Чтение онлайн

Он решил, что ей лет сорок пять. Обликом она слегка походила на цыганку.

— Что вы хотите?

— Не могли бы вы уделить мне несколько минут?

— По какому поводу? Я сейчас очень занята. — Она сердито добавила:

— Надеюсь, вы не репортер?

— Нет, конечно, — успокоил ее Хардкасл, решив проявить сочувствие. — Они вам, наверное, очень досаждают.

— Житья нет. С утра до ночи звонят, стучат и пристают с дурацкими вопросами.

— Я знаю, как это раздражает, — поддакнул Хардкасл, — очень жаль, миссис Лоутон, что мы ничем не можем вам помочь. Меня, кстати, зовут Хардкасл, я инспектор уголовной полиции и занимаюсь как раз тем самым делом, по поводу которого вас допекают репортеры. Мы бы это прекратили, если бы могли, но вы же понимаете, у прессы свои права, и полиция тут бессильна.

— Совести у них нет, лезут в чужие дела, — пожаловалась миссис Лоутон. — Они говорят, им нужно сообщать о новостях. А когда эти новости попадают в газеты, выясняется, что все переврано от начала до конца. Диву даешься, чего только они не настряпают. Входите же.

Она впустила инспектора в квартиру и захлопнула дверь. При этом на коврик упало несколько писем. Миссис Лоутон нагнулась было за ними, но галантный инспектор ее опередил. Подавая письма, он повернул их адресами вверх и успел прочесть.

— Спасибо.

Миссис Лоутон положила письма на столик.

— Проходите в комнату. Хотя… Вот в эту дверь, пожалуйста, а я сейчас вернусь. У меня что-то убегает…

Она спешно направилась в кухню. Инспектор еще раз вгляделся в письма, оставленные на столике. Одно из них было адресовано миссис Лоутон, а еще два мисс Шейле Р. Вебб. Инспектор вошел в указанную дверь. В маленькой комнате царил беспорядок, мебель стояла потертая, но кое-где бросались в глаза то яркое цветовое пятно, то занятная безделушка: изящная и, видимо, дорогая вазочка из многослойного венецианского стекла, абстрактная статуэтка, две яркие бархатные подушки, глиняное блюдо с заморскими ракушками. Инспектор решил, что либо у тетушки, либо у племянницы вкус не лишен своеобразия.

Миссис Лоутон вернулась, еще более запыхавшись.

— Теперь, кажется, все в порядке, — сказала она без особой уверенности.

Инспектор еще раз извинился:

— Простите, что пришел в такое неудобное время. Я просто был поблизости и решил уточнить некоторые подробности, связанные с неприятной историей, в которой случайно оказалась замешана ваша племянница. Кстати, надеюсь, она не очень переживает? Такое событие потрясло бы любую девушку.

— Это. уж точно, — согласилась миссис Лоутон. — Шейла вчера вернулась просто сама не своя. Но к утру отошла и, как всегда, отправилась на работу.

— Да, я знаю, — сказал инспектор. — Меня предупредили, что она у клиента, а я не хотел отвлекать ее от дела и решил, что лучше нам поговорить дома. Она, значит, еще не вернулась?

— Боюсь, вам долго придется ждать, — ответила миссис Лоутон. — Она у этого профессора Пурди, а он, по ее словам, совершенно не знает счета времени. Бывает, говорит: «Ну, тут осталось всего минут на десять, давайте уж закончим», а потом выясняется, что работы там на добрых полчаса. Но вообще-то он хороший человек, всегда извиняется. Раза два даже настоял, чтобы Шейла осталась поужинать, и очень переживал, что задержал ее надолго. Конечно, все равно приятного мало. Да, так вы, может быть, хотите еще что-нибудь спросить? Если Шейла вдруг надолго задержится.

— Пожалуй, нет, — инспектор улыбнулся, — хотя конечно, вчера мы успели выяснить только самые основные детали, и я не совсем уверен, что правильно их записал. — Он сделал вид, что сверяется со своей книжкой. — Сейчас, минутку. Мисс Шейла Вебб — это полное имя вашей племянницы? Нам нужно знать точно, чтобы занести в протокол предварительного слушания.

— Слушание послезавтра, да?

Шейла получила повестку.

— Да, но пусть она не волнуется. Ей просто надо будет рассказать, как она обнаружила тело.

— Вы так и не выяснили, что это за человек?

— Нет, боюсь, для этого потребуется время. У него нашли визитную карточку, и поначалу мы думали, что он страховой агент. Но судя по всему, карточка не его. Может быть, он сам хотел заключить страховку.

— Ах вот как. — Миссис Лоутон обнаружила первые проблески интереса.

— Я все-таки хотел бы уточнить имя вашей племянницы, — настаивал инспектор. — У меня тут записано не то Шейла Вебб, не то Шейла Р. Вебб. Но ее второе имя я позабыл. Кажется, Розали?

— Розмари, — сказала миссис Лоутон. — Ее полное имя Розмари Шейла, но Шейла считает, что Розмари звучит очень претенциозно, и не любит, чтобы ее так называли.

— Понятно.

Хардкасл не подал виду, как его обрадовало, что одна из его догадок подтвердилась. И еще он заметил, что имя Розмари не вызвало у миссис Лоутон никакой тревоги. Для нее это было просто нелюбимое имя ее племянницы.

— Ну, вот и разобрались, — улыбнулся инспектор. — Насколько я понял, ваша племянница приехала из Лондона месяцев десять назад и теперь работает в бюро «Кавендиш». Вы не помните, когда точно она туда поступила?

— Нет, точно не помню. В ноябре прошлого года. Пожалуй, ближе к концу ноября.

— Ясно. Впрочем, это не так важно. А до того, как она стала работать в «Кавендише», она жила с вами?

— Нет, в Лондоне.

— Вы знаете ее лондонский адрес?

— Кажется, он у меня где-то записан. — Миссис Лоутон обвела комнату рассеянным взглядом человека, привыкшего к беспорядку. — У меня такая плохая память, — пожаловалась она. — Не то Аллингтонс-кий проезд, не то Фулхемский переулок… Она жила еще с двумя девушками. В Лондоне страшно дорогое жилье.

— А вы помните название фирмы, в которой она работала?

— Да. «Хопгуд и Трент, продажа недвижимости».

Их контора на Фулхемском шоссе.

— Спасибо, что ж, теперь, кажется, все ясно. Да, насколько я понял, мисс Вебб сирота?

— Да, — ответила миссис Лоутон, слегка замявшись. Глаза ее искательно обратились к двери. — Простите, можно я еще раз выйду на кухню?

— Конечно.

Инспектор открыл ей дверь. Миссис Лоутон удалилась. Хардкасл пытался понять, действительно ли последний вопрос смутил миссис Лоутон, или ему только так показалось. До него она отвечала на редкость охотно и откровенно. Он раздумывал об этом, пока миссис Лоутон не вернулась.