Чтение онлайн

– Нет, не надо, - ответил Эрранд.
– Боюсь, что сбруя ему не понравится.

– Как хочешь, - сказал Хеттар.
– Только не сломай себе что-нибудь, когда будешь падать.

– Нет, я не упаду.

– Слушай, тебе не кажется, что ты слишком рискуешь?

Эрранд рассмеялся и взобрался на валун.

– Ну, - сказал он, - поехали.
– Он перекинул ногу через спину коня.

Жеребец дернулся.

– Все хорошо, - тихо успокоил его Эрранд.

Конь повернулся и удивленно поглядел на него своими большими влажными глазами.

– Держись хорошенько за гриву, - предупредил Хеттар, на лице его было написано недоумение, да и голос звучал не совсем уверенно.

– Он молодец.
– Эрранд вытянул ноги, даже не касаясь пятками боков гнедого.

Конь неуверенно шагнул вперед и, оглянувшись, вопросительно взглянул на него.

– Да, да, вот так, - подбодрил его Эрранд.

Конь сделал еще несколько шагов, затем, остановившись, снова оглянулся.

– Хорошо, - сказал Эрранд, хлопая его по спине.
– Очень хорошо.

Конь восторженно загарцевал.

– Осторожно!
– крикнул мальчику Хеттар.

Эрранд склонился к лошадиной шее и указал на поросший травой холмик в нескольких сотнях ярдов от них к юго-западу.

– Поскакали туда, - шепнул он в навостренное ухо.

Жеребец весь содрогнулся от удовольствия, сгруппировался и во весь опор понесся к холму. Когда через несколько мгновений они взобрались на вершину, он замедлил бег и гордо загарцевал.

– Прекрасно, - сказал Эрранд, смеясь от удовольствия.
– Давай-ка теперь доскачем вон до того дерева.

– Этого не может быть, - хмуро произнес Хеттар, когда вечером того же дня все собрались за столом.

– Они, кажется, прекрасно друг с другом ладят, - сказал Дарник.

– Но Эрранд все делал не так, - возразил Хеттар.
– Конь должен был прийти в бешенство, когда он так вот, без предупреждения, взобрался на него. И лошади не говорят, куда надо ехать. Просто правят ею. На то и поводья.

– Эрранд - необычный мальчик, - ответил ему Бельгарат.
– И конь этот тоже необычный. Какая разница, если они друг друга прекрасно понимают?

– Этого не может быть, - недоуменно повторил Хеттар.
– Я ждал, когда же конь взбрыкнет, но он был абсолютно спокоен. Я знаю, о чем думают лошади, но единственное, что чувствовал этот жеребец, когда Эрранд сел ему на спину, - любопытство. Любопытство! Все неправильно.
– Он мрачно покачал головой, и длинный черный вихор у него на макушке тоже покачался в такт этому движению.
– Этого не может быть, - снова пробормотал он, как будто не мог найти больше подходящих слов.

– По-моему, ты уже в третий раз это говоришь, Хеттар, - сказала ему Польгара.
– Лучше расскажи мне о малыше Адары.

Жесткое ястребиное лицо Хеттара приняло выражение дурацкого блаженства.

– Это мальчик, - произнес он, переполненный отцовской гордости.

– Мы это поняли, - отозвалась Польгара.
– А какого роста он был, когда родился?

– Ну...
– смешался Хеттар.
– Где-то вот такого.
– Он развел руки на пол-ярда в стороны.

– Разве никто не потрудился его измерить?

– Ну, этим занималась моя мать и все остальные женщины.

– А сколько он весит?

– Примерно столько же, как взрослый заяц - крупный заяц или, может, как головка сендарийского сыра.

– Понятно, приблизительно полтора фута и восемьдевять фунтов - ты это хочешь сказать?
– Она не отводила от него взгляда.

– Да, что-то вроде того.

– Что же ты сразу прямо так и не сказал?

Он удивленно уставился на нее.

– А что, неужели это так важно?

– Да, Хеттар, очень важно. Женщины всегда хотят знать такие подробности.

– Надо будет это запомнить. Все, что меня интересовало, это все ли у него в порядке с руками, ногами, ушами, носом и так далее. И конечно, я проследил, чтобы первой его пищей было молоко кобылицы.

– Да уж, - едко заметила она.

– Это очень важно, Польгара, - убежденно произнес он.
– Первый глоток каждого алгарийца - лошадиное молоко, этим устанавливается связь между ними.

– Ты для этого подоил кобылицу? Или младенец сразу же пополз к своей кормилице?

– Ты очень необычно все воспринимаешь, Польгара.

– Можешь списать это на мой возраст, - произнесла она угрожающим голосом.

Он сразу же уловил ее интонацию.

– Нет, лучше не буду.

– Разумное решение, - прошептал Дарник.
– Ты говорил, что направляешься в Улгские горы?

Хеттар кивнул.

– Помнишь хруглов?
– Алгариец с радостью сменил тему.

– Это кони, питающиеся мясом?

– У меня есть одна идейка. Взрослого хругла укротить, конечно, невозможно, но если я поймаю жеребенка, то...

– Это очень опасно, Хеттар, - предупредил Бельгарат.
– На защиту жеребенка встает весь табун.

– Есть некоторые способы отделить жеребят от табуна.

Польгара неодобрительно поглядела на него.

– Даже если тебе это удастся, что ты собираешься делать с этими зверюгами?

– Укрощать их, - ответил Хеттар.

– Их нельзя укротить.

– Просто никто не пытался. А если даже я не смогу их укротить, то, может быть, получится скрестить их с обыкновенными лошадьми.

Дарник смотрел на него с удивлением.

– Зачем же тебе нужны лошади с клыками и когтями?

Хеттар задумчиво уставился на огонь, пылавший в очаге.

– Они быстрее и сильнее обычных лошадей, - ответил он.
– Они умеют высоко прыгать и к тому же...
– Он замолчал.

– И к тому же ты не можешь вынести мысли о том, что есть на свете лошади, на которых ты еще не ездил, - докончил за него Бельгарат.