Чтение онлайн

Снейп закрыл глаза. На этот раз все получилось еще хуже.

Втроем с профессором Макгонагал они быстро, как только могли, дошли до озера. Чайка описывала большие круги, то опускаясь к самой глади воды, то вновь взмывая ввысь.

Дамблдор наблюдал за ней некоторое время, затем поднес к горлу волшебную палочку:

– Сонор!

– Франческа!
– позвал он магически усиленным голосом.

Птица на лету повернула голову, а затем стала медленно снижаться, направляясь в их сторону. Подлетев ближе, она внезапно резко вскрикнула и снова взмыла высоко в воздух.

– Франческа, вернитесь, прошу вас!

Но птица улетала все дальше и дальше, прочь от озера, пока окончательно не скрылась из виду.

– Что теперь делать?
– испуганно спросила Макгонагалл.

– Идемте!
– резко ответил Дамблдор.

Войдя в свой кабинет, он подошел к золотому шесту, на котором дремал феникс.

– Фоукс, - птица встрепенулась и открыла глаза, - нужна помощь. Чайка летит на северо-восток. Найди ее. Нам нужно знать, куда она направляется.

Фоукс расправил золотисто-красные крылья и легко вылетел из окна.

– Пока это все, что мы можем сделать. Я дам вам знать, когда будут новости.

Профессор Макгонагалл вздохнула, печально покачав головой.

– Наверняка это был кто-то из старшекурсников вашего факультета, - напустилась она на Снейпа. Тот отрицательно покачал головой.
– Слизеринцы чаще других гордятся чистотой крови и презирают маглорожденных!
– настаивала Макгонагалл.

– Это не был студент моего факультета,- глухо ответил Снейп.
– Это был я.

Несколько секунд Дамблдор и Макгонагалл молча смотрели на него, не произнося ни слова. Снейп опустился в кресло, сгорбился и закрыл лицо руками.

– Вы?!!! Но зачем, святые небеса?

– Первый раз она призналась мне в любви на втором курсе.
– Снейп не смотрел в изумленные лица коллег.
– Не думаю, что она собиралась сделать это намеренно, скорее все вышло случайно. Я тогда почти не обратил внимания. Потом, в прошлом году, помните - после святочного бала вы попросили меня проводить ее до факультета?

Дамблдор кивнул, не сводя пристального взгляда с бледного убитого лица преподавателя зельеварения.

– Я был уверен, что она уже давно позабыла эту детскую фантазию, и позволил себе пошутить на эту тему - и спровоцировал ее на новое признание. Я не знал, что делать...Я игнорировал ее в течение всего последнего года, не разговаривал до сегодняшнего дня...

– А сегодня?

– -Позавчера я услышал ее новую песню. Вы слышали?

Дамблдор и Макгонагалл дружно кивнули.

– Постойте,- вдруг сказала Минерва, ее лицо озарила догадка, - так это что, о вас ее песни?

Снейп кивнул. Макгонагалл ахнула.

– -Я оставил ее сегодня после урока. Я и сам не знал, что я собираюсь сказать, а в итоге наговорил грубостей. Вообще-то я нес чушь, но она мне поверила.

– Вы обозвали ее грязнокровкой!
– гневно воскликнула Макгонагалл.

– Да.

– Вы скотина, профессор!

– Да.

– А что именно вы ей сказали, Северус?
– спокойно спросил директор.

– Я сказал, что она не в моем вкусе. Что я пользуюсь большим успехом у женщин, гораздо более красивых и интересных, чем она.

– Действительно, чушь!
– фыркнула декан гриффиндорцев.- Надо же в такое поверить! Вы идиот, Снейп!

– Я идиот, что потащился вместе с вами к озеру!
– крикнул Снейп.
– Она улетела, когда увидела меня - если бы меня не было там, вы бы смогли...- он опять закрыл лицо руками.

– Нет, Северус, вы, конечно, идиот - это бесспорно, - все также безмятежно заметил Дамблдор, - но не потому, что пошли с нами к озеру, а потому, что вы боитесь того, что вас кто-то любит.

Снейп поднял голову и недоверчиво уставился на директора.

– Она ребенок! Студентка!- прошептал он.- Я же не могу...

– Она студентка, - покладисто согласился тот, - но, пожалуй, уже не ребенок. Ей шестнадцать, если я не ошибаюсь. А кстати, Северус, сколько вам было лет, когда вы полюбили Лили Эванс?

– При чем тут...
– возмутился Снейп.

– И это, надо полагать, была просто детская фантазия, которую вы, повзрослев, забыли?
– безжалостно продолжал директор.

Снейп угрюмо замолчал.

– И вы, вероятно, полагаете, что вы единственный человек в этом мире, способный на глубокую искреннюю любовь?

– А ничего, что я ей в отцы гожусь?
– прошипел Снейп.

Дамблдор критически оглядел его с головы до ног.

– М-да... действительно, странный выбор, что и говорить. Но вы же знаете поговорку, Северус - любовь зла...

– Спасибо, Дамблдор.

– Всегда пожалуйста, - лучезарно улыбнулся тот.
– Вот что коллеги: Минерва, предупредите, пожалуйста, профессора Флитвика - пусть объявит на своем факультете, что мисс Фицжеральд заболела, и ее пришлось увезти в больницу святого Мунго. А вы, Северус, попросите пока мистера Малфоя держать язык за зубами.

Вернувшись в подземелье, Снейп увидел, что пара уже окончилась, ученики разошлись. Умница Грейнджер позаботилась о том, чтобы каждый из них оставил на его столе подписанную мензурку с образцом полученного зелья. 'Надо будет дать десять очков Гриффиндору', - рассеяно подумал он.
– 'Хотя, впрочем, обойдутся'. Он сел и сгорбившись, опустив голову на руки. Ему было тошно и страшно.

***

Дамблдор позвал их к себе только два дня спустя. Снейп был вымотан до предела - чувство вины и страха терзали его, не отпуская ни днем, ни ночью. В кабинет директора он шел уже на автопилоте, ожидая услышать худшее.

– Коллеги, у меня для вас две новости - хорошая и плохая, - объявил Дамблдор.

Снейп закрыл глаза и оперся спиной о стену, уже не в силах выносить напряжение.

– Хорошая новость - мисс Фицжеральд жива, и ей удалось обратное превращение.

– Где она?
– спросил Флитвик.