Чтение онлайн

— Во-первых, вот это — очень твердый гранит, который может противостоять эрозии в течение тысячелетий, тогда как камни, использовавшиеся майя в их сооружениях, представляли собой известняк — материал сравнительно рыхлый и податливый. Во-вторых, растительность, которая покрывала эту каменную голову, выступала в роли своего рода естественной упаковки и тем самым защищала то, что под ней находилось, от воздействия окружающей среды. Поэтому данная скульптура вполне может быть очень древней. — Кассандра самодовольно похлопала ладошкой по каменному виску. — Более того, я даже уверена, что она была высечена из камня очень много столетий назад.

— Но кто мог ее создать? Об этом ты, наверное, даже понятия не имеешь.

— Ни малейшего, — на секунду задумавшись, ответила Кассандра.

— А вы, проф?

Профессор поднял руки и брови, наглядно давая понять, что ничего вразумительного по данному вопросу он сказать не может.

— Сеньорита Брукс отвергла мое предположение о финикийцах, а другого, боюсь, у меня пока нет, — пробурчал он.

— Ну что ж, — сказал я, пожимая плечами, — тогда придется признать, что ответа на этот вопрос у нас нет. Возможно, мы никогда и не сможем…

— Я знать, — раздался голос Иака.

Мы все трое повернулись туда, откуда этот голос донесся, и увидели, что туземец пристально смотрит на каменную голову. В выражении его лица чувствовались одновременно и страх, и благоговение.

— «Древние люди» делать, — убежденно заявил он. — Они делать этот каменный голова.

Несмотря на настойчивые возражения Кассандры, мы оставили в покое обнаруженную нами большую гранитную голову, так и не сумев придумать какое-либо более-менее правдоподобное объяснение тому, откуда она здесь взялась. Иак утверждал, что ее сделали «древние люди», однако это всего лишь добавляло нам еще одну неразгаданную загадку: а кто они были такие, эти пресловутые «древние люди»? Профессору пришлось взять Кассандру за плечи и напомнить ей, что мы представляем собой не археологическую, а спасательную экспедицию (пусть даже и не очень хорошо подготовленную), у которой имеется одна конкретная цель — найти Валерию. Все другие задачи следовало считать второстепенными, какими бы важными они ни казались.

По мере того как мы продвигались вперед, холмики и пригорки встречались все чаще и чаще, и все это более и более заинтриговывало нас. Кроме того, прямо перед собой мы увидели нечто такое, что поначалу приняли за своего рода плато и что в действительности оказалось, как мы заметили, подойдя поближе, вертикальным склоном очень длинного холма высотой в несколько этажей. Этот склон был расположен идеально перпендикулярно к дороге, по которой мы шли. Его покрывала густая растительность.

Дойдя до конца дороги, которая почему-то резко обрывалась перед этим вертикальным склоном, мы все четверо остановились, глазея по сторонам и пытаясь выяснить, а не сворачивает ли дорога в ту или иную сторону и не тянется ли она параллельно склону.

— Это тупик, — обескураженно констатировал я, уперев руки в бока. — Зачем кто-то стал бы строить дорогу, которая никуда не ведет?

— Мы, возможно, чего-то не заметили… — предположил профессор.

— А что мы могли не заметить?

— Ну, например, мы могли не заметить какое-нибудь ответвление, которое вообще не было видно и которое вело к руинам города Z, — стал рассуждать Кастильо, глядя по сторонам. — Нам казалось само собой разумеющимся, что эта дорога — главная, но мы, возможно, ошиблись. Мы сейчас, наверное, находимся в конце какой-нибудь второстепенной дороги.

Кассандра громко кашлянула в знак своего несогласия.

— Вы представляете себе, насколько сложно было построить каменную дорогу здесь, посреди сельвы? — сказала она, обводя рукой вокруг себя. — То, что вы заявили сейчас о какой-то там второстепенной дороге, это, простите за грубость, несусветная чушь.

— Неужели? — Профессор недовольно нахмурился. — А у вас есть более разумные предположения, сеньорита Брукс?

— Есть, — самоуверенно заявила Кассандра. — Мне пришло в голову одно предположение, причем довольно простое. А что, если мы… и так уже находимся в городе Z?

Профессор Кастильо прищурил глаза с таким видом, как будто он чего-то не расслышал, и, усмехнувшись, спросил:

— Что-что?

— А вы подумайте сами, — твердо произнесла мексиканка, показывая на дорогу, по которой мы только что прошли. — Мы протопали несколько километров по абсолютно прямой каменной дороге, с обеих сторон которой нам попадались холмики и пригорки, и они, судя по обнаруженной нами каменной голове, вполне могут быть скрытыми под слоем земли и растительности древними статуями или же небольшими зданиями. Лично мне кажется, что мы, сами того не замечая, шли по территории древнего города.

— А не слишком ли далеко все эти холмики находятся друг от друга, чтобы можно было предположить, что они — руины древнего города?.. — засомневался профессор. — Мне вся эта местность больше напоминает неухоженный парк, заваленный большими кучами земли. Я не заметил скоплений развалин, которые обычно встречаются в подобных случаях.

— В подобных случаях? — с иронией в голосе переспросила Кассандра. — Вы говорите серьезно? Уже одно то, что мы обнаружили в пятистах метрах отсюда, представляет собой нечто необыкновенное! Мы всего лишь поковырялись здесь в растительности и земле — и нам уже понятно, что в истории Южной Америки предстоит написать новую главу. У нас нет ни малейшего представления о тех, кто здесь жил. — Кассандра, тараторя, снова обвела рукой вокруг нас. — Откуда они сюда прибыли и почему они построили то, что мы видим сейчас, посреди этой сельвы? Возможно, им не нравилось возводить большие сооружения, у них не было храмов, и они создавали все — кроме статуй — из дерева и глиняных кирпичей, а потому от их построек ничего не осталось. В общем, мы не знаем о них ничегошеньки, профессор, а потому считать, что то, что мы видели, не является руинами города, потому что оно не похоже на руины Парфенона, было бы с нашей стороны недопустимым высокомерием… чтоб не сказать как-нибудь по-другому.

Касси, слегка подустав от своих разглагольствований, замолчала. Молчал и профессор: он, видимо, опасался снова вызвать негодование эмоциональной мексиканки.

— А что скажешь ты, Иак? — осведомился я у нашего проводника, решив узнать и его мнение. — Как, по-твоему, та местность, по которой мы только что шли, — это и есть Черный Город «древних людей»?

Голубоглазый индеец пожал плечами и фыркнул.

— Я не знать, — сказал он, — но легенда говорить про большой город, какой никогда никто не строить раньше. Легенда говорить, что вожди из все деревни приходить посмотреть большие храмы и поклоняться их боги в течение долгий время.

— Если это и в самом деле было так, — сказал профессор, косясь на Кассандру, — то вряд ли этот город был построен из дерева и глины.

— Я не стала бы делать столь поспешного вывода, — возразила Касси, не желая отказываться от своего мнения. — То, о чем говорит Иак, всего лишь примитивная местная легенда.

— Ну да, примитивная местная легенда, — улыбнулся я, взглянув на все это с юмористической точки зрения. — Но если разобраться, то как раз из-за этой легенды мы сейчас и находимся здесь, разве не так?