Чтение онлайн

— Откуда такие предположения?

— Не представляю иной причины, по которой Тайфон отказался бы уничтожить на месте представительницу академии. Сдается мне, он хочет схватить ее или поработить, как Боанн и Кейлу. В любом случае она представляет большую угрозу для тебя и… — Она вздрогнула. — Той, кого мне нельзя видеть.

Никодимус кивнул.

— Однако мне есть чем похвастаться. Я узнала, что такое тихое увядание. — Дейдре объяснила в двух словах, что Тайфон с помощью изумруда искореняет ошибки в праязыке. Никодимус попросил растолковать подробнее, но Дейдре лишь головой покачала. — Это все, что мне известно, Нико… А что касается… женщины… — Голова дернулась.

— Не произноси, — поспешно перебил ее Никодимус. — Какие будут указания насчет той, которую ты ко мне послала?

— Береги ее, — выпалила Дейдре. — С появлением в городе астрофельских магов Тайфон может решить, что надобность в ней отпала. Ей предстояло поддерживать в тебе жизнь, когда он тебя схватит, но все слишком быстро меняется. Держи ее при себе. Слушай ее. Тайфон слишком много знает. Сегодня он сказал, что подчинит себе любого, кто будет артачиться. Не знаю, меня он имел в виду или тебя… а может, дракона, который, по его словам, уже близок к завершению. Кто подразумевался, Скиталец или… или второй, мне неведомо. — Она судорожно дернулась и сжала губы. — Все, теряю самостоятельность.

— Борись, Дейдре.

— И последнее. Скиталец. Я узнала его имя — Джей Амбер. Когда произносишь его вслух или мысленно, воздействие Скитальца на сознание уменьшается. Не знаю, как Тайфон этого добился, но…

Ее скрутила очередная конвульсия.

Никодимус шагнул вперед.

— Дейдре, мы справимся с любой ловушкой, которую приготовят нам демон и полудракон. Мы не оставим попыток тебя освободить.

Дейдре скованно кивнула.

— Я всегда думаю о тебе, Дейдре.

Гримаса боли на ее лице сменилась сперва благодарностью, потом печалью.

— Я не сдамся, Нико.

Еще раз судорожно дернув рукой, она отправилась обратно под люцериновые фонари. Стражник, придерживавший меч, накренил его рукоятью к Дейдре, и воительница, без усилий вытянув двуручник из земли, развернулась к Никодимусу. Лицо окаменело, в движениях появилась твердость и уверенность.

— Переговоры провалились! — возвестила она. — Монстров и чарословов убить на месте, полуголого оставить для допроса, но ни в коем случае не касайтесь его даже пальцем.

Она шагнула вперед, направив меч на Никодимуса. С другого конца проулка донесся дружный воинственный клич — это ринулись в атаку копейщики.

Сайрус окинул взглядом мантию. На груди слабо голубела тонюсенькая паутина текста — едва ли хватит даже на манипуляции с самой мантией, что уж говорить о защите.

— Пли! — скомандовал Шеннон.

Сайрус поднял глаза. Франческа, замахнувшись, метнула чем-то в люцериновый фонарь над головой, но иерофантский змей, вспыхнув синим, с шелестом скользнул по шесту, заключая фонарь в кокон. На миг воцарилась относительная темнота. В проулке тотчас прогремел еще один взрыв — Никодимус не терял времени даром, — и Сайруса чуть не сбила с ног ударная волна.

Защитный кокон на фонаре слегка распустился, пропуская разоружающий люцериновый свет. Значит, заклинание Франчески не сработало — ударилось о ткань и развеялось, не коснувшись огня.

— Ладно! — крикнул Шеннон. — Метните вот это, быстрее.

Старик протянул что-то Франческе, она взяла.

Металлический лязг заставил Сайруса оглянуться. Никодимус с тремя кобольдами наступали на Дейдре. На глазах Сайруса воительница сделала выпад, пытаясь поразить огромным мечом ближайшего кобольда. Тот отскочил, его тут же сменил другой и вонзил оба своих топорика в спину противнице. Лезвия лишь чиркнули по кольчуге, однако удар толкнул Дейдре вперед.

Удержавшись на ногах, она замахнулась мечом на атаковавшего ее кобольда — тот подпрыгнул, взметнув фонтан грязных брызг, и перескочил через лезвие.

Первый кобольд тем временем попытался проскользнуть мимо Дейдре к фонарщикам. Воительница мгновенно превратила замах в выпад — кобольд увернулся, но врезался в стену, и меч полоснул его по боку. Кобольд взревел.

Никодимус ринулся на Дейдре. Безоружный, он потянулся голой рукой к ее незащищенной щеке. Дейдре с воплем попятилась, описав полукруг мечом. Никодимус отскочил. По сравнению с кобольдом двигался он катастрофически медленно, но раненый синекожий воин успел обрушить оба топорика на руку Дейдре. Дернувшийся в сторону меч просвистел на каких-нибудь полпальца от Никодимусова бедра.

— Пли! — скомандовал Шеннон.

Франческа, замахнувшись из-за головы, швырнула еще одно заклинание. И снова защитный кокон свился вокруг фонаря, погружая часть проулка в темноту. Барабанные перепонки опять чуть не лопнули от оглушительного взрыва.

На этот раз взрывная волна все-таки сбила Сайруса с ног. Поднимаясь, он увидел Дейдре — всю в грязи, на щеке тонкая струйка крови. Фонарщик за ней повалился на колени, однако фонарь на шесте удержал.

Двое кобольдов снова ринулись на Дейдре — ловко уворачиваясь от взмахов гигантского меча. Никодимус что-то рявкнул, и оба отскочили, а потом один с хриплым гиканьем метнул топорик. Вертясь в воздухе, топорик летел прямо в люцериновый фонарь над головой Дейдре, но стражник дернул шест вбок, спасая от удара. Второй топорик, пущенный другим кобольдом, предугадавшим движение стражника, Сайрус заметил лишь в тот миг, когда фонарь пролился дождем звенящих осколков и сияющей жидкости.

— Быстрее! — крикнула Франческа за спиной. — Нас теснят.

Сайрус обернулся. Франческа металась взглядом между Шенноном и двумя кобольдами, атакующими копейщиков. Дела здесь шли туго. Кобольдам, при всей своей юркости и изворотливости, никак не удавалось добраться ни до копейщиков, ни до прикрываемых ими фонарщиков.

Один из кобольдов размахивал единственным топориком, видимо, успев метнуть второй. Другой тоже запустил своим, но стражник ловко отдернул фонарь. Копейщики наступали.

— Быстрее! — подгоняла Франческа.

— Сейчас… — простонал Шеннон. — Нужно усилить развеивающее заклинание, чтобы пробить ткань.

Видимо, притаившийся на крыше иерофант его услышал, поскольку тотчас принялся перебирать пальцами над фонарем, и кокон засиял еще ярче.

Сайрус задохнулся от изумления, увидев, насколько примитивным, почти детским стилем пользуется иерофант. Пилот либо дилетант, либо стажер.

— Магистр, — шепнул он Шеннону, — заклинания в коконе написаны мастером, но редактирует их новичок.