Чтение онлайн

Базар в Тебризе занимал целый большой квартал. Это был крытый базар древней постройки, свет первоначально поступал только в маленькие отверстия в куполах крыши. Теперь, в ХХ веке, провели и электрическое освещение, но всё равно в торговых рядах полутемно. Вокруг — тонны всяких сладостей, пряностей, лавашей, фруктов, канцтоваров, чеканки, ковров… всего, что производится на иранской земле или привозится сюда. Цены обыкновенно написаны на бумаге (иранскими цифрами), обмануть тебя явным образом никто не хочет, по крайней мере не заломят тройную цену, видя, что ты иностранец.

Некоторые торговцы дрейфуют по всему базару с большими телегами, на которых разложен товар. Такие телеги весят килограмм сто, а то и двести. Видимо, этим людям не нашлось торгового места, и они, скрипя колёсами телег, ползают по проходам туда-сюда. Постоят, может быть продадут что-нибудь, и поползут дальше. Надо уворачиваться от них.

Некоторые покупатели приезжают на базар на мотоцикле. Мотоцикл — самое распространённое в Иране транспортное средство — наверное, как в Китае велосипед. Мне кажется, почти каждый взрослый иранец, не имеющий машины, имеет мотоцикл. Мотоциклисты ездят по улицам и проспектам, в парках, по пешеходным дорожкам и даже иногда по базару. На базаре я провёл долгое время.

Посетил главпочтамт — большое здание, ни одного клиента, десяток сотрудников в окошках, портрет Хомейни сверху. Письмо из Тебриза в Москву обошлось всего в 500 риалов (600 рублей), вдвое дешевле, чем стоит письмо из Москвы в Москву. Пока я писал письмо, сотрудники почтамта собрались вокруг меня, и один из них, самый догадливый и при этом англоговорящий, указывая на моё письмо, спросил:

— Russian writing?

Я ответил «yes», и люди ещё больше удивились, рассматривая русское письмо. Впрочем, скоро я запаковал его и бросил в ящик. Письмо отправилось в Тегеран, а потом в Москву; на этот путь у него ушло всего две недели.

На площади Хонерестан в 14 часов господа Олег и Влад не появились, и я продолжил прогулки по Тебризу, размышляя о причине непоявления их. На армянско-иранской границе таможенники сказали, что мои друзья проходили ещё утром. Вероятно, они прибыли в Тебриз вчера днём, и, не дождавшись меня в течение суток, согласно нашей договорённости, направились в Тегеран.

Чтобы догнать их, было самое время воспользоваться цивильным способом. Учитывая долгие процессы общения с местными таксистами, дорога автостопом до Тегерана может занять целые ходовые сутки — попробую достичь Тегерана на автобусе. Стоимость этого удовольствия, как уже было указано выше, примерно два доллара, и я направился искать билетную кассу. Касс не было видно. Начал спрашивать:

— Бебахшид, отобус-Тегеран-билет коджаст?

Вокруг скопились люди мужского пола (женщины в мужские разговоры не

суют свой нос), наконец меня отвели прямо к кассе (она оказалась рядом). Билетная касса представляла собой маленькую лавочку, продавал билеты мальчишка лет девяти. В билете указывается: время, цена, ещё что-то, и, наконец, фамилия-имя пассажира. Как спросить «Фамилия», он не знал, и куда-то убежал из лавки. Через две минуты он привёл с собой ещё несколько таких же малолетних, а за ними шёл некий бородатый мужик. Мужика подтащили ко мне ближе, и он мудро произнёс:

— Name!

Наконец, мне выписали билет. Что на нём написано — осталось для меня загадкой. Мальчик, тыкая пальцем в часы, объяснил, что отправляется автобус примерно в 9 часов вечера. Оставалось узнать, откуда он отправляется, и вообще, может это не билет, а какая-нибудь ошибка.

И вот я иду вдоль городских автобусных остановок, подхожу к людям и вопрошаю их: «Шома инглиси баладид?» Не баладид, однако, никто. Зато вокруг меня начала скапливаться небольшая тусовка людей, тоже желающих посмотреть на мудреца, который «инглиси баладид», а заодно узнать, что мне нужно. Только восьмой или девятый человек сознался, что он баладид, вокруг нас скопились народные наблюдатели, и человек добросовестно объяснил, что эта бумажка — билет на автобус, который отправляется с автостанции («отобус тёминал»), и этот тёминал находится не здесь, а далеко, и доехать до автостанции можно на городском автобусе 135. Но ехать туда ещё рано, автобус отходит только в 21.15. Обрадованный полученным знанием, я отправился досматривать город, решив заодно появиться в 18.00 на площади Хонарестан.

Жители Тебриза проявляли к нам, как к иностранцам, очень большое любопытство. Создалось впечатление, что многие из них никогда не видели «западных» иностранцев (жители близлежащих стран не в счёт). Ты стоишь у витрины магазина и рассматриваешь товар; рядом собираются иранцы и рассматривают тебя. Когда мы, наконец, встретились с Олегом и с Владом, на одной из площадей Тебриза собралось несколько десятков людей посмотреть на нас. Один из людей, познавший (слегка) английскую речь, завёл беседу с Олегом; остальные стояли вокруг, смотрели, галдели, подходили всё новые люди, они, видимо, не знали, что происходит, но эффект толпы действовал на них. Всего собралось, возможно, от 30 до 70 человек — я только подумал их сосчитать, как приехала полиция и всех разогнала. Люди разошлись, но остались на площади, ожидая, когда полиция уедет.

Вскоре вокруг нас вновь собралась толпа, ничуть не меньше предыдущей.

Олег с Владом благополучно добрались до Тебриза ещё накануне. По дороге целых два доллара у них истребовал навязчивый таксист, вследствие чего Влад решил, что в Иране нужно ездить отныне на грузовиках. Прибыв в Тебриз, они тоже узнали, что наша карта «очень старая», и поначалу даже не нашли на местности площадь Хонарестан. Хорошо, что хоть к 18.00 эта площадь была найдена ими.

Поскольку я уже, «догоняя» своих друзей, обзавёлся билетом на автобус, Влад с Олегом решили тоже поехать на автобусе, впервые за эту поездку соблазнившись цивильностью. Но дело в том, что какой-то местный житель уже успел подружиться с Владом и Олегом, и они оставили у него свои рюкзаки. Сейчас этот житель тоже пришёл на площадь Хонарестан, и мы отправились забирать рюкзаки. Местный житель обитал на втором этаже двухэтажного дома. Сняли обувь у дверей, зашли внутрь. Внутри было чисто, прохладно, стульев, столов и кроватей не было, пол был покрыт мягким ковром. Как и в недавно оставленной нами Армении, нас начали угощать дынями. В Иране время на полчаса впереди московского, мы поначалу забыли об этом, а когда посмотрели на часы и вспомнили, настало время уже бежать на автостанцию, которая находилась за городом.

Местный житель быстро выловил для нас такси, и мы, распрощавшись, поползли в суете тебризского часа «пик» на автостанцию, куда и прибыли минут через пятьдесят. Влад и Олег побежали за билетами и купили билеты на 21.00.

— Встретимся в Тегеране, на автостанции! — сказал Олег, убегая на свой автобус, а вскоре я отправился на другом.

Иранские междугородние автобусы бывают двух классов: «Люкс» и «Супер». Разницу между ними установить не удалось. Впоследствии, правда, можно было заметить, что в одних автобусах над каждым сиденьем висит одноразовый стаканчик, и помощник водителя разливает по требованию пассажиров воду в эти стаканчики; в других автобусах стакан один на всех, и вам выдают воду вместе со стаканом. Кроме того, одни автобусы немного дороже других. Но какой из стилей обслуживания есть «Люкс», а какой «Супер» — не знаю.