Чтение онлайн

Быстрота, с которой бостонские агенты провернули эту операцию, смутила Хаффа. Он допускал, что убедительных доказательств причастности «Уинтер-Хилл» к убийству может и не быть, но закрыть дело… Его возмутило, что смерть Уиллера оставила бостонцев равнодушными. У себя в городе бизнесмен считался «чертовски крупной шишкой». Он обеспечивал работой сотни жителей и щедро жертвовал на благотворительность. Что-то здесь не так, решил Хафф. Известный промышленный магнат убит среди бела дня, отчего же никто не хочет говорить об этом? Его семья вправе требовать ответа на свои вопросы.

Хаффу и его коллегам из Коннектикута не оставалось ничего другого, как продолжать расследование, недоумевая по поводу происходящего в бостонском отделении бюро. Они сосредоточили внимание на представительстве «Мир джай-алай» в Майами, рассчитывая собрать изобличающую информацию о Каллахане. В начале июля 1982 года Хафф и другие детективы решили, что в их распоряжении достаточно доказательств, чтобы отправить бухгалтера в тюрьму по обвинению в финансовых нарушениях уже к концу месяца. Первого августа они прибыли во Флориду, но Джонни Марторано, один из старых дружков-собутыльников Каллахана, их опередил. Когда самолет с Хаффом и полицейскими из Коннектикута приземлился в аэропорту Майами, труп Джона Каллахана уже лежал в багажнике взятого напрокат «кадиллака» в гараже того же аэропорта. Любитель острых ощущений, водивший компанию с гангстерами, умер как один из них, не дожив до сорока шести лет.

Он стал третьим мертвецом, найденным в машине с пулей в голове. Эта страшная участь ожидала всякого, кто переходил дорогу Уайти Балджеру.

Каллахан считался ключевой фигурой в деле об убийстве Уиллера, он мог вывести на след «Уинтер-Хилл». Но каждый раз, попадая в Бостон, Хафф, уроженец Среднего Запада, человек прямой и открытый, с досадой замечал, что местные агенты ФБР смотрят на него свысока. Они скупо улыбались, снисходительно похлопывали по плечу и указывали на дверь. Хафф почувствовал, что его доводы принимают всерьез, лишь когда начал работать с детективами из Коннектикута и Флориды. Полицейские разделяли его смутные подозрения, что в Бостоне дело нечисто, но, по правде говоря, понятия не имели, кого в этом винить.

В ФБР Коннолли жестко держал оборону против всех желавших разузнать что-то о Халлоране. После долгой волокиты он с опозданием на два года помог провести допрос Балджера и Флемми по делу об убийстве Уиллера. В отчете ФБР об этой беседе есть протокол речи Балджера. Уайти объявил агентам, что согласился дать показания с единственной целью – отмести все беспочвенные обвинения. Он ораторствовал словно его брат Билли, выступавший перед журналистами с трибуны парламента. Балджер навязал федералам свои правила. Отказался проходить проверку на полиграфе и заявил, что не позволит себя фотографировать без предписания суда. Тем дело и кончилось.

Джулия Мискел Рейкс и ее муж Стивен походили на многие другие семейные пары, жившие по соседству: они уважали семейные ценности, были трудолюбивы и полны решимости проложить свой собственный скромный путь в жизни. Оба выросли в Саути. Джулия, как и Балджеры с Джоном Коннолли, жила в районе новостроек, ее семья относилась к тому же приходу, что и Балджеры, и ходила в церковь Святой Моники, расположенную на внешней границе жилого комплекса Олд-Харбор, по другую сторону транспортной развязки около жилого комплекса Олд-Колони.

Хотя между ними было всего два года разницы, Джулия и Стивен, учась в старшей школе Южного Бостона, толком не знали друг друга. Они познакомились позже, когда Джулии было двадцать, а Стивену – двадцать два, и он управлял своим первым (из множества последующих) бизнесом – «Сандвичи и деликатесы от Стиппо». «Стиппо» было прозвище Стивена, и его популярная лавка на углу торговала кофе, пончиками и бакалеей. Она была открыта с рассвета до полуночи – брат, сестра, мать и отец Стивена работали в ней посменно. Особенно старательно трудился отец Стивена. Страдая бессонницей, он шел в лавку и включал в ней свет в три часа ночи. «Мы подшучивали над ним, потому что он открывался в три часа ночи, хотя мог бы подождать и до шести утра, – вспоминала Джулия. – Но он хотел всегда быть наготове».

Джулия начала работать в лавке в 1977 г. Стивен был владельцем и управляющим, он отвечал за закупки, решал все вопросы с банком, устанавливал цены и размещал товары на полках. Очень скоро эти двое начали встречаться, а затем, в 1978 г., Рейксы и Мискелы собрали друзей, чтобы отпраздновать свадьбу Джулии и Стивена Рейкса. Это было традиционное южнобостонское семейное торжество.

Стивена нельзя было назвать пай-мальчиком: в прошлом он и его братья имели неприятности с полицией. Но женившись на Джулии, он решил покончить с этим раз и навсегда. Спустя два года после свадьбы родилась их первая дочь, Николь, а вторая дочь, Мередит, родилась в ноябре 1982-го. К этому времени Стивен продал свой магазинчик деликатесов и стал партнером в винном магазине, но к 1983 г. они с Джулией решили, что готовы заняться бизнесом самостоятельно. Джулия предлагала открыть салон видеопроката, но Стивен убедил ее, что торговать спиртным намного выгоднее.

Поискав немного, Стивен наткнулся на заброшенную заправочную станцию «Тексако» прямо у транспортной развязки возле церкви Святой Моники. Заправка располагалась весьма удачно, на главной улице, авеню Олд-Колони. По Олд-Колони сплошным потоком шел транспорт, непременно выезжая на развязку, а у заправки имелось преимущество, редкое для слишком плотно застроенных деловых районов Южного Бостона, – парковка. Джулия со Стивеном вместе изучили документы о недвижимости Бостона, чтобы выяснить, кто владелец. Заправка принадлежала женщине, Абигейл А. Бернс. Джулия Рейкс с трудом запоминала это имя. «Я называла ее Абигейл Адамс». Она путала фамилию владелицы с фамилией одной из первых леди нации – женой Джона Адамса, второго президента Соединенных Штатов. Это забавное недоразумение стало их семейной шуткой.

– Мы собирались развернуться там как следует, – вспоминала Джулия. – Магазин должен был стать источником дохода, дающим нам возможность вести такую жизнь, какую мы хотели, до конца наших дней.

Но, несмотря на все их надежды и тяжелый труд, возникла проблема. Уайти Балджер в своем черном «шевроле» был вынужден покинуть гараж на Ланкастер-стрит, преследуемый полицией штата. Кроме того, его недавно объявили в розыск как подозреваемого в убийстве. Ему с Флемми пора было перестать мотаться туда-сюда, требовалось найти новую штаб-квартиру. Балджер смотрел на это так: почему бы не подыскать уютное местечко в старом районе? Ничем нельзя заменить привычное ощущение обособленности Южного Бостона. К несчастью, Рейксы ничего об этом не знали, и меньше всего им хотелось пересекаться с интересами Балджера в городе, где Уайти всегда получал то, что хотел.

Осень 1983 года стала для супругов временем сумасшедшей гонки. Они пытались сделать все необходимое для того, чтобы успеть открыть свое дело к сезону праздников. В течение сравнительно недолгого времени все шло довольно гладко, причем началось это с успешного участия в торгах за лицензию на реализацию спиртного. Аукцион состоялся летом. Стивен, следивший за официальными уведомлениями в газете, заметил объявление об аукционе на лицензию от винного магазина, закрывавшегося в связи со сносом. В одну из суббот нетерпеливая семейная пара нарядилась и отправилась в деловую часть города, в юридическую фирму, наблюдавшую за торгами.