Чтение онлайн

На площади, между ратушей и гостиницей под вывеской «Мирная козуля», маленький кривоногий мэр собирал добровольцев. Мэр был бледен, нижняя челюсть у него заметно дрожала, он то и дело подтягивал брюки, сползавшие ему на сапоги: второпях мэр позабыл о подтяжках.

— Спокойствие, джентльмены, спокойствие, — повторял он ежеминутно, — я уже послал в Вашингтон за помощью.

Добровольцы, большей частью сыновья местных плантаторов, роптали:

— Зачем нам солдаты? Мы и сами управимся с этими грязными конокрадами.

Из рядов выскочил здоровенный детина в вязаном свитере.

— Чего мы здесь стоим? Чего мы дожидаемся, джентльмены? — завопил он, потрясая ружьем. — Все знают, что мэр у нас баба. Бродяги захватили наших отцов и братьев, а мы распустили нюни! Эй, кто со мной, выходи! Влепим им полсотни зарядов, так от них только мокрое место останется…

Это был Вил Смайлс, сын богатейшего в округе плантатора. Ночью люди Брауна с помощью смайловских негров взяли сонного Смайлса-отца прямо с постели, и теперь он вместе с другими заложниками сидел в арсенале.

— Помилуйте, джентльмены, это опытнейшие противники! — Мэр в ужасе замахал руками. — Наша доблестная милиция обстреляла их, но они ответили сокрушительным огнем. Поверьте мне, мистер Смайлс, тактика выжидания всегда ведет к победе.

— Черт бы тебя побрал с твоей тактикой! — пробормотал сквозь зубы Вил. — Джентльмены, кто со мной? Я жду.

Несколько человек вышли из рядов и присоединились к Вилу. Все это были его собутыльники, будившие и пугавшие по ночам, весь Харперс-Ферри своими пьяными выходками. Остальные добровольцы продолжали нерешительно топтаться на месте.

В этот момент через площадь мимо отряда быстрым шагом прошел высокий мускулистый человек в кожаном фартуке. Он шел, ни на кого не глядя и, видимо, торопясь.

Мэр, спотыкаясь на своих кривых ногах, подскочил к нему и ухватил его за рукав:

— Боже мой! Кого я вижу? Кузнец Кроссон! Живой и невредимый! Кроссон, неужели вам удалось вырваться из рук этих злодеев?!

— Да, да, сэр, как видите, — торопливо отвечал кузнец, — только не задерживайте меня, сэр, я бегу к себе в кузницу за инструментом. Я дал этим джентльменам честное слово, что не позже чем через час подкую их мулов.

— Этим джентльменам? Вы называете разбойников джентльменами? — Мэр отступил. — Кроссон, вы не в своем уме!

— Ей-богу, сэр, это неплохие ребята. — Кузнец понизил голос: — Они взяли меня по ошибке, но я на них не в обиде: они обращались со мной, как с самим президентом, не будь я Кроссон. Пятьдесят лет живу на свете, а еще не видел такого уважительного обращения с рабочим человеком. Командир их, как узнал, что я кузнец, извинился, что меня зря потревожили, пожал мне руку и говорит…

Мэр прервал его:

— Я арестую вас, Кроссон, арестую вас как изменника, продавшегося негодяям аболиционистам!… Эй, стража, сюда!

Вил Смайлс со своими людьми проворно подскочили к кузнецу.

— Вот попал! — Кроссон растерянно развел руками. — Что называется, из огня да в полымя.

Мистер Уорден, сэр, что же теперь будет? Ведь я же дал честное слово!

— Возьмите этого человека. Он изменил своей присяге, — не слушая, сказал мэр Смайлсу.

Кузнец все еще не верил. Вдруг он закричал во все горло:

— Эй, ребята, меня арестовали, так вы уж там управляйтесь сами! Там, в литейной, есть горн, так вы…

Смайлс зажал ему рот:

— Молчи, продажная душа! Аболиционист проклятый!

Кузнец с презрением поглядел на свою стражу:

— Мистеру Смайлсу повезло: я арестован — стало быть, теперь за мою работу мне можно и не платить.

Смайлс заметно смутился. Но тут вмешался мэр:

— Кроссон, отвечайте на мои вопросы. Вы были в крепости противника. Сколько у него людей?

Кроссон, прищурившись, поглядел на мэра.

— Сколько людей? Не знаю, — отвечал он, — я был заперт в караульном помещении вместе с другими пленными. Но, — тут он усмехнулся, — судя по шуму и выстрелам, там целый полк.

— Целый полк? — Мэр побледнел. — И… и много оружия?

— Оружия, сами знаете, — целый арсенал. Я видел во дворе даже пушки.

— Пушки?! А… а кто командует бунтовщиками?

— Ими всеми, и неграми и белыми, командует Браун, — с готовностью отвечал кузнец. — Знаете, Браун из Осоатоми… так вот, тот самый.

— Браун Осоатомский?! — Мэр содрогнулся.

— Браун Осоатомский! — как эхо, повторили Смайлс и его друзья.

Имя это пролетело по рядам добровольцев, как молния. О, все отлично знали, кто такой Браун Осоатомский! Они давно охотились за Брауном. Это был их злейший враг, сильный и непримиримый. Он появлялся то в Канзасе, то в Миссури, то в Мэриленде — и всюду пылали дома жестоких рабовладельцев, всюду освобожденные негры благословляли своего защитника, а плантаторы обещали новые тысячи долларов за голову старого Брауна.

И вот теперь он здесь, в Ферри. Кривоногий мэр чуть не лишился чувств от страха.

— Праведный боже! Браун здесь, у нас! Мы пропали. Он спалит весь город…

Вил Смайлс обратился к кузнецу:

— Эй ты, мастеровщина, отвечай мне, только не ври. Ты сидел с заложниками, — как Браун обращается с моим отцом?

— Вежливо, не то что вы со мной, — отвечал Кроссон. — Да там, кроме вашего папаши, еще собрано человек тридцать. Отборнейшее общество. Молодой Вашингтон, Кошачий Паркер…