Человьи
Шрифт:
Наверное, в тот момент глаза торговца и выдали его. Оголившаяся по пояс жена побелела и заплетающимся языком сказала, что очень рада ему, что рассчитывала именно на это, и что они ещё нарожают себе кучу детишек…
Хруст её сломанной шеи торговец вспомнил с особым удовольствием.
В это время ещё одна птичка села на лавочку и словно поздоровалась с ним. Он достал из кармана печенье, размял его и протянул певунье. Птичка села ему на руку.
— Я найду тебя, доченька, — прошептал торговец.
Когда птичка склевала все крошки, он поднялся и медленным, но уверенным шагом, побрёл по дороге.
Эпилог. Развлечение
Рождённые в Центре элиточеловьи подсчитывали конечности.
— В этом месяце негусто. Триста семьдесят пять ног, двести шестьдесят рук, четыреста шестьдесят почек и сто двадцать лёгких. Правда, сердец у нас, как никогда — ради своих близких народ из глубинки идёт даже на это! Почти полсотни сердец!
— Да. Именно сердца могут сыграть решающую роль. Ещё несколько таких месяцев, и кого-то из нас наверняка повысят: на сверхуровень, или даже на два!
— Было бы здорово! К чёрту этот Центр!
И тут наступила ночь, и мир разворошило.
— О, Боже, что это?! — успел прохрипеть последний в живых элиточеловей.
Огромная детская сандалия наступала на многоуровневый человейник снова и снова. Уровни мешались друг с другом, собираясь в один большой общий погост.
Когда разрушать было уже нечего, ребёнок-великан засмеялся и убежал за новым развлечением.
Где-то вдалеке прогремел гром.