Чёрный ирис
Шрифт:
Ничего уже не чувствуя и не понимая, превратившись лишь в мгновения между биением сердца, я равнодушно и словно бы со стороны взирала на то, как разбегается моя кровь по тонким бороздкам пола и стен. Уже даже потолок был охвачен искусными узорами. Наверное, и снаружи начал проступать этот рисунок ускользающей жизни.
Но вместе с жизнью меня покидал и мой дар. Ускользал незаметными искорками вместе с алыми каплями. И я знала, нужно продержаться совсем немного, остались лишь крохи, и сердце мира вновь забьется…
А моя душа уже потихоньку растворялась в посмертии. Пусть Джабраил и сулил ужасы, но я не чувствовала ни боли, ни страха – вообще ничего. Исчезли все ощущения, мое сердце билось все реже…
Удар сердца… И меня будто бы вознесло над алтарем. Я видела свое безжизненное тело, и нестерпимо сияющие алыми узорами стены храма…
Еще удар… Зехир резко стащил меня с алтаря… Пытался остановить кровь, но никому это было не по силам… Резко сжал ладонью лезвие своего ятагана, и его багровая кровь смешивалась на холодном камне с моей, стремясь поскорее покинуть своего обладателя… Зехир прижимал меня к себе второй рукой, что-то судорожно шептал, но я уже ничего не чувствовала и не слышала…
Больше удара не последовало… В последний миг замерев, мое сердце перестало биться.
Свершилось проклятье джиннов. Я исполнила свое предназначение.
Черная предсказательница умерла.
Эпилог
– Мама? – растерянно пролепетала я. – Мамочка!
Со всех ног кинулась к этой прекрасной женщине, протягивающей мне руки.
– Сария, дитя мое, - ласково прошептала она, обнимая меня, - что же ты плачешь?
– Мама, я так мечтала о тебе, всю жизнь мечтала… - всхлипывала я, не в силах удержать слез. – Умоляю, не оставляй меня больше!
– Я всегда была рядом, девочка, - она тепло улыбнулась, - каждое мгновение твоей жизни. Пусть ты не видела меня, не чувствовала, но я все равно всегда была рядом. Никого из своих детей я никогда не оставлю одного.
Я робко подняла на нее глаза. Ею можно было любоваться вечно. Прекрасная, она излучала свет куда ярче и теплее того, что заливал все вокруг. Хотелось так и нежиться в этом умиротворяющем сиянии. Всю вечность. Теперь у меня не было последнего мига, как не было больше смерти.
– Пойдем? – с надеждой прошептала я.
– Пойдем, - она кивнула, взяла меня за руку.
Но я не смогла сделать и шага. Будто бы что-то держало меня. Пусть хрупкое настолько, что я в любой момент могла эту связь оборвать, но все же весьма ощутимое.
– Что это? – я обернулась. Но позади был все тот же теплый свет, что и вокруг.
– Это? – она понимающе улыбнулась. – Это твоя жажда жизни.
– Но я не хочу жизни!
– я испуганно замотала головой.
– Я хочу остаться здесь, с тобой! Великая богиня, мама, ты же не прогонишь меня?
– Не в моей воле вершить судьбу своих детей, - она покачала головой. – Только ты можешь решить, что будет дальше.
Я замерла в недоумении. Искрами в сознании вспыхивали мгновения моей жизни, до самого последнего…
– Зехир… - выдохнула я в панике. – Он же остался там… А если ифриты… А если…
– Ифритов больше нет, Сария, - Матерь Природа покачала головой. – Эти несчастные жертвы чужих мечтаний не могли выжить в том будущем, которое создает Сиапех. Они исчезли в тот же миг, когда храм ожил.
– Значит, все получилось, - я слабо улыбнулась. – И все было не зря. Даже моя смерть…
– Не твоя смерть оживила храм, дитя мое, - великая богиня ласково погладила меня по волосам. – Ведь не было твоей вины в том, что когда-то Сиапех омертвел. Существовал лишь один способ вновь вернуть ему силу. Мои дети должны были доказать, что достойны этой милости. И они доказали. Джинн и человек пожертвовали своими жизнями. И пусть Джабраила вела лишь забота о счастливом будущем своего сына. Как и Зехир лишь надеялся, что так сможет спасти тебя. Ни один из них не думал об общем благе других. Но, что уж тут поделаешь, таковы мои дети, - она с теплой улыбкой развела руками.
– Но ведь Зехир не умер, правда? – испуганно пролепетала я.
– Еще нет, дитя мое, но он не станет жить без тебя.
– Но ты же можешь что-нибудь сделать! – я в панике схватилась за голову. – Переубеди его, дай ему какой-нибудь знак…или…или…я не знаю… Но пусть он живет! Пусть будет счастлив! Пожалуйста!
Матерь Природа печально улыбнулась.
– Он молил меня о том же. Только просил для тебя. Там, в храме Времени, обнимая тебя в последние мгновения твоей жизни, он впервые обратился ко мне… Но я не могу ничего сделать, Сария. Покинув ваш мир, я даровала вам свободу решать все самим. Я не могу. Но ты можешь.
– Но я ведь мертва, я знаю, - я не сдержала горькой усмешкой. – Что тут теперь изменишь.
– Да, ты мертва. И даже мне не по силам оживить последнюю предсказательницу. Ты родилась с клеймом и предназначением стать той силой, которая побудит моих детей искупить свою вину. Все свершилось, и ты здесь. Ты мертва. Но мертва предсказательница, - великая богиня не переставала ласково улыбаться. – Не человек.
– Я не понимаю…
Она едва уловимо коснулась знака рода Атрийена на моей руке.
– Вы завершили обряд второго рождения, и ты стала человеком. Но от предназначения ты тоже избавиться не могла. И сейчас в храме Времени в тебе умерла предсказательница. Но человек еще таит жизнь, потому и существует еще эта хрупкая связь, что удерживает тебя там и не дает уйти со мной.
– Так я…я могу вернуться? – никак не могла в это поверить.
– Выбор лишь за тобой.
– Но я ведь увижу тебя еще когда-нибудь?
– Непременно, дитя мое. Но еще очень и очень нескоро, - Матерь Природа едва уловимо поцеловала меня в лоб на прощанье. – Я знаю, что ты решила, девочка. Возвращайся. Он ждет тебя.