Чтение онлайн

– Хорошо, – сказала девушка, закончив досмотр и, видимо, удовлетворившись, – Можешь снова повернуться.

Ира повернулась к незнакомке лицом. Та заткнула нож за пояс и спросила:

– Объясни мне – как такой жирный телёночек смог удрать от Чернявых? Они ведь довольно бодрые ребята.

– Что, прости?

– Как ты убежала от Чернявых. Я, конечно, понимаю, что «жирный телёночек» не самое приятное название, но ты ведь и сама понимаешь, что больше похожа на корову, чем на человека.

Ира рассердилась.

– Это не даёт тебе права меня оскорблять, – сказала она.

Девушка рассмеялась. Смех её был подобен колокольчику, и от него Ира невольно перестала злиться.

– Право, говоришь? Мой бегемотик, в наше время у человека есть лишь одно право, которое никто не может нарушить. Знаешь какое?

Ира покачала головой.

– Ты имеешь полное право сражаться за свою жалкую жизнь. Всё остальное уже лет дцать не имеет никакой силы. С тех пор как грянул Рагнарёк, некому защищать чьи-либо права.

Ира ничего не ответила, поэтому наступила пауза.

– Но ты не вешай хобот, слонёнок, – сказала девушка, хлопнув Иру по плечу и улыбнувшись, – Есть хочешь?

Ира кивнула.

– Ну вот и хорошо. Могу угостить куропаткой. Меня, кстати, Райда зовут.

Она достала из сумки, висящей у неё на плече, птичью тушку и протянула Ире.

– Ощипывать умеешь?

– Наверное, – сказала Ира, беря птицу.

– Отлично.

Пока Ира пыталась ободрать с куропатки перья (ей это удавалось с переменным успехом), Райда набрала хвороста и сложила костёр.

– Ты из Тритона? – спросила Ира.

– Ага.

– Он далеко отсюда?

– Не очень, – сказала Райда, – Где-то полтора дня пути… Но это для меня, а для тебя, пожалуй, три. Ты так и не рассказала, как убежала от Чернявых.

Ира вкратце пересказала, что с ней случилось с тех пор, как она очнулась в фургоне.

– Так ты знаешь Ратега? – спросила Райда по окончании рассказа.

– Ну да. А ты тоже?

– Его все в Тритоне знают. Хороший дядька. Правда, немного поехавший. Но он меня спас от Чернявых

Ира хлопнула себя по лбу, вспомнив, что говорил Ратег.

– Так вот оно что! – сказала она, – Ты та самая Райда? Он про тебя немного рассказывал.

– Вот как? – сказала Райда.

Она положила птицу в прогоревшие угли.

– Значит, ты откуда-то из Дальних Земель? – спросила она.

– Как?

– Так мы называем всё, что дальше двухсот километров.

Райда махнула веткой, которую держала, в сторону реки, указывая на противоположный берег.

– Там находится дремучий лес, который называется Парма, – сказала она, – А за ним – горы. Мы называем их Каменной Стеной. Хотя до Рагнарёка они назывались как-то по-другому, но никто не помнит как. Если пойдёшь по течению реки, придёшь к берегу Бурного Моря. А начинается она в бескрайних болотах. Здесь начинается Возрождённый Лес, он раньше тоже был частью Пармы. Но в Рагнарёк та её часть сгорела и теперь отрастает заново. Сколько тянется Возрождённый Лес знает только… никто. Так вот – всё, что за этими пределами, называется Дальними Землями. Со времён Рагнарёка никто оттуда не приходил.

– А кто-нибудь из ваших ходил туда? – спросила Ира.

– Ну, несколько смельчаков пытались пересечь Возрождённый Лес. Кто-то возвращался ни с чем, кто-то вовсе не возвращался. Один прошёл почти три сотни километров, вернулся едва живой и со странными ожогами. Не встретил никого. Все люди, которых там можно найти – это Чернявые. А в другие стороны никто не ходил. Надеюсь, не нужно объяснять почему?

Посчитав, что птица испеклась, Райда достала тушку, изрядно измазанную золой. Однако Ира и не подумала брезговать, она была слишком голодна. Когда с едой было покончено, Райда поднялась на ноги и сказала:

– Ну всё, нам пора топать. Сегодня уже двенадцатый день. Если к завтрашнему закату не переберёмся на другую сторону реки, нам кранты. А до моста ещё прилично идти.

– Что? – удивилась Ира, – Ты про Чернявых?

– Хах, если бы! Нет, эти ублюдки и сами боятся тринадцатого дня до мокрых штанишек.

– Тогда?..

– Отстань, – перебила Райда, – Не хочу об этом говорить.

Её лицо резко изменилось. Оно скривилось и теперь отображало раздражение и злобу, как если бы Ира была её младшей сестрой и весь день выпрашивала у неё одолжить платье.

– Слушай, если ты такая любопытная, оставайся здесь. Завтра узнаешь всё в подробностях. А я пошла.

После этого Райда развернулась и зашагала прочь. Ира поспешила за ней.

Их привели в помещение, похожее на псарню. Единственным источником света здесь были трещины в стенах, сквозь которые просачивался бледный дневной свет. Каждого посадили в отдельную клеть с железной решёткой. Камеры были засыпаны сеном. Особо большая гора возвышалась в углу – видимо, вместо лежбища. И никаких кроватей. Поставили лишь ведро для справления нужды.

Разведя ребят по камерам, тюремщики дали каждому миску с едой и кружку воды, после чего оставили их в одиночестве. Скорее всего, один или двое Чернявых остались дежурить у входа, но в самом помещении их не было.

Заглянув в свою тарелку, Катя обнаружила гречневую кашу и кусок варёного мяса. Не то что она привыкла есть, однако еда превзошла её ожидания. Она думала что им подадут какую-нибудь бесцветную бурду неизвестного происхождения.

Какое-то время все сидели молча и ели. Первым подал голос Кирилл – откуда-то издали. Катя не видела, в какой он камере.

– Как думаете, они нас слышат? – спросил он.

– Может да, может и нет, – ответила ему Вика. Она сидела в клети напротив Кати, – Но даже если и нет, то что?

– Можно обсудить, как мы отсюда сбежим, – сказал Кирилл.

Вика фыркнула.

– Опять? – сказала она, – И куда мы сбежим на этот раз? И что будем делать? Ты ещё не понял, что это бесполезно?

– А ты, значит, намерена сдаться? – сказал Кирилл, – Не делать ничего?

Дожидаться от Вики ответа он не стал.

– А ты что думаешь, Дани? – спросил он.