Чтение онлайн

— Потому что акцент сделали именно на нарколога и психиатра. Детей продавать… Суки… Как ее, скажи еще раз, эту Савельеву? — Он вопросительно взглянул на Катю, и она поежилась под его взглядом, как от холода.

— Галина Николаевна.

Аверин что-то писал в телефоне, а Кате вдруг стало очень тревожно, и она позвала:

— Клим! — и спросила тихонько, когда тот поднял голову: — Ты поможешь?

Он утвердительно кивнул и продолжил писать. Затем отвернулся к окну, и они некоторое время молчали, пока Катя не выдержала и не подошла к нему сама. Легонько провела рукой по спине, а затем тронула за локоть.

— Ты говорил, твой дядя помогает решать проблемы. У него очень дорого? Я подумала, что если пойду к Чистякову и попрошу, чтобы мне дали кредит, то смогу оплатить услуги твоего дяди…

В руке Клима пиликнул телефон, он отвернулся и быстро пробежал глазами по экрану, а потом, как Кате показалось, несколько облегченно выдохнул. По крайней мере его лицо перестало напоминать высеченный из камня барельеф и из глаз ушел неприятный хищный блеск.

— Этой Галиной уже занимаются, Катя. А что ты хочешь от Кости?

— Я хочу, чтобы он обезопасил моих детей. И от опекунской службы, и от их биологического родителя.

Аверин притянул ее к себе и крепко обнял.

— Почему ты думаешь, что Александр причинит вред тебе и твоим детям, Катенька? Ты ведь с ним даже не знакома.

— И знакомиться не собираюсь, — безапеляционно заявила она, при этом на автомате потеревшись носом о его шею.

Аверин отреагировал мгновенно. Точнее, его тело, и Катя в который раз убедилась, что их тела живут своей жизнью, и оказавшись на определенном расстоянии друг от друга, тут же начинают это расстояние сокращать.

Клим еще продолжал увещевать ее насчет порядком уже надоевшего Александра, а его руки уже стягивали с плеч платье, губы захватывали мочку уха, привычно соскальзывая вниз. И очень скоро Аверин поднял ее на руки и понес в спальню, переступая через разбросанную на полу одежду, свою и Катину.

Катя облизывала соленые от пота губы и обрисовывала пальцами тугие мышцы пресса Аверина, лежа у него на груди поперек кровати.

— Если мы ее развалим, тебе придется купить хозяйке новую, — сказала она и поцеловала влажную кожу под собой.

— Куплю, — прохрипел тот, в свою очередь поглаживая ей спину и отводя волосы с шеи. А потом взял за затылок и повернул к себе.

— Ты выйдешь за меня замуж, Катя?

— Ты делаешь мне предложение? — она подняла голову и неверяще заморгала. Клим продолжал удерживать затылок, и ей показалось, он довольно нервно сглотнул.

— Ты не ответила. Если тебя смущает, что я без цветов и не на коленях…

— Не смущает, — она улыбнулась, погладила его по животу и снова поцеловала, — конечно выйду. Я же тебя люблю.

— Катя, я не шучу, — Клим был слишком напряжен, хоть совсем недавно у него было совершенно другое выражение лица, которое ей безумно нравилось. Пальцы сжали затылок. — Ты должна знать, что мы можем жить в доме как тот, куда я тебя привез впервые, а можем оказаться по итогу вот в такой съемной квартире. Как получится.

 — Клим, — она потерлась о его руку, — какой ты смешной! Нам придется потом в любом случае снимать жилье. Квартира, в которой я сейчас живу с детьми, это их наследство. А когда я выплачу ипотеку, можно будет подумать и о своей, но ведь мы оба работаем, разве мы больные или немощные? Или, — она ехидно прищурилась, — для тебя так принципиально, где заниматься со мной любовью?

Аверин несколько секунд переваривал ее слова, а потом рывком опрокинул на спину и навис сверху, упираясь на локти.

 — Я тебя люблю, просто до сумашествия, моя любимая, моя родная девочка…

И она утонула в этом шепоте, а потом тоже бессвязно говорила что-то в ответ, как она его любит и не представляет себе без него жизни, пока совсем не утратила способность говорить, лишь только рвано выдыхая его имя, потому что сил кричать уже не было.

После душа Клим потащил ее на кухню, где еды не было никакой, зато стояла кофемашина, выдавшая вполне приличный кофе.

 — Я закажу еду, — начал было Аверин, но Катя покачала головой, сидя у него на коленях.

 — Мне нужно домой, если хочешь, ты можешь поехать со мной, — она взглянула с надеждой, он ведь не шутил с предложением, когда звал замуж, значит они теперь жених и невеста? Ей самой не верилось, а внутри на миг все зашлось от радости. Клим станет ее мужем? Это случайно не сон?

 — Сегодня не знаю, если получится, приеду поздно. Ты тогда не выспишься.

 — Мне все равно, лишь бы с тобой, — быстро сказала Катя, обнимая его за шею и продолжая ластиться. Ей и правда было все равно, она была просто до неприличия счастлива и не могла удержаться.

Аверин приехал поздно, мальчики уже спали, и пока Катя разогревала еду, он торчал в детской. Ей было очень приятно сидеть рядом и смотреть, как он ест, а потом блаженно откидывается на спинку стула с сытым и умиротворенным видом.

 — Клим, мне звонил Силанин, — начала она, решив, что сейчас самое подходящее время.

 — Что ему от тебя нужно? — Аверин скорчил недовольную мину, но было видно, что злиться ему лень.

 — Он хотел, чтобы я за него попросила. Это правда, что ты хочешь отнять его бизнес?

 — Да нужен он мне, — Клим забросил ноги на соседний стул и поймал Катю за талию. — Проучить хотел немного, чтобы о тебе даже вспоминать боялся. Иди ко мне…

Утром оказалось, что Аверин приехал на такси, а не на байке, поэтому в офис тоже ехали на такси. Катя на заднем сиденье не могла отделаться от ощущения, что все вокруг нереально, как будто это происходит не с ней — звонок от юриста, предложение Аверина, то, что она станет женой Клима. Но они чуть не опоздали на оперативку к Чистякову, так что все лишнее быстро улетучилось, затягивая в привычный круговорот. И увидев на экране телефона незнакомый номер, она ответила без задней мысли.