Чтение онлайн

– Приятных тебе стрельб, – крикнула вслед ей Кимберли торопливо шнуруя кроссовки. И через секунду тоже вышла за дверь.

Все-таки Кимберли была удачливой. Она могла точно указать время, когда ее карьере пришел конец. Произошло это в восемь часов двадцать три минуты. Тем утром. В Академии ФБР. Когда оставалось всего семь недель до конца обучения.

Она была усталой, плохо соображала из-за недосыпа и странной ночной гонки с особым агентом из Джорджии. Слишком уж она себя изматывает. Может, все-таки стоит прислушаться к словам Люси.

Она много думала об этом. Потом, разумеется. После того, как унесли тело.

Началось все хорошо. Физподготовка была не тяжелой. Началась она в восемь часов, они поотжимались, потом поприседали. Затем последовали вольные упражнения, знакомые еще с начальной школы. Они походили на одетых в синее детей. Все послушно становились в строй. Все послушно выполняли движения.

Потом их отправили пробежать три мили по той беговой дорожке, где накануне ночью бегала Кимберли.

Начиналась дорожка в лесу. Она была легкой, вымощенной. Это являлось одним указанием направления. Другим были таблички: «Беги! Принимай это! Люби это! Выдерживай».

Они побежали толпой, потом растянулись, когда все определили свой индивидуальный шаг. Кимберли никогда не была самой быстрой на курсе, но обычно не бывала и самой отстающей.

Если не считать этого утра. В это утро она почти сразу оказалась позади всех.

Кимберли смутно сознавала, что сокурсники ушли вперед. Смутно сознавала, как тяжело дышит, пытаясь догнать их. Левый бок болел. Она смотрела на черные кроссовки, с трудом передвигая ноги Кимберли чувствовала себя скверно. Мир угрожающе кренился, и она подумала, что может потерять сознание. Сошла с дорожки и ухватилась за дерево.

Господи, боль в боку не проходила, мышцы были так натянуты, что, казалось, стиснули легкие. И воздух был уже таким горячим, таким влажным, что она никак не могла вдохнуть достаточно кислорода. Кимберли задыхалась. Она была агентом ФБР, всю жизнь бегала и теперь оказалась на грани удушья.

Кимберли пошла поглубже в лес, надеясь найти тень. Зеленые деревья кружились перед глазами, руки ее внезапно покрылись гусиной кожей. Началась неудержимая дрожь.

«Обезвоживание или перегрев, – лениво подумала она. Достаточно тебе этого, Кимберли, или хочешь сделать самоубийственный шаг вперед?

Лес завертелся быстрее. Уши заполнил негромкий рев, перед глазами заплясали черные точки. «Дыши, Кимберли. Давай, милочка, дыши».

Ничего не получалось. Грудь словно что-то стиснуло. Она не могла вдохнуть. Она потеряет сознание в лесу. Упадет на эту твердую, усыпанную листьями землю. Ей хотелось только, чтобы земля оказалась прохладной.

А потом вдруг нахлынули мысли.

Прошлая ночь и жуткий страх, который стиснул ей горло,когда она увидела возле себя незнакомого человека. Она подумала… Что? Что ее черед настал? Что смерть пришла ко всем другим женщинам в ее семье? Что она едва спаслась шесть лет назад, но это не значит, что смерть забыла о ней?

Она подумала, что слишком долго разглядывала фотографии места преступления, и хотя никому не говорила об этом, иногда изображения двигались. На безжизненных телах появлялось ее лицо. Ее голова возвышалась над изувеченными фигурами и окровавленными конечностями.

Иногда Кимберли снились кошмары, она видела свою смерть, однако не просыпалась за миг до кончины, как нормальные люди. Нет, она чувствовала, как ее тело падает с утеса и разбивается о камни внизу. Чувствовала, как пробивает головой ветровое стекло врезавшейся во что-то машины. И в этих кошмарах она никогда не вскрикивала. Только думала: вот оно в конце концов.

Кимберли не могла дышать. Пляшущих черных точек стало больше. Она крепко ухватилась еще за одну ветвь дерева. Почему воздух стал таким горячим? Что случилось с кислородом?

Потом каким-то ясным уголком сознания сообразила. У нее приступ страха. Тело обессилело, и начался приступ страха первый за шесть лет.

Пошатываясь, Кимберли пошла дальше в лес. Ей необходимо остыть. Перевести дыхание. С ней такое случалось и раньше. Она перенесет это еще раз.

Кимберли шла подлеском, не замечая, как прутики царапают ей щеки и ветви задевают за волосы. Она искала тени попрохладнее.

«Вдохни поглубже, сосчитай до десяти. Сосредоточься на руках, уйми в них дрожь. Ты крепкая. Сильная. Хорошо тренированная. Дыши, Кимберли. Давай, милочка, дыши, и все тут».

Она вышла на полянку, опустила голову между колен и старательно втягивала воздух, пока легкие наконец не раскрылись, после чего воздух со свистом хлынул в грудь. Вдох. Выдох. «Вот-вот, дыши…»

Кимберли опустила взгляд на свои руки. Теперь, прижатые к плоскому животу, они не дрожали. Отведя их от тела, стала разглядывать расставленные пальцы, нет ли в них дрожи.

Уже лучше. Скоро она остынет. Потом продолжит бег. И поскольку уже все пришло в норму, никто ничего не узнает.

Кимберли выпрямилась. Сделала последний глубокий вдох, повернулась в сторону беговой дорожки… и тут осознала, что она не одна.

Футах в пяти от нее находилась хорошо утоптанная тропинка. Широкая, очень гладкая. Возможно, ею пользовались морские пехотинцы на тренировках. И прямо посередине тропинки лежало тело девушки в гражданской одежде. Белокурые волосы, черные сандалии, загорелые ноги. Белая хлопчатобумажная блузка и очень короткая синяя юбка.

Кимберли сделала шаг вперед. Увидела лицо девушки и все поняла.

Руки ее снова покрылись гусиной кожей. По спине проела дрожь. И посреди тихого жаркого леса Кимберли начала неистово озираться, рука ее метнулась к внутренней стороне бедра и нашла нож. Первое правило процедуры – всегда охраняй место преступления. Второе правило – вызывай подмогу. Третье правило – изо всех сил старайся не думать, что это означает, если юным блондинкам небезопасно даже в Академии ФБР. Потому что девушка была мертва, и судя по всему, убили ее недавно.