Чтение онлайн

— Да нет же, черт возьми!

— Ну, хоть один крохотулечка-грабежик в неделю? — совсем упавшим голосом попросила она.

Он раздраженно перевел дыхание.

— Уж и не знаю, как тебе объяснить, Талея, но попытаюсь еще разок. Там, откуда я прибыл, на подобные занятия смотрят косо не только с точки зрения закона, но и с точки зрения морали. Мне это не по нутру.

— В твоем мире ужасно нудная жизнь.

Талея скрестила руки на груди и надулась.

— Я признаю, что здесь этика более, ну, либеральная, что ли, — но таковы уж мои принципы. Да и потом, не могу же я сидеть дома на шее у жены!

— А почему бы и нет? — искренне удивилась Талея. — Большинство знакомых мне мужчин с радостью ухватились бы за такую возможность.

— Я не отношусь к большинству. Максимум, на что я способен, — это бросить чаропение и волшебство и зарабатывать на жизнь как простой музыкант.

— Это с твоим-то голосом? — ввернула Талея, но, увидев выражение лица Джон-Тома, поспешила его утешить. Гнев ее испарился чуть ли не быстрей, чем вспыхнул. — Пожалуй, вы правы — ты и твой твердобрюхий, твердолобый старый мошенник. Ты должен идти, а я останусь и буду заниматься древесным хозяйством до твоего возвращения.

Даже невооруженным глазом было видно, что маленькая женщина больше уговаривает себя, а не мужа.

— В конце концов, на этот раз тебе на надо спасать мир. Просто длинная прогулка, вроде отпуска. Правда?

— Правда, — с любовью улыбнулся он. — А ты в самом деле хочешь остаться? Предстоит славное приключение.

— Встреча с тем колдуном и его пертурбатором исчерпала мою любовь к приключениям, — усмехнулась Талея. — Джон-Том, я предпочитаю маленькие безопасные приключеньица, а не ужасающие сотрясения основ мироздания, на которые напарываешься ты. Уж лучше буду дома наслаждаться сознанием, что я замужняя женщина, пока ты не вернешься. Для меня это пока в новинку. Довольно приключений. — На ее лицо набежала тень. — Как ты думаешь — может, я просто старею? Ведь через три месяца мне стукнет двадцать три.

Джон-Том чмокнул ее в щеку.

— По-моему, Талея, ты не взрослеешь. Сдается мне, ты даже в девяносто будешь не прочь раскроить кому-нибудь череп или пошарить в карманах.

— Вот за это я и люблю тебя, Джонни-Том, — умеешь сказать девушке приятное. Ступай, чини свою дуару. Не торопись и не лезь на рожон.

— Вот увидишь, мигом обернусь. Я просто отправляюсь в длительный круиз. Опасаться нечего.

Он притянул жену к себе, приблизил свои уста к ее, и...

Наверху раздался грохот. Талея вывернулась из объятий, мгновенно забыв о нежном умиротворении и снова впадая в ярость.

— А заодно забери с собой в дальние-предальние края эту невыносимо мерзкую водяную крысу и постарайся сбыть с рук где-нибудь посреди океана!

Сверху снова донесся грохот — не такой громкий, как в первый раз, но ничуть не приятнее.

Идея обзавестись чердаком была здесь в диковинку. Но если в деревьях бывают подвалы, твердил Джон-Том магу, то почему бы не сделать чердак? Клотагорб пожал плечами и уступил. В конце концов, это ведь свадебный подарок, а пространственно расширить дерево вверх ничуть не труднее, чем вниз. Чердак пригодился для хранения нераспакованных свадебных подарков, лишней мебели, домашних припасов и прочего скарба, который некуда приткнуть, а выбрасывать жалко, потому что он явно может когда-нибудь пригодиться. Туда отправились: аляповатая скульптура — подарок одного из друзей Клотагорба, целый арсенал лат и оружия — предмет восторгов Талей, с которым она нипочем не хотела расстаться вопреки требованиям Джон-Тома перейти к нормальной мирной жизни, да еще вечно голодный пятифутовый неряха и сквернослов из племени выдр.

С потолка посыпалась древесная труха, и Джон-Том прищурился.

— Сомневаюсь, что Мадж настроен путешествовать.

— Его мнения никто не спрашивает, — отрезала Талея. — Просто прикажи, и все.

— Но Мадж — мой друг. Нам довелось вместе перенести не одно испытание, и я чувствую себя в долгу перед ним за помощь в последнем путешествии.

— Все старые долги давно сочтены. Помнишь, что он сказал после нашей свадьбы? Что задержится всего на несколько деньков, что ему всего-то и надо прикорнуть где-нибудь, задрав ноги, на недельку. Джон-Том, с тех пор прошел не один месяц, и все это время он слонялся тут без дела. То кладет лапы на мою лучшую мебель, то наследит повсюду после каждого купания, и — что хуже всего — он смердит и отвратительно ведет себя за столом.

— Все выдры отвратительно ведут себя за столом, — пробормотал Джон-Том, понимая, сколь неубедителен подобный аргумент. — Их не назовешь дисциплинированным племенем.

— Дисциплинированной задницей! Даже отъявленные мартовские коты не такие чокнутные. Я надеялась, что, когда мы поженимся, Мадж угомонится, но он только разошелся. Уж и не знаю, сколько раз я ловила его на том, что он подглядывал за мной во время купания.

— Это должно тебе льстить. У тебя ведь ни шерстинки, а Мадж на таких обычно даже и не смотрит.

— Ты думаешь?! Так знай, ты тоже не избег его внимания. Помимо всех прелестей, он страдает еще и крайней степенью сатириаза. Этот выдр готов трахать все, что шевелится и не шевелится. Порой мне кажется, что последнее он даже предпочитает, потому что оно не может удрать.

— Продолжай, Талея. Мадж не посмеет притронуться к тебе даже когтем.

— Да ему и не требуется! Ему достаточно лишь поглядеть на самку, хотя ты этого и не поймешь. Как бы то ни было, — тут она возвысила голос, ничуть не тревожась, что разговор может услышать все Колоколесье, не говоря уж о чердачном жильце. — Я хочу, чтоб в моем доме и духу его не было вместе с шерстью, когтями и нечищеными зубами. А теперь есть отличный повод: скажи ему, что отправляешься в новое путешествие, а он нужен тебе в качестве проводника и компаньона. Не это ли ты всегда ему говорил? — На лице Талей заиграла хищная улыбка. — Прекрасная возможность утащить его с собой, да и бросить где-ни-будь.

— Талея, я просто не смогу...

Развернувшись на пятке, она отправилась к гардеробу и начала копаться в его недрах, расшвыривая одежду во все стороны.

— Черт, и куда это сабля запропастилась?

— Талея, не глупи.

— Не глупить? — не оглядываясь, бросила она. — Или ты уберешь отсюда эту крысу в целости, или я уберу ее по частям. Ага!

Талея наконец извлекла из нижнего ящика свою старую саблю. Джон-Том знал, что, несмотря на полнейшее несоответствие фосфоресцирующей ночной рубашки и булатного клинка, в ратном деле его жена будет почище иного солдата. Прислонившись к стене, он подождал, пока Талея направится к двери, а потом негромко сказал:

— А тебе не кажется, что для поединка подошло бы несколько более существенное обмундирование?

Оглядев себя, Талея мгновенно убедилась, что едва одета и вряд ли готова к схватке.

— Не волнуйся. — Подойдя к тихо изнемогавшей от бешенства жене, Джон-Том мягко отобрал у нее саблю и отложил в сторону. — Обещаю забрать Маджа с собой, раз тебе этого хочется. Тем более движение пойдет ему на пользу. А то, что он нынче не в форме, отчасти и на твоей совести. Никто и не подозревал, что вдобавок к умению владеть саблей, луком со стрелами, копьем, ножом, палицей, булавой и топором ты ничуть не хуже управляешься с кастрюлями и плитой. Мадж от твоей стряпни оброс жирком, да и я тоже. Как только мне удастся убедить его, что на этот раз — никакого риска, а платить за все буду я, он охотно ко мне присоединится. Таков уж Мадж — его так и тянет в неизведанные края, повидать новые страны и города.