Чаща
Шрифт:
– Не понимаю я тебя, старая, но если не перестанешь творить свои дикие ритуалы, я тебя убью.
– Да как же ты меня убьешь? – расхохоталась старуха так, что земля задрожала, ели зашатались, а все птицы в округе спорхнули со своих мест и улетели подальше от этого места. – Я ж Смерть.
– Ты?
– Я ты не меня искал? Дочурка сказала, что ты очень любопытный экземпляр. Тянет тебя на приключения. Ну так добро пожаловать к столу.
– Не буду я с тобой есть эти гадости, – Охотник сплюнул и отошел на два шага назад.
– Можешь и не есть. Тогда проваливай. А если съешь, узнаешь то, что давно хотел знать, а заодно и почему я с этой девушкой ничего плохого не делаю.
Охотник встал и пошел туда, откуда пришел.
– Если уйдешь – меня больше не встретишь, хоть всю жизнь сюда приходи.
Он в нерешительности остановился.
– Ничего не случится, если ты попробуешь в своей жизни что-то новое. Совсем чуть-чуть. Ты же ешь дичь, которую подстрелил.
– Они животные.
– А ты?
– А я человек.
– И чем ты от них принципиально отличаешься? Ты хочешь есть, спать, пить, спариваться. Ты же спаривался с моей дочуркой?
– Я бы не хотел с тобой об этом разговаривать.
– Моя дочурка именно так заводит друзей, так что можешь и не рассказывать. Телесный контакт – этого так не хватает всем людям. Ну да не суть. Все животные хотят жить. Растения, например, нет. У них нет души, и им плевать, будут ли они съедены или погребены под толщей снега зимой навсегда. А животные хотят жить. Но ты их убиваешь. И плевать тебе на их душевные терзания. А с этой девушкой все иначе.
Конец ознакомительного фрагмента.