Чтение онлайн

— Отступаем, — сообщил тот, — но на заранее обустроенные позиции и туда же перебрасываем подкрепление. В предместья интервентов не пустим.

— Активней привлекайте к обороне железнодорожный корпус! — распорядился господин и вдруг обратил внимание на Альберта Павловича, остановился. — И вы тут? Замечательно!

В этот момент распахнулась дверь дальше по коридору, и кто-то позвал:

— Сюда, господа!

— Позже поговорим! — заявил важный тип и поспешил дальше.

Я выждал немного и спросил:

— И кто это такой?

— Севастьян Баюн, ответственный секретарь столичного отделения РСДП, — с непонятным выражением произнёс Альберт Павлович. — На встречу с Черником приехал. — Он посмотрел на меня и улыбнулся. — Между прочим, как и ты отличается левым уклоном.

— Да нет у меня никакого уклона! — возмутился я.

— В досье написано есть, значит — есть! — отрезал куратор и обернулся к взбежавшему на второй этаж Ивану Богомолу. — Баюн приехал! — оповестил он бывшего помощника.

— В курсе! — кивнул тот. — Меня для доклада вызвали. А вы как?

— Справимся. Беги!

Я не удержался и полюбопытствовал:

— Этот Баюн такая большая шишка?

— На сегодняшний момент он самый высокопоставленный функционер РСДП из всех, кто только уцелел, — сообщил мне Альберт Павлович и вновь взглянул на часы. — Всё, время!

Услышанное не на шутку удивило, я немного поколебался и спросил:

— И какие у вас совместные дела?

— Наша кафедра его консультирует, — ответил куратор, не пожелав вдаваться в детали, потом всё же счёл нужным добавить: — Создание ВОХР было его идеей.

— Вот как?

— Именно. — Альберт Павлович уже шагнул на лестницу, но тут же остановился сам и придержал меня. — И вот ещё что, Петя, — произнёс он, предварительно глянув сначала вниз, затем вверх, — вряд ли об этом начнут расспрашивать наши коллеги, просто имей в виду, что после отчисления в прошлом году с курсов контрольно-ревизионного дивизиона к оперативной деятельности ты никакого отношения не имеешь. С Горским общался по инциденту в «Гранд-отеле», поэтому тебя и привлекли к операции. О Карпинских помалкивай.

Я задумчиво хмыкнул.

— А откуда бы мне тогда узнать о розысках Горским пропавших операторов?

— Услышал от кого-то из прибывших на похороны слушателей Общества изучения сверхэнергии. Значения этому не придал, но рассказать мне — рассказал.

— Так себе конспирация, — поморщился я. — Простой студент на такую авантюру ни в жисть бы не подписался!

— Простого студента в столицу бы и не командировали. Ты у нас идейный и с боевым опытом, кому в первых рядах идти, как не тебе? Держись этой версии, если что.

Мы спустились на первый этаж к уже дожидавшемуся нас там Эдуарду.

— Машины готовы, — сообщил он нам. — Можем выдвигаться!

— А позвонить? — забеспокоился я. — Телефонная связь работает вообще?

— Частично, — ответил Эдуард. — Не переживай, нас на месте встретят, обеспечат связью.

Не переживай, да? Ну-ну…

Я протянул руку Альберту Павловичу, тот вопросительно выгнул бровь, и не подумав при этом ответить на рукопожатие.

— Вместе едем, — сообщил он мне с таким видом, будто это подразумевалось само собой.

— А как же…

Я указал себе за спину, намекая на высказанное господином Баюном желание обсудить какие-то вопросы, и куратор понял меня верно, беспечно пожал плечами.

— Не в моих принципах упускать такого рода возможности, но надо уметь расставлять приоритеты.

Приоритеты? О, да!

Приготовленные для выезда машины оказались самыми обычными легковушками с ничуть не менее обычными регистрационными номерами. Неброские, серые, обе —четырехдверные. В первой нас дожидался водитель, во второй компанию шофёру составили два вооружённых до зубов типа в штатском и совсем молодой ещё парнишка-оператор, который даже не потрудился скрыть набранный потенциал. Да и не смог бы, пожалуй, — явно эталонный шестой виток и залит сверхсилой под завязку. Вундеркинд, не иначе. И вроде бы видел его как-то в институте, а вот при каких обстоятельствах — уже не скажу.

На военной кафедре? Должно быть, там.

— Оружие? — утонил у нашего спутника Альберт Павлович.

Эдуард поднял крышку багажника, взял ППС и подсумок с магазинами себе, предложил вооружаться нам. Мы отказываться не стали, пусть я и предпочёл бы этим трещоткам автомат под винтовочный нихонский патрон.

— Поехали! — скомандовал риковец, когда мы забрались в салон, причём мне в очередной раз пришлось садиться на переднее сидение.

Машины выкатились за ворота и на площадь выворачивать не стали, повернули в другую сторону, начали набирать скорость.

— Мы контролируем Фонарный мост, — сообщил мне Эдуард. — Переправим тебя по нему на тот берег, а дальше сам.

В окрестностях Якорной площади на глаза то и дело попадались следы ночного боя — почти все дома щерились выбитыми окнами, многие чернели сгоревшими крышами, от других и вовсе остались одни только закопчённые коробки. На тротуарах высились остатки снесённых танками баррикад, где-то стояли расстрелянные машины и валялись покойники в форме и в штатском, с белыми нарукавными повязками и без. Кое-где расположились пикеты республиканских сил, но ни на одном остановить нас не попытались, мы гнали по узенькой улочке без остановок. Встречались и немногочисленные горожане, эти пробирались прочь от центра. Там продолжала грохотать артиллерийская канонада, а вот в предместьях, насколько получилось разобрать, перестрелка уже стихла. По крайней мере в южных.

А в северных… Кто знает, что сейчас к северу от города происходит? А ну как интервенты прорвутся? Сколько их пожаловало? И ведь ещё Окрест, Средин и внутренние враги остаются!

Впрочем — не о том голова сейчас должна болеть. Мне бы этой самой головы в ближайшее время не лишиться! Мало ли как переговоры пройдут?

Фонарный мост республиканские силы удерживали чисто номинально — набережную и выезд на неё перегородили баррикадами, но бойцов за ними не было, огневые точки оказались обустроены в соседних домах. Как только автомобили миновали облюбованное Василем кафе, на дорогу вышел молодой человек в штатском, замахал руками и указал куда-то налево. Там — проезд во дворы, машины бросили прямо в арке.