Чтение онлайн

– Спокойно, просто предосторожность, - заверил всех Келвир.
– Все будет в порядке.

 Несмотря на уверенный и спокойный тон контрабандиста, Арн отчего-то не поверил ему.

* * *

 Три десятка человек двигались по сторонам от вытянувшихся в линию повозок. Половина из этих людей совершенно точно знала, с какой стороны браться за меч и как сделать так, чтобы лезвие окропилось чужой кровью.

 Пусть переодетые мужчины и казались обычными фермерами да торговцами, Арн сразу же раскусил их - повадки и цепкие взгляды выдавали весьма опытных рубак. К тому же, пусть и сокрытое от посторонних глаз, но так или иначе оружие всегда находилось у этих ребят под рукой - завернутый в тряпье клинок, торчащее на подобии вил из сена копье, спрятанные под одеждой кинжалы и Небо знает, что еще - даже обычный топор ближайший мужчина держал совсем не как лесоруб. Он явно больше привык разносить вдребезги чужие головы, а не рубить дрова.

 Только, пятеро, включая выжившего громилу, были облачены в броню и не таились, остальные же прятали клинки под крестьянскими рубахами, чтобы не привлекать излишнего внимания. Даже в вязанках у двух мирно беседующих женщин, можно было найти луки и стрелы. С виду - обычные торговые повозки, в сопровождении простых людей, да пяти охранников, на деле же - контрабанда, под охраной отчаянных головорезов.

 Но так было даже лучше. Не то, чтобы Арн чего-то опасался - глупо бояться, когда путешествуешь в компании ведьмы и пары черных драконов. Просто охотник чувствовал себя уютнее, среди обычных людей в том числе. Еще бы они не смотрели на него столь подозрительно...

 Новичков здесь не очень-то жаловали. Пусть Арн и помнил большинство этих людей по своему прошлому путешествию с Келвиром, но с момента последней встречи дружелюбия в их глазах нисколько не прибавилось. Скорее наоборот.

Несмотря на немного натянутую атмосферу, то тут, то там возникали ленивые разговоры - кто-то перебрасывался с соседом парочкой-другой фраз, после чего вновь возникала тишина. Келвира не было видно с тех пор, как он залез в свою повозку, но Арн и не скучал.

 Прошло уже три дня пути, но контрабандист лишь дважды выходил, да и то, на ночевках. Келвир словно не желал замечать незваных гостей и Арн отвечал ему взаимностью.

 Болтаясь в отдельной телеге вместе со своими прежними спутниками, охотник безуспешно пытался устроиться поудобнее на жестком днище. После того, как лошади за минувшую ночь изрядно подъели запасы хранящегося тут сена, любая поза казалась Арну неприятной. С каждым скачком телеги, ее дно и борта становились для охотника все жестче и ненавистнее. К тому же у мужчины сильно чесалась спина, и это лишь добавляло ему нервозности и раздражительности.

Вэлфиар хранил молчание и холодно смотрел на удаляющиеся стены города. Куртаге почти скрылся из виду и теперь казался крохотным пятном на горизонте, но черного дракона, как будто, что-то настораживало. По своему обыкновению Мраконосец был немногословен и хмур, баюкая на руках притихшую дочь.

 Амелия все чаще засыпала, открывая темные глаза, только чтобы поесть. По словам Мраконосца - чары и насильственное пребывание в человеческой оболочке истощали девочку. Арну даже начало казаться, что Амелия попросту теряет сознание, но он не лез с расспросами к Вэлфиару. Даже незнакомому с драконом человеку было видно, что Мраконосец волнуется за дочь. А в таком состоянии его лучше не доставать.

 Единственной, кого все устраивало, была Алика. По словам ведьмы, силы возвращались к ней, а новое тело больше не казалось чужим. К тому же, Вэлфиар перестал смотреть на спутницу с откровенным презрением и Алике, несомненно, стало проще дышать.

 Причиной столь разительных перемен во взглядах Мраконосца было то, что ведьма изготовила для Амелии отвар, прогоняющий жар и дарующий девочке здоровый сон. Вначале Вэлфиар наотрез отказывался от помощи людей, но когда вчера вечером на губах закашлявшейся вдруг Амелии выступила кровь, черный дракон сделал, казалось бы, невозможное и переступил через гордость.

Стоило девочке выпить пахнущего травами отвара, как на ее щеках сразу же проступил румянец, а следом за ним пришел крепкий и здоровый сон. И вот, уже почти сутки, Алика сияла, будто новенькая золотая монета, гордая и довольная собой - шутка ли, заслужить расположение древнего дракона?

 По прикидкам Арна до границ королевства Горсинтии оставалось пять или шесть дней пути, если позволит погода. Чем ближе к Великому Порту, тем более непредсказуемыми становились недосягаемые небеса - сияющее солнце в один миг могли скрыть свинцовые тучи, а теплый дождь смениться мокрым снегом и порывистым ветром. И все это ожидало путников в начале весны. О том, какие ветра здесь свирепствовали осенью и зимой, даже думать не хотелось.

 Вот Арн и занимал себя тем, что целыми днями таращился на небо, словно его взгляд мог что-то изменить и повлиять на капризы природы. Но мужчина не мог силой мысли обратить вспять дождевые облака и унять завывающий ветер. Так что вскоре пришлось накрыться плащом с головой, чтобы не промокнуть до нитки - ливень хлынул почти сразу же, как только померк солнечный свет, и не прекращался до середины ночи.

 Спал Арн плохо. Расстеленный на траве под телегой плащ пусть и сдерживал поднимающийся снизу холод, но значительных удобств не прибавлял. Ворочаясь с бока на бок, охотник слушал, как тяжелые капли стучат по телеге, служащей людям навесом. Невольно Арн подумал о Вэлфиаре - перерожденный дракон сейчас сидел наверху и был подобен безмолвной статуе. За все время, что охотник тщетно пытался уснуть, Мраконосец не шелохнулся, даже шорохом не обозначив смену позы.

 Тяжело вздохнув, Арн выполз из под телеги, стараясь не разбудить спящих рядом Амелию и Алику. Оказавшись под открытым небом, мужчина сразу же зашипел проклятия сквозь стиснутые зубы, когда несколько холодных капель попали ему за шиворот.

– Не шуми, - тихий и спокойный голос прозвучал прямо за спиной у Арна.

– И не собирался.

– Вот и не собирайся.

 Как и предполагал Арн, черный дракон сидел на том же месте и в той же самой позе, что и раньше - прислонившись спиной к борту телеги, Вэлфиар не мигая смотрел в ночную тьму. Лишь его бледное, будто у призрака лицо, выделялось под светом ненадолго выглянувшей из-за туч луны. Мраконосец сидел спиной к единственному на весь лагерь костру, тепло и свет от которого, казалось, не могли приблизиться к закованной в черные латы фигуре.