Чтение онлайн

Поэтому, перемыв все пробирки с ретортами и прибрав лабораторию, Андрей решительно двинул на праздник. По пути он нарвал в одном чужом саду цветов и захватил гитару, на случай, если повезет блеснуть талантом перед возлюбленной.

61

Дождь пронесся мигом, тучи исчезли со всего горизонта, превратясь в свою противоположность — чистое голубое небо, так что капли воды на окне электрички стали выглядеть странно.

Сержант спрыгнул на платформу. Пронзительно свистнул электровоз, затем раздался знакомый с детства нарастающий звук, сопровождающий жизнь каждого нашего соотечественника, посещающего пригороды, но это уж за спиной и вбок от мчавшегося на велосипеде Павла.

Ухабов он не замечал, равно как и бьющих по лицу мокрых веток придорожной ольхи. Даже куры, с кудахтаньем выскочившие из-под колес не могли отвлечь его внимания от мыслей о несправедливом устройстве мира и нежелании людей по-быстрому его усовершенствовать.

— Всего-то и надо — быть честным! Зачем вот он связался с разной сволочью и единственную жизнь себе поганит? — лихорадочно думал сержант о Корытине, — неплохой ведь мужик и не трус, а увяз, как в болоте. Вроде ж договорились все — строим коммунизм! Так нет, как магнитом тянет некоторых на разную дрянь за деньги. Хорошо, что их партия распорядилась напечатать мелким форматом, как фантики от конфет. Не жаль будет выбрасывать. Хотя пока что жаль. На рубль можно «Три мушкетера» купить, если достать. Давно бы уж в коммунизме жили, без всяких денег и, не зная горя! Я б книги приобретал, а другие — колбасу с пирожными. Войн бы не было, преступности. Все бы вскоре сделались хороши собой, здоровы и добры конечно. Но нет, никак не убедить некоторых, чтоб жить по совести. Видно уж только на одного себя надежда, и нечего ждать у моря погоды. Ладно, сами справимся, как-нибудь без таких капитанов. Зря только в город смотался, теперь спешить надо! — трясся Перец не то на ухабах, не то от какой-то лихорадки, — человек, девушка страдает в каком-то подвале. Надо действовать молниеносно, не то перепрятать могут так, что и не найдешь. Сейчас и в дело!

Примчавшись в лагерь, Павел сразу же построил отряд, принял доклады и скомандовал всем готовиться к бою. Дважды объяснять не пришлось. Все пионеры знали сызмальства, и готовились внутренне к той минуте, когда нужно будет принять бой, ведь и отцы их, и деды, и деды дедов, по мужской своей принадлежности, всегда готовы были к бою с врагом и знали точно, что враг есть, и он, если и дремлет, то временно. Случись тревога, и будь готов!

Тревога случилась, и главное теперь — не сидеть сиднем. Павел выслушал у себя в палатке все секретные новости от разведки в лице Тимофея Кондратича с Козьмою Фомичом и тотчас отдал кому следовало необходимые распоряжения.

Дети с энтузиазмом принялись за дело. Все навыки, приобретенные в кружке «Умелые руки» немедленно пригодились. Натягивались тугие луки из ореховых прутьев, затачивались стрелы, карманы штанов наполнялись подходящими камнями для рогаток, и сами рогатки спешно ремонтировались, украшались рукописными боевыми кличами и затыкались за пояс. Владелец капсюльного пистолета с особенной гордостью почистил его подсолнечным маслом из пузырька. Две действующие модели космических ракет, годные к переноске на руках, приведены были в полную боевую готовность.

— Ну, мы им устроим! — воскликнул вожатый, с присущим молодости энтузиазмом и бодро ударил кулаком по седлу, выбив из потертой кожи клуб пыли. — Отряд, стройся! Слушай мою команду!..

Все построились, и сияющий надраенной медью горн пропел что-то залихватское, после чего захотелось всем лезть на мачты и реи, чтоб распускать паруса, или вскакивать на лошадей и тотчас вонзать им для бодрости шпоры в бока.

…

Чуть позже, в расположенном неподалеку совхозном свинарнике, орденоносная свинарка Анна Ивановна Небаба, закончила плановое кормление и присела подле своего клеенчатого столика с электрочайником, попить чайку с карамелью «подушечка» — лучшего средства от печальных мыслей.

В свинарнике царила образцовая чистота. Даже запах, без которого не бывает большого скопления животных, и тот отсутствовал. Выходило у добрейшей Анны Ивановны, что напраслину возводят на свиней, обзывая их именем всяческих грязнуль. Умом же иные свиньи превосходили некоторых колхозных начальников.

Сейчас свинарка собиралась хорошенько обдумать обстоятельства жестокого романа хряка Федьки и хавроньи Зойки. Федька только что жестоко покусал двух других хряков, подобравшихся, по его мнению, на слишком близкое расстояние к возлюбленной его Зойке. Укусы были опасно глубоки, и надо было что-то предпринимать, не то Федька перекусает всех.

Свинарка завидовала Зойке и поэтому в целом симпатизировала Федьке, но жалела и потерпевших хряков. Она даже приготовилась было немного всплакнуть над собственной своею судьбой, поскольку ей не везло с мужчинами, и даже взор ее затуманился уже набежавшей влагой, но тут в дверях, в колеблющемся свете нарисовались сразу двое пацанов.

— Анна Ивана, наш отряд хочет видеть поросят! — продекламировали они хором из Агнии Барто, отдавая при этом пионерский салют. Галстуки, косо повязанные на их грязноватых шеях, придавали миссии особенную серьезность.

— О, подшефные мои, ненаглядные Тимохфей Кондратьевич с Козьмою Фомичом пришедши! — воскликнула радостно свинарка, раскрывая им свои объятья, в которых оба гостя тотчас вольготно уместились и там замерли, утратив связь с реальностью, и как бы оказавшись на миг в теплом раю. Опомнившись, мальчишки принялись всячески изворачиваться и выражать протест против этих «телячьих нежностей».

Вырвавшись и получив по алюминиевой кружке чаю, пацаны приступили к изложению дела, по которому явились, перебивая друг друга и с трудом ворочая языками, уже облепленными упомянутой карамелью «подушечка».

За перегородкой влюбленный хряк Федька наносил по доскам монотонные тяжелые удары башкой, имея в виду напомнить другим хрякам о своей неусыпной бдительности.

62

Студент Макаревич появился во дворе дома Раисы, когда почти все гости проследовали в гостиную. При этом Ворон сумел отвести Раисе глаза и исчезнуть из помещения, поскольку решил, что для начала и так много побыл на виду у малоизвестных персон. Он проскользнул кухней, обогнул дом и вернулся к главному входу, где решил выкурить папироску в уединении на лавочке, в сиреневой тени.

Только он затянулся и сделал губами фигуру для пускания колец, как рядом плюхнулся мелкий паренек с гитарой и замер неподвижно, вперив взор в приоткрытую дверь.

— Не подскажете, с этого входа на праздник идут? — спросил он артиста, обманутый игрою сиреневых теней и приняв Ворона в панаме и с папироской за садовника.

— Вы собираетесь музицировать? — поинтересовался в ответ Семен Семенович, испортив второе кольцо дыма и с любопытством касаясь ногтем инструмента.

— Да сколько угодно, если дадут. Я ведь рок-н-ролл играю-то, а не всякую там муть, — молвил юноша, упорно не желая признавать в собеседнике звезду экрана.