Чтение онлайн

Никто не посмел упрекнуть его.

По возвращении, мы поняли, что не только запал, но и Кота потеряли тоже. Он вышел из электрички, и не попрощавшись и не оборачиваясь, быстро пошел в сторону дома. Нас с тех пор он категорически стал обходить стороной, словно в произошедшем была моя или Рольфа вина. На звонки не отвечал, в местах, где по вечерам собирается молодежь, не появлялся. Со временем от общих друзей стало известно, что ссылаясь на занятость, он даже перестал ездить на ту, любимую им дачу. Одни мы знали истинную причину, но молчали, как и договорились. Кот же, по словам тех самых друзей, с головой погрузился в свое хобби. Он еще со школы время от времени занимался фарцовкой в местах скопления интуристов. Сейчас же отдался этому занятию всецело. Но об этом я расскажу, когда Коту придет черед вернуться в нашу жизнь.

Рольф из первого неудачного похода сделал неутешительные выводы: мы слабые, неорганизованные, плохо укомплектованные.

Группу нужно усилить. Рольф не раздумывая, сразу же списал со счетов скисшего Кота, и если бы тот «отошел» и появился или позвонил, во второй раз в группу бы не попал. Такие слюнтяи и истерички могут подставить всех. Ребята нужны крепкие, адекватно понимающие и не обсуждающие поставленные задачи. Рольф хотел четкого распределения обязанностей и чуть ли не армейской дисциплины.

Группа должна быть оснащена и вооружена. Перочинные туристические ножи – «Детский сад», как назвал их обыскивавший нас в лесу «матерый», не годились даже хлеб порезать, и являли собой сущий позор. Мы с ними, кстати, так и вернулись. Нападавшие даже забирать их не стали и не обращали никакого внимания, что ножи у нас в кармане. «Детский сад» в общем, точно… Правда, Рольф не учел, что этот «позор» тоже отчасти сыграл нам на руку, когда той ночью мы выдавали себя за туристов.

Но главный и самый печальный вывод – он не смог проявить себя лидером, способным в любых обстоятельствах повести за собой. Если с первыми тремя пунктами все более-менее понятно, то на последнем стоит остановиться особо.

Повести за собой… Что это значило? В той ситуации – вернуться! За наше стояние на коленях, за это унижение, напавших нужно было наказать, а мы струсили! К счастью, себя Рольф не выгораживал и не отделял от нас с Котом. Я не разделял его мысли, и говорил, что: будучи дома, когда прокручиваешь назад всю картинку, легко быть героем. При этом хотелось добавить: «и лидером», но поскольку я не претендовал на это звание, то и Рольфа решил не нервировать. А там, в лесу, мы отступали все вместе, думая только об одном: скорее бы унести ноги. От страха и досады даже не разговаривая.

Рольф стоял на своем – за оскорбление они должны были ответить, а мы сбежали. Я говорил, что мы висели на волоске и надо благодарить их за наше спасение, а унижение – это съедающая его, теперь уже лишенная всякого смысла, жажда мести. Запоздалая, так не похожая на его не по годам взвешенные, мудрые решения, и так напоминающая беспомощную детскую обиду.

Мы были на грани ссоры.

Каким образом он собирался отомстить? Подкрасться к ним спящим, как это сделали они и перерезать горло саперками? Ну, это можно, и то с большой оговоркой, сделать с бультерьерами, если бы те все-таки пустились за нами в лес, увидев со своего кургана. Но и тогда, не уверен, что мы не понесли бы потери в драке с малочувствительными к боли собаками. А за убитых или искалеченных булей, нас бы расстреляли или закопали живьем. Сомневаться нечего – именно такой исход был самым вероятным.

Туристы, блин…

Сейчас могу предположить, что если бы произошло невероятное, и мы собрали волю в кулак, набрались смелости, и вернулись, то только за лопатами и палаткой. Такой поступок характеризовал бы нас как отступивших, но не сдавшихся, и прибавил уверенности в себе, тем более что вернуться пришлось бы без Кота. Но вступать в прямую борьбу с подготовленными и вооруженными мужиками нам, мальчишкам с перочинными ножами, было просто безумием! А главное: зачем? Забрать их находки? Но Рольф сам утверждал, что «копают они не там». Взять «шлак» – замки от ящиков, гильзы, пустые пулеметные ленты, вернее то, что от них осталось – рассыпающуюся в руках труху?

Оборудование, экипировка – вот главные, по мнению Рольфа, трофеи. Бинокль, фонари-прожекторы, возможно, металлоискатели и приборы ночного видения, с помощью которых нас, как мы догадались позже, и обнаружили. А чего стоила невиданная электронная карта – та светящаяся «записная книжка» указавшая правильное направление в ночном лесу! Недосягаемые в то время для нас вещи. Тогда мы даже названий таких не знали. Эти трофеи стоили риска. Но оправданного. На такое «дело» надо идти хорошо подготовленным, а не взятым перед этим спящим в плен. Да что говорить – все это выдумки!.. Хотя, может, и нет, ведь уже через несколько лет заматеревший, безжалостный Рольф ради подобного куша готов был еще и не на такое.

После этого неприятного разговора Рольф начал меняться на глазах. Он очень быстро оправился от потрясения, «выкинул из головы мешающую чепуху», как он сказал, и приступил к подготовке второго похода. О неудаче первого договорились никому не рассказывать.

Подготовка заняла немало времени. Стоит сказать, что в том году мы вышли лишь дважды. Тот первый, «удачный» раз в конце июня, второй уже в сентябре. Он выдался теплым, сухим, в такую погоду учиться совсем не хотелось.

За лето мы сблизились с Доктором – Сашкой Новгородовым. Каким ветром его занесло в наш технарь одному Богу известно. Его родители, оба врачи, хирурги; дед и умершая бабка, тоже были врачами; и потому в том самом сентябре Доктор не стал вместе с нами переходить на второй курс, а поступил на первый в медицинское училище. Уход из техникума только укрепил наши отношения. Ко второму походу Доктор стал для меня настолько своим, что я теперь даже не понимаю: как первый поход состоялся без него? Странно, что Рольф взял Кота, которого видел всего пару раз, и не обратил внимания на одногруппника. Оказалось не так. Внимание он обратил, и уже сделал кое-какие выводы. Поэтому тогда ему проще было взять незнакомого, чем того, в ком он хоть немного сомневался. А за Кота, в случае чего, есть с кого спросить. И не спросил лишь потому, что взял его сам, – я его не предлагал. Вскоре Рольф наступит на те же грабли – возьмет незнакомых, но уже по нашей протекции.

Мы с Доктором занимались приготовлением по хозяйственной части, которая заключалась в приобретении инвентаря, а Рольф был полностью сосредоточен на поиске информации. Видеться мы стали довольно редко – он постоянно где-то пропадал, не посвящая нас в детали. Нашими успехами тоже практически не интересовался, что не могло не огорчать. Сначала мы думали, что Рольф настолько нам доверяет. Но вскоре поняли, что, на самом деле, ему было совершенно все равно: достали мы что-то или нет. Он с такой самоотдачей готовился ко второму походу, что пошел бы и один, и в той же самой джинсовке, и в то же самое место.