Чтение онлайн

Подруги быстро переглянулись. Но ведь цыгане вообще никогда не регистрируют свои браки? Для них достаточно, если барон объявит кого-то мужем и женой. Если так, то семья считается созданной. И разорвать эти отношения может опять же только один барон. Да и это маловероятно, потому что разводы у цыган не в почете. И нужно совершить нечто такое, отвратительное и жестокое, чтобы брак был расторгнут.

Тем не менее на год Розалия исчезла из поля видимости своих теток. Они уже сочли, что ее нет в живых, как вдруг она объявилась. Бледная, худая, совершенно изможденная. Где она была и чем занималась, она говорить отказывалась. Не пожелала она и пояснить, куда делся Марко – ее разлюбезный приятель, с которым она и уехала из Вильнюса.

– Этот человек больше вас не побеспокоит, – угрюмо она как-то раз сказала своим теткам. – Вам этого достаточно! И я тоже никого не побеспокою. Будем жить тихо и незаметно.

Конечно, тетки хотели услышать подробности, но им пришлось смириться с тем немногим, что она посчитала нужным им сообщить. Больше Розалия не прибавила ни слова. И некоторое время жила в уединении (вот уж поистине удивительное дело!), не принимая знаков внимания ни от кого из мужчин. Но постепенно природа взяла снова верх над ее печалью. И Розалия вернулась к своему прежнему образу жизни.

– Мужчин у нее было много. Но вот таких, чтобы убить… Не знаю.

К этому времени подруги уже рассказали тете Грете о печальной участи ее племянницы. Надо отдать ей должное, пожилая женщина восприняла это известие с достойной выдержкой. Она лишь слегка побледнела и попросила стакан воды.

– Может быть, лекарства?

– Нет, дорогая. Спасибо, но я не употребляю никаких лекарственных средств.

– Как? Совсем никаких?

– Никаких! – твердо произнесла старушка. – Для меня самое лучшее средство – это стакан холодной питьевой воды. Лучше всего из колодца или из источника. У нас на участке бьет свой собственный родник. Мой внук в этом году тщательно расчистил его и обложил камнями. И теперь мы имеем собственную и очень вкусную, полезную воду. Дочь носила ее на анализ, и ей сказали, что вода по своим питьевым качествам великолепна и даже можно налаживать продажу.

– Будете продавать воду?

– Ах нет. Я пошутила, – улыбнулась старушка. – Воды в роднике хватает лишь на нашу семью. Может быть, еще на двух-трех соседей, но не больше.

Наверное, бабушка Грета была в самом деле очень здоровым человеком, раз всем лекарствам предпочитала глоток воды из собственного родника. Или она как раз сохранила свое здоровье благодаря тому, что никогда не подсаживалась на таблетки?

– Наш с сестрами отец был врачом. И он утверждал, что все прививки, которые сейчас делают детям, не только не нужны, но зачастую даже вредны им. Например, палочка Коха – возбудитель туберкулеза, один раз попавшая в организм ребенка в момент прививки, на всю жизнь остается там. И влияет не только на легкие, но и на печень, почки и другие внутренние органы. А также на костную ткань и мышцы! А мы делаем прививку грудничкам, а потом удивляемся, что у детей в будущем возникает куча проблем со здоровьем.

– И что же? – поразилась Кира. – Не нужно делать детям прививок?

– Не знаю, – вздохнула старушка. – У нас в семье никому не делали.

– Никогда?

– Отец настоял, чтобы никому из детей не делали прививок ни от кори, ни от краснухи, ни от плеврита и даже дифтерита.

– И что? Чем это кончилось?

– Один из детей заболел корью. Девочка-соседка. И мы все, непривитые, пошли к ней. И я, и сестры, и еще несколько соседских детей. Всего было человек десять.

– И что?

– Из всех нас заболела только наша дорогая Клара. Оказалось, что все прочие дети имели природный иммунитет к этой болезни. Им прививки были просто вредны! Нет, что ни говорите, а люди без всех таблеток были куда здоровей. А все почему?

– Почему?

– Не было искушений. Жирное, пряное и соленое ели только по праздникам. Наркотиков не употребляли вовсе. А алкоголь если и пили, то тоже исключительно натуральный. Да и в небольших количествах. Мне – потомственному русскому человеку – мучительно больно наблюдать, как деградирует великий народ! Ведь до чего дошло в стране! Границы России уже некому защищать! Огромные территории находятся без присмотра и заселяются кем попало! А ведь это земля – ценность великая!

Похоже, говорливая старушка могла бы еще долго рассуждать о здоровье нации и человечества в целом, но подруг больше интересовало другое. И они постарались как можно более деликатно вернуть старушку к интересующей их теме.

– А эти Антоновы, они тоже болели?

– Болели? Кто?

– Антоновы?

– Кто это такие?

– Люди, с которыми ваша племянница уехала из Литвы и ради которых отказалась от наследства своей тетки Труды.

– Ах, это еще одно чудачество Розалии! Никто из нас не мог понять, зачем она уехала из Литвы.

– Она тут выступала на сцене?

– Ну, сцена – это громко сказано, – отмахнулась старушка. – Но определенная популярность у Розалии, конечно, была. Да и зарабатывала она неплохо.

– А какие у нее были отношения со своей тетей?

– С Трудой? Они обожали друг друга!

– И тем не менее Розалия уехала, бросив свою горячо любимую тетю на смертном одре?

– Кого?

– Тетю Труду! Она ведь вскоре умерла.

– Ну… Я бы не стала говорить столь категорично. А то по вашим словам получается, что Труда умерла, не вынеся предательства Розалии.

– А разве нет?

– За Трудой было кому ухаживать, – твердо произнесла старушка. – И я оставалась в Вильнюсе, и мои дети, и внуки. Я к тому времени уже овдовела и поселилась в этом доме вместе с сестрой.

– А Розалия так и не приехала больше навестить тетку?

– Почему же? Она приезжала. Много раз. И при жизни Труды, и после ее смерти.

– И как она объясняла свое поведение? Почему уехала из Литвы после стольких лет жизни тут?

– Никак.

– Никак?

– Совершенно никак. Сказала только, что у нее все прекрасно. И чтобы мы за нее больше не волновались.

– А вы? Не стали волноваться?

– Розалия всегда была с причудами. Это все цыганская кровь.

– Но что все-таки могло заставить вашу племянницу уехать из Вильнюса, где у нее был фактически свой дом, образ жизни, к которому она привыкла, карьера, поклонники… Уехать, все бросить, и ради чего? Ради услужения посторонним людям!

– Это вы про Антоновых?

– Да! Про них именно!

Старушка замолчала.

– Конечно, вы правы, – пробормотала она наконец. – Со стороны поведение Розалии выглядит более чем странно. И ведь после смерти Труды я предлагала ей вернуться в Вильнюс.