Шрифт:
Человек на Луне
Полнолуние. Я, как будто настоящий оборотень, не могу уснуть. Ветер жутко завывает и треплет приоткрытое окно. У-у-у, как страшно! Луна прикрыта облаками, которые несутся со скоростью света, как в каком-нибудь фильме ужасов. Из-за пелены, в которой находится наш планетарный спутник, я не могу разглядеть есть ли на нём фигура человека.
Тридцать лет назад мы также с Женькой Сушкиной пытались разглядеть на Луне человека, который держит на вилах барана. И мы его по-настоящему видели. Женька тогда учила меня скатываться с горки на ногах. Рядом с нашим домом, да-да, с нашим, так как она жила в соседнем подъезде, всегда ставили большую деревянную горку. Потом её заливали водой, и мы катались, катались и катались до середины ночи. Почему-то мне разрешали гулять допоздна? Наверно, потому что я был домоседом и не создавал много хлопот своим родителям. Горка была высотой с двухэтажный дом, и скатываться приходилось, по сути, с третьего этажа. Женька, как опытный учитель, сначала отвела меня на маленькую горку, которая находилась там недалеко. Научившись скатываться на ногах там, я решился пойти на большую. Ах, как я был, счастлив, когда съехал с горки и не упал! А потом мы катались часов до двух ночи, совершенно одни. Были зимние каникулы, в школу мы не ходили и могли позволить себе немного повеселиться. Сколько нам было лет? Где-то 12 или 13, я точно не помню. Потом пришёл Женькин отец и увёл её домой. Но мы так приходили на горку каждый вечер и катались на ней одни. Потом к нам присоединилась Ольга Федина, втроём было гораздо веселей. Почему-то горка нам не надоедала, была какая-то в этом романтика – оставаться одним на всём Белом свете в середине ночи, когда все спят. Конечно же, горка была украшена в Новогоднюю иллюминацию, рядом с ней стояла настоящая ёлка, привезённая из соседнего леса.
В те же годы я ходил в кружок прикладного искусства, и в одну из зим мы были ответственные за вырубание из снега фигур, которые стояли тут же рядом с горкой. Снег насыпали в огромные короба из дерева, утрамбовывали, потом деревянную упаковку убирали, и получались огромные прямоугольники. Наша фея – заведующая кружком по прозвищу Мона Лиза, руководила нашими творческими работами. Это прозвище дал ей я и очень гордился этим, знаю, что её потом многие поколения кружковцев так и называли. А ей оно не нравилось, так как прозвище есть прозвище. Но она была добрая и всё мне прощала. Каждый день после школы мы бежали на горку вылеплять фигуры из снега, хотя больше портили, чем вырезали, особенно я. А бедная Мона Лиза потом исправляла наш брак до самого позднего вечера. Помню, как мы в нашем кружке устроили Новогоднюю дискотеку, первую в моей жизнью. Всё было в первый раз, всё казалось по настоящему таким сказочным и весёлым, и человек на Луне в моём сознании всегда был связан с Новым Годом, с самым моим любимым праздником.
А ещё мы с Женькой, Ольгой и ещё с кем-то ходили по улицам нашего микрорайона и орали песни. У нас уже в 8 вечера была полнейшая тишина, все сидели по домам, заняться было особенно нечем. Это я уже потом начал понимать, когда стал чуть постарше, что наш город – настоящий Буранный полустанок, где можно повеситься от тоски. Женька в 16 лет вышла замуж за какого-то уголовника, который был старше её на 9 лет. Он постоянно сидел в тюрьме то за одно преступление, то за другое, но это не помешало им родить двух детей. Потом она совсем спилась, жила уже в другом микрорайоне в квартире, которая была превращена в притон для алкашей и наркоманов. Не уверен, что она жива. А если жива, то мне бы не хотелось её видеть. Она была самой красивой не только в двух наших параллельных классах, но и во всей школе. Постоянно смеялась. Когда нам было по 5 лет, старшие девчонки во дворе подговаривали меня поцеловать её. И я гонялся за ней, и, всё таки, настигал и целовал. Сомневаюсь, что захочу её поцеловать сейчас.
Тучи развеялись, ветер не дал им надолго прикрывать Луну. Теперь она светит своим дурманящим светом во всю мощь. Я пытаюсь разглядеть на ней человека. Нет, не вижу, она слишком меня слепит. Не могла же Луна измениться всего за каких-то 30 лет? И зрение у меня до сих пор отличное. На улице слякотно, снег ещё не выпал, хотя скоро Новый Год – самый лучший праздник. Надеюсь, что до конца декабря снег выпадет, появятся горки, на них будут кататься дети, всё украсится в праздничную иллюминацию. Вот только человека на Луне почему-то нет.
Несколько лет тому назад был в своём родном городе и зашёл в художественную лавку. Там, на Байкале, много неплохих художников, рисующих, на мой взгляд, неплохие картины, большей частью местные неповторимые пейзажи. Купил я картину с цветущим байкальским багульником, не подумав, что она авторская и может быть подписана. Уже приехав домой и вешая картину на стену, я увидел подпись автора. Это была картина нашей Моны Лизы.