Чтение онлайн

Эвандер заставил себя спокойно рассмотреть врага. На вид тому было лет тридцать, не более. Длинные черные волосы туго стянуты за ушами. Элегантная манера двигаться и боевая рапира в длинных узких ножнах придавали странной фигуре некоторую щеголеватость, подчеркнутую ледяным выражением лица.

Эвандер прикинул, сможет ли он одним броском добраться до чародея. Их разделяло футов пятьдесят. Шансы были отнюдь не в пользу юноши. Он не мог отделаться от мысли, что на полпути чародей заметит опасность и нанесет магический удар. Оставалось только ждать: наблюдать за развитием событий и не давать выхода раздирающему душу гневу.

— Мой повелитель! — поздоровался чародей, отвесив элегантный поклон и улыбнувшись. Улыбка вышла почти издевательской.

Агрант кивнул, благословляюще поднял руку, и, усмирив бушующую в нем ярость, мягко произнес:

— Ты выиграл турнир. Как нам тебя называть?

— Зови меня сыном, отец! — ответил чародей и захохотал.

Агрант принужденно улыбнулся:

— Так я и буду тебя звать, притом весьма охотно. Как я и обещал, ты женишься на моей единственной дочери.

Чародей самодовольно ухмыльнулся:

— Итак, дорогой отец, ты вручаешь мне законную награду?

Король приободрился. Сирина — красивая девушка, она наверняка тронет сердце этого монстра. Даже чародеи склонны время от времени поддаваться желаниям плоти. Если только принцесса правильно сыграет роль кокетки, ей, возможно, удастся взять верх над этим странным пугающим созданием, что на время обеспечит городу спокойствие и мир. О чувствах дочери Агрант не думал — речь шла о короне.

— Конечно, сын мой. Принцесса Сирина здесь. Вот она.

Мужчины повернулись к девушке. Сирина стояла всего лишь в пятнадцати футах от них, за ее спиной застыли крепкие охранницы. Агрант нежно улыбнулся в сторону дочери, но встретиться с ней взглядом так и не решился.

Чародей, в свою очередь, многозначительно посмотрел на будущую невесту и послал ей звонкий воздушный поцелуй. Сирина холодно взглянула на него и, фыркнув от отвращения, отвернулась.

Чародей закинул голову и радостно рассмеялся:

— Какой характер! Поневоле кровь взыграет! Агрант вновь попытался улыбнуться, но на этот раз — с меньшим успехом.

— Бедная малышка! — воскликнул чародей. — Принцесса, видимо, припомнила мои менее приятные обличья. Они несколько смущают, не так ли? Но пойми, дорогой отец, иногда приходится менять облик. Дело в том, что чародей, известный умением менять личины, просто обязан время от времени это делать.

Агрант молча кивнул, подавив желание ответить резкостью. Довольно долго мужчины молчали, потом чародей прервал тишину:

— Она привыкнет. Думаю, мы станем прекрасной и дружной парой.

Победитель подошел к Сирине, которую с обеих сторон крепко держали за локти матроны-охранницы. Они не хотели рисковать. Чародей мерзко улыбнулся девушке:

— Думаю, о нашей великой любви сложат поэмы. Мы превратимся в эротический символ своего времени.

Он подошел еще ближе. Теперь Эвандеру было отлично видно и слышно его. Юноша, вздрогнув, смотрел, как чародей касается подбородка Сирины, заставляя ее запрокинуть лицо.

— Любимая, — мерзким голосом произнес негодяй, — я так рад, что ты стала моей невестой. Только мысли о тебе помогли мне выдержать этот ужасный турнир. Ты не можешь представить себе, с какими бесталанными старыми маразматиками мне пришлось иметь дело. Но пройти через все эти испытания мне помогла мысль о тебе. С твоим характером ты внесешь свежую струю в мою жизнь. Своей красотой ты утолишь мою страсть.

Сирине с трудом удалось сдержать крик. Чародей протянул руку и нежно погладил девушку по плечу. Матроны удержали ее на месте. По телу принцессы прошла дрожь, и чародей рассмеялся.

— Вдвоем мы изведаем несказанное блаженство, любовь моя, — прошептал он.

Сирина попыталась плюнуть ему в лицо, но чародей крепко сжал ее подбородок.

Эвандер скорчился всего лишь в каких-нибудь двенадцати футах. Никто не замечал его в тени мортиры. Его мозг кипел, рука легла на рукоять кинжала. Можно ли пойти на такой риск? Если замысел не удастся, нападение обернется смертным приговором. Но отступать было некуда. Он уже рисковал жизнью, чего же больше? Нужно было во что бы то ни стало спасти Сирину от этого кошмара.

Молодой принц Данаис Эвандер Седимо-Кассимский не хотел умирать. Он любил жизнь, несмотря на проклятую жабью кожу. Пока он жил, в его сердце не угасала надежда избавиться от проклятия. По лбу юноши катился пот, руки его судорожно сжимали кинжал.

Сознательного решения он не принимал, но через несколько секунд, вырвавшись из тени, юноша бесшумно скользнул к повернувшемуся спиной чародею.

Время внезапно замедлило свой бег, все казалось нереальным, словно это не сам Эвандер, а кто-то другой двигался вперед с величайшей осторожностью, словно это чужое сердце, а не собственное стояло пульсирующим комком в чужом горле.

Эвандер преодолел уже половину пути, когда Сирина заметила его и от неожиданности вскрикнула. К счастью, чародей был слишком занят своими чувствами, чтобы обращать внимание на девушку. Он жадным взглядом пожирал распростершийся перед ним город. Все это скоро будет принадлежать ему. Вполне законно перейдет к нему по наследству. Он унаследует корону Монжона. Это уже значилось в его ближайших планах на будущее. Конечно, Агрант защищен от любого колдовства силой Тимнала, но ничто не защитит его от яда. Надежные люди займутся королевскими поварами и проложат путь к желудку Агранта. В предвкушении этих событий чародей не заметил в глазах Сирины отражения приближающейся опасности.

Эвандер преодолел следующие два ярда.

Одна из охранниц предостерегающе вскрикнула и потянулась к дубинке. Позади раздались выкрики — восклицания двадцати разъяренных голосов.

Чародей резко повернулся на каблуках. Развернулся он очень легко, как умелый фехтовальщик. Рука его метнулась к эфесу рапиры, но он на долю секунды опоздал, и Эвандер ударил раньше. Кинжал вонзился чародею в грудь.

Тот зашатался. Его совершенное лицо сморщилось, с криком ужаса он рухнул на землю, издал очередной странный вопль и стал медленно извиваться, как гигантский червяк.