Чтение онлайн

Зал захлопал, но я видел, что многие искренне радуются и с благодарностью смотрят на директора интерната.

Он выступал ещё минут пять, расхваливая интернат и учеников. Речь вышла приятной и нескучной. Затем встал Лев Давыдович и достаточно занудно начал вещать, что попечительский совет приложил много усилий и потратил немало денег на поддержку учеников. И теперь задача выпускников – оправдать возложенные на них надежды.

После этого встала строгая женщина. Она была представителем министерства образования. Поблагодарила всех за хорошую учёбу. Нас начали вызывать по одному, называя фамилии, и вручать дипломы.

По алфавиту я был одним из первых. Поднявшись на сцену, принял из рук женщины небольшую книжицу с гербом на обложке – свой диплом. После чего мне пожали руку все находившиеся на сцене.

Сама корочка, как мне сообщила Лена, – пережиток прошлого. Сейчас вся информация обо мне есть в компьютере, но, тем не менее, приятно иметь вещественное доказательство окончания школы.

– А сейчас, – с гордостью в голосе произнёс Соломон Данилович, – я приглашаю на сцену представителя жандармерии. Он вручит награду одному из наших учеников! Прошу!

На сцену не спеша поднялся мужчина с пышными усами и бородкой. Окинув зал суровым взглядом, взял протянутый ему микрофон:

– Многие из вас слышали об аварии, что произошла на гонках в эту субботу, – он сделал небольшую паузу, чтобы зал успокоился, – за спасение жизни и оказание неотложной помощи я хотел бы вручить этот диплом ученику выпускного класса Савве Ивановичу Смирнову. Прошу на сцену!

Савва удивлённо посмотрел на меня, как бы спрашивая разрешения.

– Иди! – Я слегка подтолкнул его. Он не негнущихся ногах поднялся на сцену.

– Поздравляю, – пожал руку парня жандарм, – это диплом, – он протянул ему рамку со вставленным дипломом, – и награда – именные часы! – Протянул коробочку. Все собравшиеся захлопали.

Савва покинул сцену и сел рядом со мной. Достав часы, он показал мне гравировку на тыльной стороне: «За спасение жизни!»

– Молодец, – я улыбнулся, – носи с удовольствием. Это хорошая награда. Куда как лучше всяких дорогих прибамбасов.

– Спасибо!

В это время слово снова взял Лев Давыдович:

– Напоминаю, что все, кто окончил обучение, могут проживать в интернате до первого сентября. Потом вы должны освободить свои комнаты для новых учеников. До этого времени вы обязаны найти работу и снять жилье. У многих предприятий предусмотрены общежития. С первого сентября начинается ваша настоящая взрослая жизнь!

Раздались вялые аплодисменты, и официальные лица покинули сцену. Но мы не расходились. В честь выпуска многие ученики приготовили развлекательную программу – от выступления танцоров до фокусов и песен.

– Ну вот и всё! – Савва небрежно кинул свой диплом на стол. – Детство закончилось.

– Ты должен этому радоваться, – я аккуратно убрал свой диплом в шкаф, – всё самое интересное только начинается!

Глава 3

На следующее утро я проснулся с радостным чувством свободы. Как ни крути, несмотря на все знания и уверенность в своих силах, необходимость готовиться и сдавать экзамены на меня давила. И только получив диплом, я смог наконец-то радостно выдохнуть.

Вчера после концерта ко мне подошёл Леший и позвал на празднование окончания обучения. Обычно его устраивали в столовой, и директор закрывал глаза на наличие спиртного. Вот Леший ко мне и обратился с просьбой скинуться на это дело. Собирали с миру по нитке. Кто сколько сможет. Не у всех была возможность выделить даже рубль.

– Давай так: я выделю пятнадцать рублей, но не на спиртное, а на сладости! – Несмотря на то, что большинству выпускников исполнилось шестнадцать лет, сладости по-прежнему для них были пределом мечтания. Вкусный торт мало кто пробовал. Ведь если появлялись лишние деньги, практичные ученики интерната предпочитали купить еду посытнее или что-нибудь из одежды.

– На сладости? Это хорошая мысль! Но и выпить надо. У нас начинается новая жизнь, – пробасил Леший, явно несогласный с моим предложением. Хотя я уверен, что он один из первых ринется к пирожным.

– Начинать новую жизнь со спиртного – не лучшая идея, – я недовольно поджал губы. Ну что за бред? Почему у подростков всегда бытует мнение: напиться – значит, повзрослеть?

– Давай сделаем проще: я попрошу Лену, и она закажет торты на праздник. Сколько человек будет?

– Выпускной класс и предвыпускной. Около пятидесяти человек.

– Тогда решено. Держи пять рублей на вино и шампанское для девушек, и за мной заказ сладкого.

Так что утро у меня началось с приятных хлопот. Вместе с Леной и Саввой мы отправились в кондитерские, расположенные неподалёку от интерната. Лена заранее составила список.

О сладостях мы договорились в первой же кондитерской. А когда они услышали, куда доставить и в честь какого праздника, владелец лавки даже сделал нам небольшую скидку.

Когда мы шли обратно в интернат, позвонил Матвей Фёдорович и сообщил, что скинул на почту несколько рун с пояснениями. Мол, я всё равно теперь свободен, как ветер, заказов у Михаила нет, так что как ученик знаменитого мастера должен старательно повышать свой уровень и учить новые руны.

Руны были любопытными. Первая – активатор, завязанный на магию. Именно такую Колычев использовал в имении княжны Медведевой. Вторая руна была руной гармонии. Её я тоже видел, но теперь у меня была точная схема с объяснениями, как она работает.

Вообще, изображение рун не являлось таким уж большим секретом. Тем более, каждый мастер обязан был новую руну сдавать в гильдию прикладной магии, при этом продемонстрировав её работу и объяснив принцип. Таким образом руну оценивали и выдавали разрешение на её использование. Гильдия подтверждала, что руна безопасна. Без регистрации руну, по идее, нельзя было использовать в коммерческих целях. Весьма разумно, на мой взгляд. Тем более, мало уметь нарисовать руну, – с этим большинство магов в состоянии справиться, а вот заставить её работать… Тут-то и начинались сложности. В итоге, уверен, в гильдии магов хранится великое множество рун, но большая часть из них лежит мёртвым грузом, так как по схемам и записям заставить работать руну очень сложно. Достигнуть глубокого понимания по картинкам очень не просто.