Чтение онлайн

— А эта бурда кофе нисколько и не пахнет! обнадежила Веру Надежда Николаевна, — она пахнет клопами и хозяйственным мылом. У тебя на эти запахи аллергии нету?

У телефонных будок было еще скучнее, чем снаружи. Надежда вытащила из сумочки газету и сделала вид, что углубилась в чтение. Изредка она бросала из-за газеты внимательный взгляд на окружающих.

Ничего не происходило. То есть какие-то люди подходили к кабинам и звонили по нужным телефонам, но Надежда могла бы поклясться, что среди них не было Вериного мужа. Надежда подумывала уже о том, чтобы сменить Веру на улице, ее останавливали только стрелки часов — было ровно двенадцать.

И в это время к кабинам подошла вызывающе яркая, коротко стриженая брюнетка. Надежда скользнула по ней взглядом, но поскольку молодая женщина никак не напоминала Вериного мужа Олега, то Надежда отвернулась равнодушно. И увидела Веру. Она влетела в вертящиеся двери и подавала Надежде недвусмысленные знаки. Вера показывала куда-то за Надежду и делала страшные глаза. Надежда Николаевна осторожно оглянулась, но в кабинах никого не было, кроме брюнетки. Надежда мотнула Вере головой, чтобы шла на улицу, и выскочила следом.

— Она это! — Вера так волновалась, что у нее перехватило дыхание. — Она, любовница его, которая на улице Фиолетова живет! Катя говорила — это Анька Севастьянова из девятнадцатой квартиры!

— Точно знаешь? — прищурилась Надежда.

— Да я же их там видела, вы что — забыли?

Катя еще говорила, что у нее мужики не переводятся, и что непонятно, чем мой Олежек ее привлек — женатый, машина так себе, старенькая…

— Значит, теперь он ее деньгами соблазнил, уговорил ему помочь, — задумчиво пробормотала Надежда, — сам-то боится тут появляться, бабу свою на разведку послал.

Сквозь стеклянные двери было видно, что брюнетка, поговорив по телефону, идет на выход.

— Сгинь! — скомандовала Надежда Вере. — Не маячь на виду!

Брюнетка вышла на площадку и бодро почесала куда-то в сторону. Как и предполагала Надежда, Олег в машине тусовался в сторонке. Надежда опасливо оглянулась и устремилась следом за брюнеткой. Вера нагнала ее вскоре.

— Вон туда она идет, ты забеги вперед, — распорядилась Надежда, — а то мне ее не обогнать, уж больно ходко чешет. Ноги длинные!

Девица свернула в узкий безымянный переулок, прошла по нему метров двадцать и заскочила в открытый подъезд. Надежда после недолгих колебаний зашла следом. Подъезд оказался сквозной, так что когда Надежда выглянула наружу, она увидела, что брюнетка подходит к припаркованному неподалеку синему «опелю».

— Там он, в машине сидит, — шепотом сказала подбежавшая Вера, — и тут норовит чужими руками жар загрести.

Брюнетка наклонилась к переднему окошку и что-то сказала мужчине, сидящему в машине.

Он кивнул и вышел. В руках он держал вишневый кожаный кейс. Кейс был несомненно тот самый, но в несколько попорченном виде — замок сломан, а сам чемодан склеен скотчем.

— Что делать? — спросила Вера, — нам с двумя не справиться. Сейчас они на биржу пойдут, там народу много…

— Слушай, у меня появился план, — вполголоса сказала Надежда.

Олег тщательно запер машину, боком прижимая к себе вишневый кейс. Кейс ему здорово мешал, но он не хотел и на секунду выпустить его из рук. Он прекрасно представлял себе, какое богатство находится в кейсе. Акции стоили несколько миллионов, и если этот тип, Андрей, даст за них хотя бы половину, Олег все равно станет безумно богатым человеком. Только бы ничего не сорвалось. А для этого нужно, чтобы кейс все время был у него в руках, тогда никто не сможет его отнять. О том, чьи это на самом деле акции, и каким образом кейс оказался у его жены, этой растелепы, этой музейной крысы, Олег запретил себе думать. Как говорится, деньги были ваши — станут наши, и привет, пишите письма!.. А лучше ничего не пишите, потому что мы вам адреса все равно не оставим, как пелось в старой песне, наш адрес — не дом и не улица, и вообще, ужас, как вы нам надоели!

Анна стояла рядом и взглядом коршуна следила за кейсом. Она не слишком-то поверила во всю эту историю, уж слишком неожиданно он явился к ней рано утром. Анна не любила рано вставать и соображала по утрам плохо. Но сейчас похоже ее убедил неизвестный Андрей, что дело стоящее, ишь как пялится, только что дырку в чемодане не прожжет…

Олег запер еще багажник, включил сигнализацию и вдруг откуда ни возьмись, возникла перед ним немолодая тетка. Волосы у тетки были всклокочены, и сама она находилась в последней стадии бешенства.

— Вот они где, голубки! — заорала тетка визгливым голосом, — вы только посмотрите!

Олег попытался обойти тетку, но она непостижимым образом снова оказалась перед ним.

— Нет, вы только подумайте, а? — орала она. Ни стыда, ни совести у некоторых нету!

— Что вам надо? — отрывисто спросил Олег.

— Что надо? А ты не знаешь? И как только глаза твои бесстыжие на меня смотрят! — разорялась тетка, — виданое ли дело — среди бела дня, при живой жене с какой-то потаскухой!

— Вы кто? — оторопел Олег.

Он хотел оттолкнуть настырную тетку, но вокруг уже толкались две старухи и одна мамаша с коляской, привлеченные скандалом.

— Люди добрые! — обратилась к ним Надежда. — Это что же такое деется на свете? Тещу свою единственную не признает! Открещивается, подлец, а сколько я ему белья выстирала вот этими самыми руками? Машину-то стиральную дочке так и не купил, жмот! Ты тещу родную не узнаешь? — она дернула Олега за воротник. — А сколько борща моего съел? Тонну наверное!

Надежда полностью вошла в роль и не слишком следила за тем, что говорит. Главное — это кураж не потерять, считала она. Олег, услышав про тещу, малость прибалдел. Он никогда не видел Вериной матери, она жила в другом городе с другим мужем и не виделась с дочерью лет десять. Вера подробно рассказывала ему про это, но дело в том, что Олег не слушал. И не рассматривал семейные фотографии. И у него в памяти отложилось только то, что теща в принципе есть. Олег очень волновался сейчас из-за кейса, он ожидал нападения. Но в голову не могло прийти, что эта тетка может позариться на кейс.