Чтение онлайн

— Опять-таки — зачем ты мне это говоришь?

— Затем, что сам Таул ничего не скажет. Он слишком горд. Ты был вместе с ним в Вальдисе и знаешь, что я говорю правду.

— Ну и к чему ты клонишь? — Андрис сел в седло.

— А к тому, что Таул не лжец и не убийца. Он самый отважный человек из всех, кого я знал. Рыцарство у него в крови. Я провел рядом с ним много месяцев, и еще дюжину дней назад он слова дурного о Тирене не желал слышать. Он любил его как отца. Теперь же, узнав правду, он чувствует, что его предали. Он ранен в самое сердце. Я знаю, что он испытывает, и ты, думается мне, тоже знаешь. Тирен всех вас предал.

Пару мгновений Андрис смотрел сверху вниз на Джека своими серыми северными глазами такого же цвета, как небо. Потом тронул коня с места и сказал:

— Я поговорю в полдень с остальными.

Легкий морозец подсушил грязь и заставил ветер уняться. Горы приблизились к ним — их пики, окутанные туманом, высились на северо-востоке.

С продвижением на север волнение Джека все возрастало. Давление в желудке, давшее знать о себе, как только они высадились в Марльсе, все время росло. Джеку казалось, будто неведомая сила тянет его к Брену и к Баралису. И к Кайлоку. Он возвращался к ним другим человеком. Он узнал, кто была его мать, и это сделало его сильнее. Как будто он приобщился к силе ее духа, узнав ее настоящее имя — Анеска. Новое знание служило ему щитом против всякого зла. Что бы ни случилось с ним в последующие недели, этого у него никто не отнимет. Он знает, кто он, откуда взялся и что ему суждено совершить.

Многое еще остается неизвестным или непонятным: он не знает, кто его отец, почему его свершения не должны ограничиться Ларном и какова связь между пророчеством Марода и его матерью. Но все эти вопросы могут и подождать. Пока, во всяком случае.

Сейчас он должен готовить себя к встрече с Кайлоком. Король должен умереть. Иного выбора нет. Северная империя рассыплется, оставшись без правителя. Баралис, при всей своей хитрости и мастерстве мага, не сможет удержать ее, когда падет его ставленник. Кайлок владеет Королевствами по праву рождения, а Бреном — по праву супруга. Если его убить, обе державы разлетятся словно лопнувшая тетива. Ничто, кроме Кайлока, не связывает их. Если его убить, Брен и Королевства снова станут существовать сами по себе, а империя распадется на составные части.

Джек много думал о том, что должен делать, когда окажется в Брене. Ему нет нужды связываться с Баралисом, нет нужды заводить войну. Смерти Кайлока будет вполне достаточно.

И он, Джек из Четырех Королевств и с Ларна, бывший ученик пекаря и писец, — единственный, кто может пресечь жизнь Кайлока. Судьба связала его с Кайлоком, и настало время перерезать нить.

У Таула свои заботы: орден, Мелли и те призраки, что живут в его прошлом. Джек поможет ему, насколько будет в силах, — но есть черта, за которой существуют только Джек и Кайлок, и она становится все резче по мере приближения к Брену.

Джек посмотрел на Таула, едущего рядом с мулом Хвата. Таул, перехватив этот взгляд, вскинул руку в безмолвном приветствии, и Джек ответил тем же. Они оба знают, как обстоит дело.

Настал полдень, пасмурный и холодный, с несильным, но пронзительным ветром. Крейн распорядился сделать привал на берегу медленного ручья.

— В такой холод, — заявил он трубным солдатским голосом, — нет смысла искать укрытия под деревьями.

Все утро они ехали через редкие рощицы, перемежаемые зелеными холмами и долинами, и всюду, куда ни глянь, была вода: ручьи, пруды, быстрые речки. По краям более мелких прудов собиралось ледяное «сало», но текучие воды продолжали бежать, наполняя округу своим журчанием.

Андрис подошел к Крейну. Они обменялись несколькими словами, и Крейн поманил к себе Берлина. Джеку, хотя он был довольно далеко, показалось, что Андрис произнес слово «Ларн». Берлин кивнул, и они продолжили разговор. К ним подошли еще двое рыцарей.

Джек подъехал к Таулу и Хвату.

— Что происходит, Джек? — спросил Таул, снимая Хвата с мула. — Что ты такое сказал Андрису?

— Правду. Я сказал ему, что мы разрушили ларнский храм.

— Это ты его разрушил, Джек, — не я.

— Нет. Мы сделали это вместе.

Таул, ничего не ответив, велел Хвату:

— Покажи-ка горло. — Он пощупал железки Хвата, приложил ладонь ему ко лбу и остался доволен. — Ну вот, тебе уже лучше.

— Что-то я этого не чувствую.

— Это потому, что утром я не подливал браги в твой сбитень, — улыбнулся Таул. — Иди-ка приляг. Возьми мое запасное одеяло и закутайся хорошенько. Я скоро принесу тебе горячей еды.

Хват поглядел на Таула, потом на Джека.

— Я понимаю, когда мое присутствие нежелательно. Хоть я и болен, с головой у меня все в порядке. — Он двинулся к воде. — Смотри захвати побольше сыру.

Дав ему отойти подальше, Таул сказал:

— Джек, я не хочу, чтобы ты вел мой бой за меня. С этими людьми я управлюсь сам.

— Все это так, Таул, но у нас мало времени. Если они не намерены помочь нам, придется бежать.

— Ты считаешь, что я задерживаю тебя. — Это было утверждение, не вопрос.

— Я не поэтому говорил с Андрисом.

Таул, улыбнувшись через силу, положил руку на плечо Джека.

— Я знаю.

Оба посмотрели на Андриса, вокруг которого собрались теперь все рыцари до единого. Судя по шуму, который они поднимали, там шел горячий спор. Таул шагнул вперед:

— Пойду поговорю с ними.

— Нет. Пусть они сами придут к тебе. — Джек достал из котомки флягу. — А пока что наберем воды.

Таул последовал за ним к ручью. Хват, закутанный в толстое одеяло, высматривал головастиков.

— А откуда течет вся эта вода, Таул? — спросил он, разглядывая на свет мелкий камушек. — С самого Марльса не видал такой мокряди.

— С Хребта, — ответил Таул, погружая флягу в ручей. — Все эти ручейки и речки потом впадают в Силбур.

— Значит, река близко? — спросил Джек.

О великой реке Силбур знали все в Обитаемых Землях.

— Лигах в пяти к западу. Она течет вдоль предгорий и так сильна, что даже через Хребет сумела пробить себе дорогу.

— Разве Силбур протекает через горы?

— Да — в сотне лиг к югу от Вальдиса. — Таул закупорил флягу. — Завтра мы минуем озеро Ормон, самое глубокое в Обитаемых Землях. Река Виралай впадает там в Силбур. До впадения в озеро Виралай тоже течет через горы. — Взор Таула устремился вдаль. — Я шел вдоль него на первом году своего учения. Мне нужно было попасть в горное святилище, чтобы заслужить первое кольцо. Никогда не забуду, как впервые увидел водопады.