Чтение онлайн

– Ну, ну, барон, - упрекнул Блок.
– Согласитесь, что угрожать - это недостойно благородного человека.
– Он кивнул Бутцу, который сгреб Железный Крест в свой кулак.
– Барон, нам действительно не помешало бы очень близко познакомиться друг с другом. Вы имеете возможность научится петь в более высоком регистре, прежде чем я окончательно разделаюсь с вами. Поднимите его, пожалуйста, - сказал он двум солдатам, и они подняли Майкла на ноги.

В паху Майкла пульсировала боль, сгибавшая его пополам; но даже волком, он не смог бы уйти далеко, прежде чем его просто изрешетили бы из автоматов. Сейчас было не время и не место сопротивляться. Он дал схлынуть неистовству, как затихающему эху.

– Ну, нечего медлить, нам еще далеко ехать.
– Блок пошел вверх по склону холма, и солдаты стали толкать Майкла перед собой. Другие шли по бокам с винтовками наизготовку. Чуть позади следовал Бутц, держа в руках Железный Крест, а еще несколько солдат поволокли тело Мышонка вверх к дороге; маленький человечек ушел, ему не придется предстать перед пытками, ожидавшими его.

Блок глянул на голубое небо, и когда он улыбнулся, серебряные зубы в его рту ярко блеснули.

– Ах, какой прекрасный день, не правда ли?
– сказал он, ни к кому конкретно не обращаясь.

Он оставит для поисков подразделение солдат. Он не сомневался, что вскоре эту суку найдут. Она не могла уйти далеко. В конце концов, она всего лишь женщина. Он был раздосадован своей глупостью, но с нетерпением ожидал, когда Чесна попадет в его руки. Он относился к ней как добрый дядюшка, когда считал, что она лояльна к нацистам; сейчас, однако, степень подлости Чесны заслуживала гораздо менее семейного, скорее даже разъяренного обращения. Однако какой скандал! Это нужно держать подальше от газет, любой ценой! А также от любопытных глаз и ушей Гиммлера. Итак, вот каверзный вопрос: куда же везти барона на допрос?

Ах, да!
– вспомнил вдруг Блок. Ну конечно!

Он проследил, как барона затолкали на грузовик и заставили лечь на спину, связав ему предварительно руки. Рядом с ним сел солдат, приставивший дуло винтовки к его горлу.

Блок подошел к шоферу грузовика, для разговора, в то время как остальные солдаты продолжали поиски Золотой Девушки Германии.

5

Майкл по запаху определил, куда они направлялись, раньше, чем увидел. Он все еще лежал на спине на металлическом полу грузовика, со связанными руками, вокруг сидели вооруженные солдаты. Кузов был накрыт серым брезентом, скрывавшим все, кроме лучиков солнечного света. Его чувство направления было ослаблено, хотя он и знал, что они едут не в город; дорога была слишком уж неровной для городских трасс Берлина. Нет, эта дорога была истерзана грузовиками и тяжелыми машинами, и всякий раз, когда грузовик встряхивало на ухабе, мышцы спины Майкла пронзала боль.

Сквозь брезент просачивался сильный запах. Солдаты его тоже заметили; некоторые из них беспокойно зашевелились и стали перешептываться друг с другом. Запах становился все сильнее, ему этот запах напоминал чем-то тот, в Северной Африке, когда он наткнулся на группу британских солдат, погибших от огнемета. Стоит только сладковатому запаху обуглившегося человеческого мяса дойти до ноздрей, забыть его уже нельзя. Этот запах содержал его, а также примесь запаха горелого леса. Соснового леса, подумал Майкл. Чего-то, сгоравшего жарко и быстро.

Один из солдат встал и перевесился через борт грузовика, чтобы стошнить. Майкл услышал, как двое других зашептались, и уловил слово "фалькенхаузен".

Итак, пункт его назначения был известен. Концентрационный лагерь Фалькенхаузен. Творение Блока.

Запах унесло в сторону. Изменился ветер, подумал Майкл. Но что же, во имя Господа, тут горело? Грузовик остановился и мгновение-другое стоял. Сквозь низкое рычание мотора он услышал стук молотков. И когда грузовик проехал ярдов сто дальше и опять остановился, резкий голос прокричал:

– Выгружайте пленного!

Брезент откинулся. Майкла вынесли из грузовика на яркий солнечный свет, и он встал перед немецким майором СС, излишне полным мужчиной в черной форме, лопавшейся по швам. У мужчины было мясистое красное лицо с глазами, белыми и твердыми как алмазы, но абсолютно лишенными красоты. На нем была черная с плоской тульей фуражка, а коричневые волосы на голове были острижены почти до кожи черепа. На поясе был ремень, с кобурой, в которой был пистолет "Вальтер", и эбонитовой дубинкой-костоломом.

Майкл посмотрел вокруг. Увидел деревянные бараки и серые каменные стены, над которыми возвышались верхушки густого леса. Шло строительство новых бараков, и пленные в полосатых робах сколачивали бревна, а в тени стояла охрана с автоматами. Густые кольца колючей проволоки образовывали внутренние стены, а в углах внешних каменных стен стояли деревянные вышки охраны. Он увидел главные ворота, тоже из дерева, над ними была каменная арка, которую он уже видел на фотографии в номерах Блока. В воздухе висело темное марево, оно медленно плыло над лесом. Он опять уловил этот запах: жженой плоти.

– Смирно!
– прокричал немецкий майор и, схватив Майкла за подбородок, повернул его голову.

В спину ему ударил винтовкой солдат. Другой солдат сдернул с него пальто, потом сорвал рубашку, рванув ее так, что жемчужные пуговицы посыпались на землю. С Майкла сняли пояс, и брюки его сползли. Затем с него стянули нижнее белье. Винтовка опять ткнула его, в почки. Майкл понимал, чего они от него добивались, но стоял, уставившись в бесцветные глаза майора и сдавив ноги вместе.

– Сними ботинки и носки, - сказал толстый мужчина.

– Я бы не хотел, чтобы при этом кто-нибудь оказался у меня сзади, сказал Майкл.

В руке майора оказалась эбонитовая дубинка. Кончик ее уперся в подбородок Майкла.

– Сними ботинки и носки, - повторил майор.

Слева Майкл уловил какое-то движение. Он глянул в ту сторону и увидел приближавшихся Блока и Бутца.

– Снимай!
– скомандовал майор и дубинкой нанес короткий жестокий удар по раненому бедру Майкла. Боль рванула по ноге Майкла, рана опять лопнула, сочась красным, а Майкл упал на колени в белую пыль. В лицо ему уставился ствол винтовки.