Человеки
Шрифт:
*****
Отец Павел запер храм и прошел в свою келейку – она была тут же, во дворе. Прочитал вечернее правило. Поправил фитилек у лампадки… Сел, было, почитать, но не читалось. Из головы никак не шла дремавшая в церкви старушка… Её было жалко, хоть и вела она себя гордо и насмешливо. Тогда отец Павел встал перед иконами и начал молиться. О чём он молился – неизвестно, но на душе у него стало полегче, а баба Катя раздумала ставить тесто…
*****
Просыпаются пожилые люди рано, и баба Катя не исключение. Еще и шести не было, а сна ни в одном глазу. На улице темно и воет ветер. Под одеялом уютно и тепло, Платон свернулся калачиком сбоку и мирно посапывает. Хорошо… Баба Катя открыла глаза и попыталась вспомнить – что – то вчера было. Необычное… Ах, да! Отец Павел… Впервые за много лет она улыбнулась, по доброму, без язвительной усмешки и настороженности. Чудной какой старичок, на Литургию ее пригласил… Конечно, она не пойдёт, что ей там делать? Но на душе было радостно…
Встала, поставила на газ допотопный чайник и пошла разыскивать черепаху Тосю. Вытащила ее из своего тапочка и сунула под панцирь свежий капустный лист. Тося вытянула шею, взяла лист и стала его жевать. Затем баба Катя насыпала корм Платону, налила в мисочку свежей воды… Половина седьмого утра… а может, сходить? – вдруг подумала она… Одинокое воскресенье ничего хорошего не обещало, а тут хоть что – то… Баба Катя открыла древний шифоньер и заглянула внутрь. Выбирать было особо не из чего. Она натянула теплую юбку, шерстяную кофту, нашла в недрах шкафа старую шаль… Вроде все. Присела у окна с чашкой чая и печенькой. Идти? Не идти? Задумчиво глядела в темное окно, но видела лишь свое отражение. Отражение было невеселым. Старая, седая, и жизнь пролетела зря… Пойду, решила она. Хоть раз в жизни побываю на этой, как её…Литургии…
*****
Конец ознакомительного фрагмента.