Чтение онлайн

Женщина докурила сигарету до половины и резким движением затушила ее в грязной пепельнице. Потом она о чем-то задумалась и уставилась в окно. Странная посетительница стала утомлять Осипова.

– Так что вы хотели?
– осторожно поинтересовался он. Дама посмотрела в лицо Ивана и поморщилась.

– Мне казалось, что вы значительно старше, - изрекла она.

– Какой уж есть, - грубовато ответил Осипов.

– Я вдова генерал-полковника Сокольского, - представилась дама.

"Так и знал, - с досадой подумал Иван, - теперь от нее не отвяжешься. Весь день насмарку. Очевидно, желает опубликовать воспоминания о муже, о его боевых подвигах, а может быть, хочет, чтобы я написал очерк о нем. И ведь от нее так просто не отделаешься. Чуть что, побежит к редактору жаловаться. Скотина какая Кор-зюков! Подсунул подарочек!"

– Пришла к вам потому, - продолжала генеральша, - что мне очень нравится, как вы пишете.
– Она достала из сумочки пачку газетных вырезок с его, Осипова, статьями и положила на край стола.
– К сожалению, вы оказались очень молоды.

– Что вы все молоды да молоды… - завелся Иван.

– Не сердитесь, - неожиданно мягко произнесла дама.
– Я не хотела вас обидеть, просто не ожидала… В ваших статьях чувствуется знание жизни, и я подумала… - Она запнулась и достала из пачки новую сигарету. Осипов потянулся к вырезкам и стал их перебирать. К его удивлению, среди них оказались лишь судебные очерки и репортажи на криминальные темы.

"Эге…" - мысленно произнес он и искоса взглянул на генеральшу.

– Дело в том, - неожиданно продолжила она, - что два месяца назад убили моего сына. Единственного сына. И я теперь осталась совершенно одна.
– Она глубоко затянулась и закашлялась. На глазах выступили слезы.

– Кто убил?
– осторожно спросил Иван.

– Убили какие-то звери, - не слушая его, продолжала говорить Евгения Васильевна. Теперь ее голос упал до шепота, и Осипов с трудом разбирал слова.

– Убили жутко, страшно изуродовали. Моего Валю… Ему было всего двадцать… Вы понимаете!.. Он для меня все! И вдруг! Три года назад умер муж, а теперь вот… - Лицо ее сморщилось, и слезы потекли по напудренным щекам. Под глазами выступили темные круги. Она сразу постарела.

– Успокойтесь, - попросил Осипов, - расскажите все по порядку.

Из сбивчивого рассказа генеральши выяснилось, что сын ее, Валентин, студент второго курса МГИМО, два месяца назад, а именно в апреле, отправился отдыхать и готовиться к экзаменам на дачу. Он отсутствовал дома три дня. В конце концов встревоженная мать приехала на дачу, но никого там не застала. Она кинулась к приятелям сына. Те сообщили, что действительно были с ним на даче, но недолго. Потом они уехали в Москву на электричке, а он остался в доме. Мать бросилась в милицию. Через день после начала поисков труп Валентина обнаружили в лесополосе какие-то подростки. На теле множество колото-резаных ран, голова оскальпирована, оба глаза выбиты. Короче, мальчик был изуродован так, что хоронить его пришлось в закрытом фобу.

– Может быть, вы хотите кофе?
– участливо поинтересовался Осипов, видя, что с женщиной вот-вот случится истерика.

Она прервала свой рассказ и кивнула.

Пока Иван возился с чайником, насыпал в относительно чистую чашку растворимый бразильский кофе, генеральша молчала, продолжая безостановочно курить. Она взяла двумя пальцами чашку и, оттопырив мизинец, стала медленно прихлебывать кофе мелкими глотками. Допив кофе, она брезгливо повертела в руках пустую чашку, видимо, размышляя, сделать или не сделать замечание по поводу ее чистоты, но промолчала. Потом взглянула на хозяина кабинета.

– Вам еще не надоел мой рассказ?
– поинтересовалась она совсем другим, нарочито равнодушным тоном.

– Продолжайте, - попросил Осипов.

Генеральша достала из сумки зеркало, губную помаду, пудру и принялась приводить себя в порядок. Она наконец обнаружила незастегнутую пуговицу и невозмутимо застегнула ее.

– А что продолжать, - холодно сказала она, - продолжать-то нечего.

– Но убийцу нашли?

– Какое там… Два месяца велось следствие, как мне заявили в МуРе, и зашло в тупик. Вы понимаете?! В тупик!!! Так-то вот!

– Но ведь есть какие-то разработки, версии…

– Версии?! Да они не хотят заниматься делом моего сына!

– Этого просто не может быть, - уверенно сказал Осипов.
– Я допускаю, что дело по каким-то причинам приостановлено, допускаю и вероятность тупика, но чтобы его прекратили… Вы, извините, не та фигура, которой можно пренебречь. С вами, как мне кажется, опасно связываться. Или я чего-то недопонял, или вы сказали мне не все.

– Уж поверьте мне, молодой человек, не желают они заниматься убийством моего сына, мне так прямо и сказали. Конечно, неофициально, но вполне определенно.

Осипов пожал плечами.

– В таком случае я не совсем понимаю, зачем вы пришли в редакцию. Жаловаться на них хотите?

– Я пришла с вполне определенной целью. Мне необходимо, чтобы убийца или убийцы моего сына были найдены и наказаны.

– Тогда вам следует обратиться в прокуратуру.

– Опять вы ничего не поняли. Я хочу, чтобы этим делом занялись вы.

– Я?!

– Именно. Знающие люди подсказали мне. Найдите, говорят, человека, который провел бы следствие, так сказать, неофициально. Назвали несколько кандидатур, а первой вашу. У него, говорят, большие связи в милиции, и в МУ Ре в том числе.

– Но я ведь не следователь, не юрист. Да и к тому же у меня есть основная работа.

– Вы опять меня не поняли. Если вы найдете преступника, я вам хорошо заплачу.

В кабинете воцарилось молчание. Осипов пристально смотрел на генеральшу, не зная, как повести себя дальше. Выставить ее к чертям собачьим? Продолжить обсуждение? Еще никогда к нему не обращались с подобными предложениями. Молчала и Евгения Васильевна, выжидательно смотря на хозяина кабинета. Наконец она решила, что Осипов ждет продолжения, потому что тихо сказала:

– Если вы найдете убийцу, я подарю вам "Волгу", автомобиль, вы понимаете? Надеюсь, такой вариант вас устраивает?

"Однако!" - подумал Осипов.

– Кроме того, - продолжила дама, - я готова финансировать все ваши расходы, связанные с поисками: вот деньги.
– Она достала из сумочки две пачки, туго перевязанные бандерольными лентами.

– Тут две тысячи. Необходимо только ваше согласие. Решайтесь. Или сумма не устраивает? Вы ведь, наверное, столько за год едва зарабатываете, и то вряд ли. Да плюс машина. У вас есть автомобиль?