Черные розы
Шрифт:
? У нее всегда было отменное чувство самосохранения, ? сказал Гордюшин и понял, что уже не в первый раз думает о Рите без боли в сердце.
? А теперь посмотри, с кем я работаю! ? Цвелодуб бросил перед Тимофеем список звезд, приглашенных на телемарафон. ? Это тебе не какие-нибудь паршивые "Бэндс оф Рязань" у Бруднера!
? Я слышал, что они все погибли.
? Как и "Славные девчата" второго состава. А Иварс, который заработал три "Золотых граммофона"? Знаешь про него? Замерз в собственном бассейне! А еще Мэри-Джон. Стас Найда...
? Таблоидам хватит запасов лет на десять, ? Гордюшин грустно вздохнул.
? Как у тебя с работой, брат. Занят?
? Не так чтобы очень.
? Могу выхлопотать для тебя должность менеджера при одном дебютанте. Он очень даже не плох. Вот пару часов назад звукорежиссеры прислали его первую песню.
Цвелодуб запустил звук из компьютера в стереосистему:
? Слушай и наслаждайся.
Черные розы упали с небес,
Нас позвали с тобой в непроглядные дали.
Мир прекрасный исчез. И остался лишь крест.
Моя роза любви стала розой печали.
Вместо знойного лета нас венчала зима.
И на свадьбе в лесу "горько" нам не кричали.
И гостей увела непроглядная тьма
Твоя роза любви стала розой печали.
Встречу я тебя снова - через тысячу лет.
Я узнаю бутон, тот, что руки сжимали.
Жди меня. Я вернусь. Через тысячу лет.
Не забыв про любовь. Нашу розу печали.
? Ну, как тебе, брат? Офигенный голос, ? сказал Цвелодуб.
? Неплохо, ? ответил Тимофей. ? И какую работу нужно будет при нем выполнять?
? Ну, ты же знаешь этих звезд не хуже меня, старик! Вызывать ему такси, покупать продукты. Выносить горшок и менять подштанники!
? Думаю, он сам будет все это делать, ? сказал Тимофей, едва сдерживая смех.
? А чего ты любишься?
И Гордюшин рассказал ему о встрече с Клубничной Лизой. Как начал сочинять для нее "Черные розы" и позже от безделья запустил песню в радиоэфир.
? Какой у тебя талант и какая печальная история! Для таблоида самое что надо, ? сказал Цвелодуб. Он снова шутил, но Гордюшин чувствовал, что его друг потрясен до глубины души.
? Так ты найдешь, мне человека, который будет выносить мне горшок?
? Зачем искать? ? погрустневший было Цвелодуб расцвел. ? Я это буду делать сам. Не могу же я тебя бросить в опасном океане шоу-бизнеса!
Глава 27
ПОСЛЕДНЯЯ СДЕЛКА
Телемарафон закончился выступлением президента и пением государственного гимна. Гордюшин уже собирался ехать домой, когда администратор сообщила, что через четверть часа на выходе его будет ждать важный гость.
Он вышел из телецентра и долго смотрел на обугленный обломок Останкинской телебашни. В зубьях бетонной громады завывал холодный ветер, и асфальт вокруг, несмотря на середину июля, был покрыт коркой льда.
? Как вы относитесь к моей идее перенести столицу в более теплые края?
Он обернулся на бодрый голос и увидел важного господина в сопровождении четырех крепких людей.
? Я генерал Параскун, ? протянул тот руку. ? Синоптики предполагают, что этот искусственный ледниковый период не закончится в ближайшие полвека. И нам не видать в Москве ни травы, ни сирени. А будут расти только мхи.
? Как в тундре, значит?
? Как в тундре.
? Может у инопланетян проснется совесть, и они нас обратно отогреют?
? Отличная шутка для телепередачи. Но их услуги наполовину оказываются медвежьими. Могли бы не так усердствовать со своими холодильными установками.
? Они так и не вышли на переговоры?
? Нет, ? генерал Параскун разочарованно покачал головой. ? Прилетели не поздоровавшись, и убрались, не попрощавшись. Спасибо, что оставили нам на первое время свои овощи, иначе нам было бы вовсе худо.
? Видимо, мы для них были слишком низкая раса, ? произнес Тимофей и рассказал, как небрежно в шахте пришелец наступил на руку умирающего Лазарука.
? Я как раз по поводу всей этой истории, ? сказал генерал. ? У меня есть к вам совет, который касается чрезвычайно деликатной и секретной темы.
? Совет? Я вас слушаю.
? Через пять дней состоится заседание ООН, на котором начнется международное расследование происшедшего. И, хотите вы того или нет, вас пригласят туда в качестве главного свидетеля.