Чтение онлайн

Островский хмыкнул, но не дал виду о своём умозаключении. Дмитрий же расплылся в довольной улыбке: их будет сопровождать сногсшибательная девушка! Оказалось, девушку звали Викторией, и она утверждала, что работает на предприятии уже несколько лет.

Они вышли из административного здания на улицу. Солнечные лучи нагрели асфальт, от которого теперь, как от сковородки, исходил жар. Максим расстегнул верхнюю пуговицу своей рубашки, как только они вышли из кондиционированного помещения.

– Это и есть здание лаборатории, – сказала Виктория, когда они подходили к длинному и невысокому строению из непрозрачного стекла и пластика.

– А наши пропуски? – с досадой в голосе спросил Дмитрий. Виктория оказалась холодной и недосягаемой барышней и на любые подкаты Дмитрия отвечала только ледяным взглядом, который не могла растопить летняя жара.

– Вот они, – она протянула следователям браслеты из зеленого пластика.

– У девочки такой был? – спросил Максим.

– Да, но фиолетового цвета с почти полным доступом.

– Почти? Могла бы она попасть при помощи фиолетового браслета в «Отдел Созревания»? Если доступ был почти полный.

– Нет.

– Становится всё интересней, – ответил Максим, тяжело дыша. – но давайте продолжим внутри. Мне думается легче в тени, чем на этом солнцепёке. Они направились к входу в лабораторию. Но прежде чем попасть внутрь, все посетители должны были пройти очистку от потенциальных загрязнений. Как и в других лабораториях по производству человеческого мяса, в систему безопасности были вложены немалые деньги. Сначала они оказывались в белой комнате и под наблюдением сотен камер и датчиков их подвергли ультрафиолетовому излучению, а затем выдуванию мощным потоком ионизированного воздуха. Вся эта очистка была нужна для того, чтобы предотвратить попадание патогенов внутрь лаборатории, и напротив, чтобы генно-модифицированные человеческие клетки не попали наружу. Но Максим Островский знал правду. Ведь если система безопасности компании была бы непреодолимой, то не существовала бы такая профессия, как нутрициолог.

– Здание полностью изолировано, и нам неясно, как Валерия могла его покинуть, – говорила Виктория, пока они проходили очистку. – Как вам, наверное, уже известно, в последний раз её видели перед входом в отдел созревания. Это здесь.

Виктория привела нутрициологов к входу в отдел. Максим остановился перед дверью и стал осматриваться. Его интересовало расположение камер видеонаблюдения. После чего он обратился к Виктории:

– Вы могли бы мне показать то, что сейчас записывают камеры?

– Тогда нам нужно пройти на пункт охраны. Я не думаю, что сейчас это важно для дела, – ответила Виктория.

– Поверьте, это важно, – ответил Островский, после чего обратился к Дмитрию:

– Останься здесь и будь на связи.

– Максим Арсеньевич, зачем…

– Так нужно. Жди здесь.

Дмитрий остался под присмотром двух видеокамер. Для него это было первым заданием, и он боялся совершить ошибку, но даже для первого задания всё было слишком загадочным, ведь Максим ничего не объяснял (от слова совсем). По служебному каналу нейросети пришло сообщение от Максима:

– Дмитрий, сделай несколько шагов к входу в отдел… Остановись… Так, хорошо. А теперь несколько шагов право…

– Я же упёрся в угол!

Максим и Виктория в это время находились на пункте охраны и наблюдали за Дмитрием на экране монитора.

– Отлично! Всё так, как я и думал. Сейчас мы вернёмся к тебе, – отправил голосовое сообщение Максим своему напарнику.

– Помещение внутри обрабатывали? – спросил Островский, пока они с Викторией возвращались к отделу созревания.

– Нет. После исчезновения девочки производство остановили вместе с работой всех сотрудников и роботов.

Пройдя через дверь в отдел, Максим снова остановился и продолжил внимательно осматриваться. На этот раз его внимание привлекла стена, что примыкала к двери.

– Дима, есть дело…

– Что теперь? Мне снова нужно пройтись? – раздражённо спросил Дмитрий.

– Нет. Давай я тебе помогу, а ты посмотри, что там лежит на трубе, – ответил Максим, указывая на небольшое отверстие в стене, через которое проходило несколько труб. Виктория с удивлением наблюдал за тем, как двое нутрициологов пытались достать что-то из отверстия в стене. Наконец, Дмитрию удалось достать небольшой предмет- дроид-коптер.

– Дроид-коптер? Откуда оно там?! – воскликнула Виктория.

– Посмотрите, к нему приклеена липкая лента. Я так и думал! Всё гораздо проще, – воскликнул Максим. – Но сначала я задам последний вопрос. Что произойдёт, если Лера потеряется и наткнётся на закрытую дверь?

– Система безопасности сделана таким образом, что Валерия со своим браслетом может выйти через двери любого уровня доступа. Она несколько раз терялась и поэтому директор приказал сделать исключение…

– Теперь паззл сошёлся. Вы можете оставить нас здесь одних? – снова спросил Максим.

– Что за вопрос? Конечно же, нет.

– Ладно, за спрос денег не берут и в нос не бьют, – ответил Максим усмехнувшись. Он достал из-за пояса прибор, напоминающий миниатюрный пылесос. Прибор испустил сканирующую волну, исследуя помещение на наличие остатков генетического материала.

– Что? Откуда это у вас?! Мы же прошли через сканеры…

– Давайте обсудим это позже, Виктория, – уклончиво ответил Островский, продолжив водить прибором в воздухе. – Дима, прибор Авербаха засёк что-то. Дело плохо. Я надеюсь, ты взял с собой дезинтегратор?

– Обижаете, Максим Арсеньевич! Но, пожалуйста, объясните нам, что же здесь произошло?

– У нас мало времени. Всё потом. Виктория, проводите нас, пожалуйста, к биореактору, – попросил Максим.

Максим, не опуская устройства, зашёл внутрь помещения вслед за Викторией. Рядом с ней шёл Дмитрий, который всем своим видом старался показать свою заботу о девушке. Максим следил за ними и решил, что при первой же возможности выдаст несколько сальных шуток в адрес Дмитрия.

Перед ними находился гигантский биореактор, в который с одной стороны по трубам из соседнего отдела вводили генно-модифицированные стволовые клетки и питательный раствор. А с другой поступала продукция, которая транспортировалась при помощи точно таких же пластиковых труб.