Чтение онлайн

— Ты знаешь еще что-то, — произнес он, когда измученный отрок умолк. — Я вижу это по твоим глазам и требую, чтобы ты сказал мне, что вы задумали сделать завтра!

Падуб, лежавший как раз между ними, пошевелился как раз в тот момент, когда Агрик снова открыл рот.

— Не смотри ему в глаза! — воскликнул пекленец. — Не смотри! Он чародей и наверняка заодно с ними!..

Старый оборотень взглянул на пекленца, и тот мигом покрылся холодным потом под его взором. Костлявая рука легла Падубу на шею.

— Он умрет, — предупредил Агрика гость, — если ты всего не откроешь!

Падуб смог дотянуться до противника только одной рукой, когда тот сдавил ему горло. Пекленец дернулся, бросая умоляющий взгляд на друга, что-то захрипел ему, но Агрик, в душе ненавидя свою слабость, уже рассказывал оборотню о найденной им примете и готовящемся побеге.

Оборотень не снимал руки с горла пекленца до тех пор, пока Агрик не замолчал.

— Хорошо, — сказал он тогда. — — Смотрите не перепутайте завтра дороги. Вас там будут ждать!

Он уже привстал, чтобы уйти, но бросил взгляд на Падуба и раздумал. Его рука опять потянулась к парализованному. Тот шарахнулся прочь с ужасом. Слова мольбы замерли у него на губах, но оборотень не стал его душить. Тонкая рука скользнула по груди, животу и ногам лежащего, подвижные костлявые пальцы по очереди ощупали каждый сустав бесчувственных ног и ослабевших рук, на прощанье погладили пекленца по голове, и странный гость поднялся, чтобы уйти.

Однако он почувствовал что-то во взглядах трех рабов, которые следили за тем, как он уходит. Внезапно обернувшись, старый оборотень молвил:

— Или вы завтра совершите задуманное, или послезавтра будете убиты!

В подвале после его ухода долго еще стояла завороженная тишина. Большинство рабов успели заснуть, и только кучка заговорщиков не могла сомкнуть глаз, теряясь в догадках.

— Что нам делать? — не выдержал Агрик.

— Он все знает, — горько вымолвил Арагаст. — И может выдать нас хозяевам… Зачем ты только…

— А что я мог сделать? — воскликнул отрок. — Его глаза… В них было что-то, чему я не мог сопротивляться! Он чародей еще сильнее Кощея. У меня не было сил бороться…

— Теперь нас поймают, — обреченно вздохнул Арагаст. — Вы слышали, что он сказал? Нас там будут ждать!.. Это ловушка, и он требовал, чтобы мы сами попались в нее.

— И кроме того, я так боялся, что он навредит Падубу, — продолжал оправдываться Агрик.

Падуб, о котором вспомнили только что, все это время не шевелился, прислушиваясь к себе. Но постепенно лицо его светлело, расплываясь в улыбке. Медленно, осторожно он пошевелил руками, ощупал себя, потом сел и двумя руками подтянул левую ногу.

— Он… он исцелил меня, — прошептал пекленец. — Посмотрите, я здоров!.. Я могу двигаться!

Он порывисто вскочил на колени, горячо обнялся с Агриком и Арагастом, потом привстал и выпрямился, насколько позволяли цепи, а сев снова, долго еще по очереди подтягивал то одну, то другую ногу и ощупывал их.

Друзья не сводили с него глаз.

— Что будем делать? — снова вымолвил Арагаст.

— Вы можете думать, что я говорю глупости, но, по–моему, мы должны ему довериться, — осторожно сказал Падуб. — Он ведь понимал, что без меня вам не найти нужного места. А это значит, что он что-то знает, но не говорит… Нам и в самом деле нечего терять…

— Кроме того, неужели мы втроем не справимся с ним? — подал голос Агрик.

К рассвету, когда надсмотрщики подняли рабов, заговорщики так ничего и не решили, но зато лишились почти всех сторонников. Узнав, что один из оборотней о чем-то догадывается, большинство рабов отказались участвовать в побеге. Верность сохранили только бывшие слуги Арагаста.

Сбившись в плотную группу, заговорщики одними из первых сошли в забой, где вперед выступил Агрик, ищущий нужный ход. Подземелья, где рабы рыли ходы, представляли собой сложный лабиринт без каких-либо указателей. Приметами служили камни, ширина ходов и их высота, иногда оттенки грунта и забытая кем-то вещь.

Внутри хода вперед пропустили Падуба. Охранники, конвоирующие рабов, чуть поотстали, свет отдалился, но коренной житель подземелий отлично видел в темноте. Неловко двигаясь в кандалах, он прошел до тупика, где были свалены заступы и лопаты, осторожно трогая стены и прислушиваясь к шорохам, неслышным для других. Иногда губы его шевелились — он что-то говорил, но остальные не разбирали ни единого слова.

— А вы не ошиблись? — вдруг обернулся он к остальным.

Заговорщики застыли как вкопанные.

— Ошиблись?

— Здесь нет алого песка, — произнес Падуб. — Смотрите сами!

Агрик уже сделал шаг, как вдруг сзади появился надсмотрщик.

— За работу! — рявкнул он. — Чего ждете?

Арагаст медленно наклонился и поднял заступ.

— Может быть, придется действовать так? — тихо промолвил он.

Его бывшие слуги, догадавшиеся первыми о намерении хозяина, тоже взялись за инструменты, но вместо того, чтобы начать долбить камень, двинулись к охраннику.

Тот тоже все понял и попятился, уже набирая в легкие воздуха для крика. В этот миг Агрик резко наклонился к сапогу.

Охранник развернулся к нему. Пользуясь кратким мигом, Арагаст метнул в него заступ. Лезвие пробило охраннику плечо, он дернулся, но Агрик уже выпрямился. В его руке сверкнул нож, и отрок всадил его в шею охраннику.

Тот вскрикнул, но его крик перешел в хрип. Кровь хлынула на руку Агрику. Отрок отскочил, и тело бьющегося в судорогах охранника рухнуло, загородив проход.

— Бежим! — скомандовал Арагаст, подняв оружие охранника.

Заговорщики выскочили из тупика. Падуб мчался впереди — он должен был найти следы алого песка и уговорить горы открыть им проход, а остальные должны были охранять его в это время.