Чтение онлайн

— Вот она, эта уходящая глубоко под землю, мощная крепость. На каждой из этих четырех небольших гор находится форт. Форт Сентро стоит на вершине Сахарной горы, а из Тюбетейки просматривается подножие Плечевой горы.

На карте появились три красных куба — три на горе Таблетка, по одному на Красной и Выступающей, два — на Плечевой горе. Затем следовала Тюбетейка, примостившаяся на утесе под названием Голова, а еще выше, поднимаясь над всеми остальными, — могучий Сентро, вырытый в Сахарной горе.

— Во впадине — вход в само поместье, которое полностью находится под землей. Никому еще на этой планете не удавалось проникнуть в тайны этого сооружения, — сказал молодой Прауд и с самодовольной улыбкой добавил:

— Кроме меня, конечно.

Ганвик посмотрел на него, совершенно потрясенный.

— Так вы что же, знаете, где расположены погреба?

— Пока мы установил и местонахождение лишь нескольких из них. За остальным фарамолом придется охотиться еще более тонкими методами.

— Это просто гениально, мессир Фандан.

— Благодарю вас, мессир. Я бился над этой загадкой много лет и в конце концов подобрал к ней ключик. Когда-нибудь, возможно, я расскажу вам об этом подробнее. Ну а сейчас… — Он снова повернулся к топографической карте. — Проектируя крепость, Аунчус Бутте исходил из того, что атаковать это место возможно лишь со стороны Сливерари. Высадка десанта в долинах, за Сахарной горой — чрезвычайно рискованная операция. А потому он разместил взлетно-посадочную полосу именно там, в долине Торонодо.

У отрога горы, на берегу одной из стремительных горных речек, появилась зеленая линия.

— Мы держим это место под обстрелом, мессир, — быстро заговорил Ван Рельт. — После полудня туда никто не мог проникнуть, так же как и выбраться оттуда.

— И правильно делаете. Но не об аэродроме нам нужно думать сейчас в первую очередь. Наверняка силы быстрого реагирования постараются атаковать нас на открытой местности. Мой противник всегда с удовольствием шел на сложные тактические маневры. Марш-броски, обманные ходы, внезапная атака с фланга — вот его излюбленные приемы. Грация и акробатика. Ну а мы вцепимся в него мертвой хваткой и станем рвать на части… — Он заговорил каким-то странным, утробным голосом и вдруг замолк, снова стараясь взять себя в руки. — Как видите, Шевде, события развиваются по заранее отработанной схеме. Противник убежден, что мы ищем погреба, набитые фарамолом.

— Но ведь так оно и есть!

— Да, мы действительно их ищем, но прежде чем забраться в погреба, нужно разбить их отряд быстрого реагирования. А уж потом, спокойные за свой тыл, мы разделаемся с Бутте и вычистим поместье. Помните, чтобы найти весь фарамол, потребуется время. Пещеры, что под горой, тянутся на многие километры. Пора нам приводить в действие ловушку. Пусть неприятель высадится — мы уничтожим его там, в лесах Сливерари.

Внутри поместья Бутте теперь безраздельно властвовал генерал Хаос. Членов клана охватила повальная истерия.

Во время жестоких боев в лесах Сливерари сторожевой импи потерял четыреста фейнов. Еще пять сотен лежали теперь в палатах лазарета или на носилках в коридоре. Там же находилось примерно триста раненых людей, ожидающих, пока окажут первую помощь всем фейнам — так было заведено в этом клане.

Внутри поместья перепуганные люди сновали между погребами и взлетной полосой.

В поместье оставалось немногим более тысячи фейнов, способных защищать крепость, — все это были измотанные в неравном бою части. Крепость взывала о помощи, и ее услышали — к ним весь день прибывали самолеты с Бутте, не побоявшиеся зенитного огня командос.

Одной из первых прилетела на старом, грохочущем «Хамберде» Армада Бутте. Это была вполне зрелая женщина, уже перешагнувшая семидесятилетний порог и состоящая в счастливом браке с Таном Убу, бывшим первым помощником заместителя посла Флера Кевилла.

Эта женщина до сих пор сохранила воинственные инстинкты, которые не ослабили ни пятьдесят лет мира, ни рождение ребенка. Узнав о нападении на крепость. Армада тут же схватила автомат и бросилась к самолету. Ее муж и старший сын незадолго до того отправились на охоту в низины. Оставив им письмо. Армада пролетела на своем «Хамберде» пятнадцать тысяч километров, чтобы присоединиться к защитникам поместья.

И застала его обитателей в полном смятении. Отвратительнее всего было то, что большинство Бутте, прилетевших до нее, тут же устремились к личным погребам и, выудив все их содержимое, удрали восвояси. Лишь горстка новобранцев осталась защищать крепость.

Она долго не могла разыскать своего отца, Рогниуса, номинально командующего Вооруженными Силами Бутте. В конце концов ординарец посоветовал ей посмотреть в Сентро, и она на скоростном лифте поднялась на самую вершину четырехкилометровой горы и, пройдя по нескольким трапам, оказалась на командном пункте.

Отец ее стоял на коленях перед разбитым компьютерным пультом и исступленно молился:

— О Боже Всемилостивый, спаси нас от машин, которые мы создали, освободи нас, поддержи нас в этот трудный час, ибо, заключив Мир Агнцев, мы предали себя в руки Твои…

Армада почувствовала вдруг жгучую ненависть ко всем, кто входил в пацифистское движение Мир Агнцев. «Кретины.., они развалили нашу оборону, а теперь Рогниус молит о помощи…»

Она осмотрела компьютер. Клавиатура была разбита рукояткой револьвера — он валялся на полу возле Рогниуса. Прежде чем прервать бессмысленное бормотание отца, она задумчиво подобрала револьвер. Рогниус тут же обратил свой гнев против нее.

— А, вот она, моя младшая доченька, порвавшая с Церковью, неблагодарное создание, атеистка, разбившая отцовское сердце. Теперь, когда все рушится, ты явилась сюда, чтобы позлорадствовать?

— Отец, думаю, мне следует взять командование в свои руки, — проговорила она холодно.

Вот уже пятьдесят лет они с отцом находились в разладе.

Странные события, положившие конец Великой Войне, у большинства Бутте вызвали совершенно иррациональную реакцию. Они полностью отгородились от реальности, включавшей в себя и Аризелей тки Фенрилль. Стремясь сократить свою зависимость от коренных обитателей принявшей их планеты, они начали отказываться от фейнских импи. Замкнувшись внутри Церкви Христа-Космонавта, они всячески препятствовали проникновению в свою среду знаний, не вписывающихся в систему их догм.