Чтение онлайн

Совещание с Зюндерманом.

Четверг, 5 апреля

Большевики у Вены! Англо-американцы в Тюрингском районе у Лангензапьца, Майнингена и т. д. Совещание с Цандером.

Пятницау 6 апреля Суббота, 7 апреля

Вечером Кребс, Винтер, Бургдорф, Фегеляйн, Майзель, Венк у М.Б. Оперативное совещание.

Воскресенье, 8 апреля

Совещ. М.Б. с инженером Лести (262). Onepam. совещание.

Совещание фюрера с Кауфманом и фельдм. Бушем.

Понедельник, 9 апреля

Совещ. М.Б. с Фридрихсом. Пополудни совещание фюрера с гаулейтером Хофером, М.Б., Йодлем, ген. Винтером.

Вечером — с обергруппенфюрером Франком, затем с Хюбнером о Кейтеле.

Вторник, 10 апреля

Совещание М.Б. с Шольц-Клинк. с ген. Венком. с Валькенхорстом, Хессом. с Хофером.

Среда, 11 апреля

День помолвки!

Совещ. М.Б. с Лаутербахером, Эггелингом.

Танки у Магдебурга, Тр. Ошерслебена, Камбурга, Алена, Шенебека на Эльбе.

Четверг, 12 апреля

Совещ. М.Б. с ШмидтР.

Доклад у фюрера, ежедн. оперативное совещание.

Вечером — Кессельринг, длительная беседа.

Пополудни — умер Рузвельт.

Пятница, 13 апреля

Совещ. М.Б. с Герландом, Метцнером, Хильгенфельдом, Валькенхорстом.

Танки у Зеехаузена (Эльба) — Виттенберге — перед Штендалем и Тангермюнде; танки в Дортмунде, Кеттвиге} Гуммерсбахе, Арнсберге; танки у Магдебурга — Нордхаузена, Клаусталя — Ценца — Заальфельда, Кронаха.

Суббота, 14 апреля

День рождения нашего Кронци.

Противник захватил Падерборнский лес, Калъбе Марбург в Гарце, Гюнтерсберг, Хоэнштейн, Эннсталь, Кронах, Штейнах — Бамберг — Вильдбад — Раштат. Вечером налет на Потсдам. Смерть зам. гаулейтера Метцнера.

Воскресенье, 15 апреля

Совещ. М.Б. с Рекманом. Пополудни, по поручению фюрера с Е.Б., д-ром Мальцу д-ром Штумпфеггером (из-за проф. Брандта).

Ночное опер, совещание (М.Б. остался в Берлине).

Противник взял Арнхайм — Кетен, Андреасберг — Гарц — Хемниц, Мееране — Глаухауу Люнбах, Бернек — Байрейт — Бюль/Баден.

Понедельник, 16 апреля

Противник захватил Леверкузен — Изерлон — Миттвейда — Кримичау — Вейд — Шлейц — Эрланген — Оффенбург — Баден. Крупные бои на фронте Одера!

…Когда я спросил генерал-полковника Василия Митрофановича Шатилова о том, когда его дивизия начала наступление на Берлин, то он задумался и стал разыскивать в ящике какую-то папку. Когда же папка была найдена, то из нее появилась карта — старая, потертая на сгибах, видавшая виды. Но это не была карта Берлина или одерских подступов к нему. Нет, на карте были нанесены лесные массивы и озера далекой от Берлина Калининской области.

— Собственно говоря, путь нашей дивизии к Берлину начался здесь, — сказал мой собеседник, седовласый ветеран Советской Армии, человек, который в течение трех лет командовал 150-й стрелковой дивизией — дивизией, водрузившей в мае 1945 года Знамя Победы над рейхстагом. — Конечно, можно считать случайностью, что именно нашей 150-й дивизии привелось вести бой за рейхстаг. Могла и другая дивизия оказаться здесь, на Шпрее. И нет никакого сомнения, что и она повела бы бои с такой же воинской доблестью.

Как долго вы командовали дивизией? — спросил я.

Я вступил в командование дивизией в майские дни 1944 года. До этого я командовал 182-й стрелковой дивизией. 150-я дивизия была сформирована в сентябре 1943 года на базе трех бригад — 127-й курсантской, 144-й и 151-й лыжных бригад.

С какого же рубежа 150-я дивизия начала свой марш на Запад, к Берлину?

Это был район города Пустошки, недалеко от Невеля. Здесь занимала свои рубежи 3-я ударная армия, в состав которой входила 150-я дивизия, перенесшая тяжелые бои в так называемом «невельском мешке». Очен хорошо помню свою первую встречу с солдатами, когда я прибыл в 674-й полк. Я сказал тогда:

«Я ваш новый командир дивизии, полковник Шатилов. Вместе воевать теперь будем. У нас с вами длинный боевой путь на запад, до самого Берлина!»

Разумеется, я тогда не мог предвидеть, что наша дивизия действительно окажется в числе тех советских соединений, которые первыми войдут в Берлин. Но в то время — весной 1944 года — каждый советский солдат, каждый советский офицер и генерал были уверены, что недалек тот момент, когда Красная Армия сокрушит фашистского противника. После Сталинграда и Курска ни у кого не было сомнения в том, что мы не только изгоним захватчика со своей земли, но и будем добивать врага на его территории. Однако, разумеется, для того, чтобы осуществились наши мечты, нужно было еще многое сделать…

Наступление на Берлин планировалось с большой тщательностью. После того, как была в феврале 1945 года окончена Висло-Одерская операция, Ставка Верховного Главнокомандования испытывала немалый соблазн продолжить наступление и с ходу взять Берлин. Ему поддался даже маршал Жуков. В одном из своих предложений, направленных в Ставку, писал о возможности двигаться прямо на Берлин. Но вскоре он сам изменил свое мнение и высказался за то, чтобы остановиться. Это решение было не прихотью, а результатом серьезного анализа обстановки — и это решение оказалось правильным. Говоря о нем на Крымской конференции руководителей трех великих держав 4 февраля 1945 года, начальник генштаба генерал армии А.И. Антонов привел данные о возможной переброске немцами на Восточный фронт 35–40 дивизий. В своих мемуарах генерал С.М. Штеменко констатировал: