Чтение онлайн

Пахнущая крысами, шедшая за ним по пятам, вдруг крикнула девушкам:

— Попрощайтесь-ка с любезным господином.

— Доброй ночи, красавчик, — отозвались те.

Мейбор, чувствуя, что кланяться сейчас не следует, только рукой помахал в ответ, и пахнущая крысами отпустила его.

Мейбор дохнул ночным воздухом и попытался припомнить дорогу домой. Неотрывно глядя себе под ноги, он дошел до конца улицы. Места были как будто знакомые — он повернул налево, потом пересек рыночную площадь. Вокруг стало тихо. Высокоградцы прекратили бомбардировку до утра, и слышен был только плеск воды в фонтане да шорох атласного камзола.

Ночь выдалась не совсем обычная, и Мейбор извлек для себя печальный урок: даже голые женщины со временем могут надоесть.

По дороге он немного протрезвел. Ночной ветерок выдул дым из легких, а вонь из сточных канав оживляла почище нюхательных солей.

С отрезвлением пришла и настороженность. Стук сердца был не единственным звуком, который слышал Мейбор. Он остановился — и в тот же миг затихли и шаги позади. За ним кто-то шел.

Наверняка карманник или грабитель, привлеченный его нарядной одеждой и нетвердой походкой. Мейбор заторопился — до погреба осталось совсем немного.

Еще несколько поворотов, быстрый взгляд влево и вправо — Мейбор вошел во двор мясника.

Борк, ну и темень! Мейбор с трудом отыскал люк, постучал по нему ногой и прошипел:

— Это я, Мейбор! Откройте.

Услышав внизу шорох, он удовлетворенно заворчал. Не спят лодыри — то-то же. Люк открылся, и тут Мейбор вспомнил, что оставил плащ в углу двора.

— Я сейчас, — буркнул он.

Мейбор позабыл, в каком углу лежит плащ. Он заковылял в самый дальний конец, и тут тишину ночи прорезал громкий крик:

— Взять их!

Мечи со свистом вылетели из ножен, и двор наполнился тенями, бегущими к люку.

Двое мчались прямо на Мейбора. Он вытащил нож и укрылся в самой густой тени у стены. Там стоял разделочный стол — Мейбор стукнулся о него бедром и с руганью обошел его.

Солдаты уже прыгали в люк. Кто-то закричал.

Те двое были в нескольких шагах от Мейбора. Он взмахнул ножом, и один попятился. На второго Мейбор что есть силы толкнул стол, а сам упал на землю и нашарил в грязи свой плащ.

Солдат, прижатый к земле столом, звал на помощь своего товарища.

Из люка вылезли несколько человек. Один из них нес кого-то — его ноша не издавала звуков и не боролась. Было слишком темно, но Мейбор догадался, что это его дочь. Мелли держала себя с достоинством. В звездном свете мелькнула юбка, и у Мейбора сжалось сердце. Да, это Мелли — и живая, вот она шевельнулась. Стража окружала ее со всех сторон.

— Тревис! Брюннер! Поймали вы старого козла?

— Мы загнали его в угол, капитан.

Раздался грохот — один солдат сбросил с другого тяжелый стол.

Мгновение Мейбор раздумывал. Вряд ли он сможет спасти Мелли — стольких человек ему не одолеть.

Двое нерешительно приближались к нему, размахивая своими клинками. Мейбор стоял в полной тени и догадывался, что они его не видят. Лучшее, что он может сделать, — это попытаться бежать. Мало пользы будет Мелли, если его схватят или убьют. Если он верно помнит, между ним и кухней мясника есть калитка. Мейбор метнул свой плащ, как невод. Тот раздулся в воздухе и полетел на середину двора. В тусклом свете казалось, что это бежит человек.

— Вон он, Тревис! — крикнул один из двоих. — Бежать задумал!

И оба ринулись туда, где упал плащ.

— Отец! — закричала Мелли. — Нет!

У Мейбора все нутро сжалось, когда он услышал крик, — должно быть, она узнала его плащ. Поколебавшись, он двинулся в обратную от переполоха сторону, вдоль стены, где лежала тень. Легкие жгло как огнем, и он задыхался. Ему не нужно было оглядываться, чтобы понять, что его уловка раскрыта. Позади слышались топот и крики.

Вот и калитка. Рука у Мейбора так тряслась, что он не мог отодвинуть засов.

— Вон он, у стены! — крикнул кто-то.

Мейбор ухватил засов обеими руками и потянул. Калитка отворилась, и он отважился оглянуться напоследок.

Мелли подняла настоящий бунт: она брыкалась, визжала — словом, из кожи лезла вон, чтобы отвлечь стражу от погони за отцом. Сердце Мейбора готово было разорваться. Кто из отцов мог бы похвастаться такой храброй дочерью?

Шаги приближались. Нельзя, чтобы старания Мелли пропали напрасно. Он юркнул в калитку и захлопнул ее за собой. В переулке было довольно света, чтобы разглядеть у стены целую груду ящиков с яблоками. Мейбор навалился на нее плечом — ящики рухнули, и яблоки раскатились по земле. Двое солдат, успевшие выйти за калитку, как раз угодили под обвал.

У Мейбора не оставалось времени, чтобы насладиться этим зрелищем. Он повернулся и побежал по переулку. Каждый шаг был для него пыткой. Грудь точно сковало тугим обручем, и нарядный камзол промок от пота. Затерявшись в путанице городских улиц, он тут же перешел с бега на шаг.

Теперь он совсем протрезвел и ничуть не радовался, что ему удалось бежать. Образ Мелли, какой он увидел ее в последний раз, преследовал его до рассвета.

— За нами все время кто-то идет, — сказал Таул.

— Ты прав как никогда, мой друг, — поддержал Хват. — Скорый говорил, за ним столько раз ходили хвостом, что в один прекрасный день кто-нибудь последует за ним в могилу.

Таул с улыбкой покосился на Джека, не зная, как тот воспримет такие слова. Он очень многого еще не знал о Джеке.

Джек продолжал разводить костер.

— Я тоже на прошлой неделе понял, что за нами следят, — сказал он.

— Ты это почувствовал?

— Колдовство тут ни при чем, если ты это имеешь в виду.

Таул понял, что заслужил упрек: надо было говорить прямо.