Чтение онлайн

Розамонда очень переживала. Брат уехал пять дней назад. И ни одной весточки! Не произошло ли с ним что-нибудь? Конечно, он уехал не один, — в окно его сестра видела пять вооруженных до зубов людей… И все-таки сердце ее было не на месте.

— А ваше, дорогая Доминик? — спросила она девушку. Дом с готовностью подтвердила, что и она страшно переживает. И это была правда. Только переживала она не за своего жениха… А за его кузена. Интересно, думала Доминик, — что придумал Очо? И удастся ли карлику выполнить ее просьбу и помешать де Немюру? «Если герцог станет любовником Бланш… Нет-нет! Я даже думать об этом не хочу! Я умру… Тут же, сразу! Он не может так поступить! Ведь он не любит королеву… Он любит меня!»

Руки ее вдруг задрожали. Она укололась иглой, и быстро, пока не заметила склонившаяся над своим шитьем Розамонда, засунула палец с капелькой крови в рот.

К чему обманывать себя? Те три дня, что Доминик провела в замке Немюр-сюр-Сен, полностью изменили ее. Она больше не любит Рауля. Все меньше думает о нем. Он стал как бледный далекий призрак, ее жених, недавно столь любимый ею. Теперь в мыслях Дом безраздельно властвовал де Немюр.

«Как это могло произойти? И разве такое вообще возможно?.. Рауль — мой супруг. Разве Господь мог допустить, чтобы я вдруг разлюбила мужа, — и полюбила другого? Да, подобное иногда, конечно, случается… Таких женщин называют прелюбодейками. Их сажают в колодки, бьют плетьми и выставляют на городских площадях в назидание всем. Значит, и я заслуживаю такого наказания? Я тоже изменила супругу. Правда, пока лишь в мыслях, — но могла бы и по-настоящему. Стоило только де Немюру захотеть — и не остановиться… И я бы не устояла. Да, я бы не устояла перед ним!»

Эта мысль была кощунственна — и, одновременно, столь сладостна! Его поцелуи… его губы на ее теле… Его руки на ее груди… «Да, я совершаю страшный грех, даже вспоминая об этом! Но я не могу не вспоминать, Боже мой, не могу! Я — падшая женщина… Я пала… Рауль! Ты вернешься, — и как я смогу посмотреть тебе в глаза? Сказать, что я люблю тебя? Стать твоей женой? Когда я думаю лишь о твоем кузене!..»

…Между тем, Розамонда тихо говорила:

— Почему же Робер тебя похитил? Я хотела сегодня поговорить с ним в зале для приемов. Но он прошел мимо и не заметил меня… Что он тебе сказал — за что он так поступил с моим братом?

Дом молчала. Рассказывать о том бреде, который нес де Немюр в своем замке? О том, что Черная Роза — не Рауль? Тогда придется посвятить Розамонду во всю историю ее, Доминик, свадьбы. Это долго рассказывать, а сейчас не до этого. Когда же появится Очо с известиями?..

— Он мне ничего не говорил, — наконец, сказала Доминик. — Просто — что хочет меня спасти от герцога де Ноайля. Я так поняла, что они давно не в ладах друг с другом?

— Увы, да, — горестно вздохнула Розамонда.

— А почему? С чего все началось?

Розамонда покраснела.

— У них слишком разные характеры, сестричка, — поколебавшись немного, начала она. — Робер — излишне прямой и щепетильный в вопросах чести. Для него она — главное в жизни. Он презирает тех, кто чуть слабее его, кто способен уступить своим желаниям, кто не держит данного слова. Мой кузен-рыцарь без страха и упрека. Помню, как он любил два таких четверостишия — и читал мне их, когда я была еще маленькая, не один раз:

— Да. Я знаю эти строчки, — сказала Дом. — Так, значит, твой кузен очень их любил?

— О да. Он говорил, что с радостью сделал бы их своим девизом.

— Ах, Розамонда… — прошептала, бледнея, Доминик. Сомнения опять затеснились в ее голове. Ведь и она сама нашла в замке де Немюра книгу с этими стихами! Но разве Рауль не мог слышать этих строк, если слышала его сестра? Нет, нет, надо отбросить эти мысли! У Рауля ее кольцо. Он — Черная Роза, и сомнений в этом быть не может!

— Да, — не заметив ее состояния, продолжала герцогиня. — А мой брат … Мой брат, особенно в молодости, — прости, Доминик, но ты же должна понять его! — был юношей пылким, увлекающимся, невоздержанным. Он даже пил… И, конечно, Робер не мог принять и понять его образа жизни. И тогда они и разошлись. Теперь Рауль другой, — он так тебя любит! И ради тебя готов полностью исправиться. К тому же, прошлое не вернешь, и нужно, мне кажется, простить. А Робер не хочет. Понятия о чести мешают ему. А ведь надо принимать людей такими, какие они есть… И разве сам Господь не завещал нам прощать?

— Да, конечно, — рассеянно согласилась Доминик. «Если де Немюр столь щепетилен в вопросах чести, — думала в это время она, — почему же он пошел к Бланш? Чтобы получить развод? Зачем для этого нужно согласие королевы? И кто же, наконец, его жена?..»

…И тут в дверь постучали — вернее, заколотили, да так, что обе рукодельницы так и подскочили на диванчике и быстро переглянулись.

— Кто бы это мог быть? — с тревогой спросила Розамонда. — Уже два часа ночи! — Слуг герцогиня обычно отпускала спать пораньше. Ей пришлось встать и самой подойти к двери. Доминик судорожно сжала руки. Неужели это Очо? Но карлик не стал бы так бешено стучаться. «Если только не произошло несчастье. Вдруг де Немюр убил королеву?.. Или она — его?..» Девушка похолодела от ужаса.

— Кто там? — спросила герцогиня. В ответ по двери забарабанили еще яростней. Из комнаты для прислуги выскочил на шум слуга Розамонды Поль.

— Ах, Поль! — вздохнула с облегчением герцогиня. — Кто-то стучится. Право, не знаю, открывать или нет?.. Уже ведь глубокая ночь!

— А вдруг, ваша светлость, там ваш брат, герцог де Ноайль? — спросил Поль.

— Я об этом не подумала! О Боже!.. Открывайте скорее!

Но это был не Рауль. В открытую дверь ввалился де Немюр и упал прямо на руки ошеломленному, но все же успевшему подхватить его слуге.

— Робер! — в ужасе вскрикнула Розамонда. Доминик вскочила, вышивание ее полетело на пол. Вид у герцога был плачевный, — рубашка полурасстегнута, одна нога в туфле, другая разута, лицо зеленое, глаза безумные. Не замечая Дом, он пробормотал явно через силу:

— Розамонда… Помогите… Меня отравили…

— Когда? Чем? Что вы ели и пили?

— Два часа назад… Это Очо. Он дал мне кубок с вином… — С трудом ворочая языком, произнес де Немюр.

— Поль! В ванную комнату его! — Герцогиня взяла себя в руки. Когда Поль с герцогом дотащились до ванной, она обернулась к Доминик. — Чем мог отравить его Очо? И зачем?.. Я приготовлю питье. Но не знаю, поможет ли оно.

— Он умрет, Розамонда? — стуча зубами, спросила Дом.

— Боже, Доминик! Ты вся белая!.. Подожди. Я взгляну, как он… — И она побежала в ванную комнату. Вернулась через минуту и сказала:

— Его рвет… Только желчью. Что дал ему проклятый карлик? Нужен врач! Доминик, скорее за да Сильвой! Спросишь у стражи, где его комнаты. — И герцогиня опять побежала в ванную.

А Дом бросилась к дверям, распахнула их… И чуть не сбила с ног отравителя де Немюра. Карлик стоял на пороге и спокойно смотрел на девушку.