никак не могу остановить конвульсии. Они все сильнее и ярче с каждой секундой, потому что мужчина продолжает как безумный долбить меня своим членом.
А потом резко выходит и выстреливает семенем мне на живот на грудь, помечая всю. Пачкая собой.
Горячие брызги, кажется, обжигают мою кожу. Мне становится настолько унизительно, что кайф от оргазма быстро тает, хотя я все еще дергаюсь от неконтролируемых сжатий внутри.
Что он там сказал с самого начала? Что сегодня я буду его шлюхой? Да, именно это Ратмир и сказал. И теперь поступает со мной так. Кончает на меня, как в каком-то жутком порно. Заливает всю вязкой жидкостью, без стеснения работая рукой и хрипя что-то себе под нос.
А потом происходит нечто вообще выходящее из ряда вон.
Кончив, громила внимательно смотрит на меня, но в его глазах все еще пылает дикое желание. Кажется, Цербер не насытился, а только вошел во вкус. Но я не успеваю об этом подумать потому что тут же звучит короткий приказ, от которого сводит живот, и мурашки разбегаются по коже:
– Размажь! – просит хрипло, и я ясно понимаю, что возможности отказаться у меня не будет.
Глава 21
Ассоль
Я продолжаю лежать на столе, тяжело дыша. Надеюсь на то, что мне просто послышалось. Всякое ведь может прийти в голову, когда ты на грани сумасшествия.
– Размазывай! – напирает уже более грубо, потому что с первого раза я не кинулась исполнять его неадекватный приказ.
И он смотрит так внимательно. Ждет. А у меня только моргать выходит. Поджимаю губы, чтобы не заплакать. Но потом все же погружаю пальцы в теплые капли на теле.
Даже в самых своих смелых фантазиях, которые, чего уж стесняться, у меня конечно же были, я не могла представить такого. Но делать нечего. Глубоко дыша, я двигаю пальцами по своему животу, размазывая семя. Как под гипнозом.
Внизу все еще отчаянно пульсирует. Голодный взгляд Цербера ни сходит с моего тела. Он сначала безотрывно наблюдает за движениями моей руки, а затем переводит внимание на лицо. Заглядывает в глаза, будто пытается понять, что я сейчас чувствую.
– Теперь по груди, – хриплый голос мужчины полон возбуждения. Неужели, снова хочет? Не насытился?