Чтение онлайн

Тихон распахнул дверь и ворвался в купе. За ним протиснулись Зураб и Александр. Тамара стояла спиной ко входу, склонившись к постели, и нервно прощупывала простыню.

– Его нет. Черепа нет. Я завернула в платок и положила сюда, – она растерянно показывала то место, где раньше лежала подушка.

Девушка не успела одеться. Она стояла босиком, в незастегнутых джинсах, округлую грудь прикрывала короткая майка на веревочках. Когда она наклонялась, маечка провисала и под рукой виднелась белая кожа груди. Под оттопыренными джинсами легко просматривались низкие черные трусики с фигурной резинкой. Тамара двигалась импульсивно, совершенно не заботясь о том, сколь эротично она выглядит со стороны. Заколов ревниво пытался заслонить ее, но безуспешно. В какой-то момент девушка обернулась и натолкнулась на три пары возбужденных мужских глаз.

– Чего пялитесь? Лучше бы помогли. – Тамара вжикнула молнией брюк, поправила прическу и уселась на противоположный диван, сомкнув на груди руки.

– Череп пропал? – промямлил Александр, пытаясь снять неловкость.

– Пропал! – огрызнулась Тамара.

– Вы сувенир потеряли? – изогнул дугой брови Зураб.

– Да!

– Вай! Как жалко! Но, может, еще найдется.

Заколов тем временем исследовал постель девушки. От простыни и подушки исходил запах ее тела, и Тихон смущался нахлынувшего волнения. Он поднял матрас, заглянул под лежак и развел руки:

– Пусто. Ничего нет.

Теперь до него яснее доходил смысл ночного видения. Кто-то похитил маленькую находку из саркофага. Это мог быть как пассажир купе, так и человек, проникший извне. Но почему Тамара не проснулась, и он не смог среагировать на опасность?

– Тома, что ты сказала про утренние ощущения?

– Плохо мне, подташнивает.

– Ты упомянула наркоз. Почему?

– Как-то в больнице мне делали наркоз, маску накладывали. Я вдохнула и отрубилась. Голова потом болела так же, как сейчас. – Она во все глаза посмотрела на Заколова: – Ты предполагаешь…

– Теперь уже уверен. У меня тоже странные неприятные ощущения. Нас усыпили и спокойно забрали череп.

– Кто?

– Если следовать логике, то те, кого мы спугнули в подвале.

– Кто они?

– Не знаю, но в ловкости им не откажешь. Сначала проследили за нами, а ночью без шума изъяли то, что им нужно.

– Что же теперь делать?

– Надеюсь, еще ничего не потеряно, ведь надпись мы помним. ТЫ НЕ ТИМУР, Я НЕ БУДУ БАХШИ, А ТЫ РАЗЫЩИ.

– И что дальше? Как ее понять?

– Это новая загадка.

В вагоне включилось внутреннее радио. Кто-то звонко пощелкал ноготком по микрофону и женский голос радостно объявил:

– Товарищи туристы! Поздравляю вас с очередной годовщиной Великой Октябрьской социалистической революции! Сегодня мы посмотрим с вами жемчужину Узбекистана, древнюю Бухару. Автобусы уже ждут. Прошу поторопиться, через десять минут мы отправляемся. А вечером на платформе для вас будет звучать праздничная музыка. Желающие смогут потанцевать.

Через час после прихода на службу подполковник Андрей Валерьевич Кошелев убедился, что покинуть управление КГБ в праздничный день ему не суждено. Постоянно поступала новая информация, которая порождала очередные запросы коллегам в Ташкент и требовала дополнительного инструктажа спецгруппы майора Пучкова. Приказ, показавшийся в начале чересчур жестким, теперь представлялся обычным руководством к действию. Листок с текстом приказа по-прежнему лежал в центре стола, и подполковник время от времени пробегал его глазами.

Первоначально подполковника смутило исключительное требование, больше похожее на военное задание: найти и уничтожить. Однако подчиненный, майор Пучков, отнесся к приказу философски. Если приказано уничтожить, значит, речь идет о вражеских диверсантах, а с ними нечего церемониться, рассудил он. Это успокоило Кошелева и вселило уверенность, что ему досталось дело государственной важности, по результатам выполнения которого полагаются награды и новые звания. А то, что и говорить, засиделся он в подполковниках.

Поступившая с тех пор информация лишь подтвердила его предположения. Оказалось, что в ту же ночь кто-то проник в родовой мавзолей Тимура в Шахрисабзе. В пустом мавзолее брать было нечего, и преступники раскурочили пол, стены, а на двери желтой краской нарисовали жирный круг. Коллеги из Ташкента сообщили, что месяц назад в молодежной газете пытались опубликовать статью о мистической силе останков Тимура, но благодаря бдительности цензуры весь тираж был изъят и уничтожен, а виновные понесли наказание.

Андрей Валерьевич счел информацию важной и запросил дополнительные сведения о виновных по газетному делу и о том, на свободе ли они сейчас. По его мнению, явно прослеживалась причинно-следственная связь между газетной статьей и вскрытием гробницы. Уж он-то прекрасно знал, что запрещенные рукописи порой распространяются не хуже, чем газета «Правда». Кто-то разбудил нездоровый интерес к могущественным останкам или, того хуже, дал прекрасную наводку врагам существующего строя. А таких вырожденцев, по мнению подполковника госбезопасности, даже в период развитого социализма оставалось еще немало.