Чтение онлайн

Ответ не заставил себя ждать.

Матильда и ее старший сын были переданы людям короля. А Вильям де Браоз тем временем, не удержавшись в Уэльсе, был вынужден бежать во Францию.

Матильду и ее сына везли в Виндзор.

Что ее там ожидает? Тюремное заключение? Баронесса повторяла себе, что королю не удастся ее запугать. Нет, она совсем его не боится. Джон — трус, а выказывать страх перед трусами не следует. Так говорила она своему сыну.

Во времена саксонцев Виндзор был известен под именем Виндлсофра, или Виндлшора, то есть Извилистые Берега. Дело в том, что Темза текла здесь весьма причудливым образом, петляя по долине. При Эдуарде Исповеднике здесь находился королевский двор, а Вильгельм Завоеватель построил в Виндзоре замок, как, впрочем, и в других английских городах. Сын Вильгельма Генрих I возвел в Виндзоре храм и обосновался здесь со своим двором.

Джон ждал пленников с нетерпением, радостно потирая руки. Теперь, моя гордая леди, думал он, вы прикусите язык и не станете больше болтать обо мне всякие гадости.

Он стиснул зубы. Уж, во всяком случае, живой Матильда отсюда не выйдет.

Король велел сразу же привести к нему Матильду и ее сына. Джон отметил, что у Вильяма-младшего вид слегка испуганный, но женщина держится гордо, с вызовом. Жаль, самому барону удалось ускользнуть. Но ничего, самый опасный враг — Матильда. Это она заварила всю кашу, она подбила мужа на измену.

Джон велел страже удалиться, так как боялся, что Матильда при посторонних вновь начнет тыкать ему в глаза убийством Артура. Другая на ее месте в подобных обстоятельствах притихла бы, но от Матильды де Браоз можно было ожидать чего угодно.

Джон развалился в кресле, разглядывая стоявших перед ним пленников.

— Ну, вот мы наконец и встретились, — язвительно начал он. — Клянусь ухом Господним, я долго ждал этого дня. Вы много путешествовали, миледи, — Уэльс, Ирландия, Шотландия.

— Не по своей воле, милорд. Я бы предпочла жить в своих замках, которые вы у нас отобрали.

Какая дерзость! Если б Джон не боялся этой женщины, он, пожалуй, даже восхитился бы ее смелостью.

— Ничего, теперь вы отдохнете у нас в Виндзоре, — сказал король. — Рад таким гостям.

Последнее слово он произнес с особым нажимом. «Не человек, а сатана, — подумала Матильда. — Он убьет нас так же, как убил Артура».

— Полагаю, вы разделяете мои чувства, — насмешливо улыбнулся Джон, а когда Матильда не ответила, повысил голос. — Не слышу ответа, миледи. Когда к вам обращается король, вы не смеете молчать.

— Не думала, что вы ждете ответа, милорд. Ведь он очевиден.

— Значит, вы не рады быть моей гостьей, — констатировал Джон. — Я знаю, вы женщина откровенная, так что можете не стесняться.

— А я и не стесняюсь. Я не из тех людей, кто говорит одно, а думает другое.

— Знаю, знаю. Известно об этом и вашему мужу. Вы сильная женщина, миледи.

Матильда слегка поклонилась.

— Вот вы стоите передо мной, — продолжил король, — зная, что возводили на меня хулу. Любой на вашем месте трясся бы от страха.

— Я говорила чистую правду. — А это, сударыня, решать не вам.

— Нет, милорд, решать будут люди.

— Да вы несносны! — взорвался Джон.

Матильда знала, что смотрит в лицо смерти, но, беззаботно дернув плечом, сказала:

— Мои слова оскорбили вас, но мне до этого дела нет — ведь я говорила правду. А если я вас оклеветала, то где же Артур Бретанский?

— Вы не в том положении, чтобы задавать мне вопросы! Не забудьте, что вы моя пленница. Вы и ваш сын в моих руках, а ваш муж сбежал, бросив вас на произвол судьбы.

— Нет, — возразила Матильда, — нас разлучила беда. Вильям не тот человек, чтобы покинуть жену в злой час.

— Вы противоречите каждому моему слову!

— Я всего лишь отстаиваю правду.

— Смело, очень смело. Однако советую вам, миледи, поберечь смелость — она вам еще понадобится.

— Я это знаю. Мои уста произнесли вслух то, о чем думает вся Англия — с той самой ночи, когда исчез Артур. Вам не удастся сохранить грех в тайне.

Джон крикнул:

— Стража! Взять этих двоих и отвести в темницу. Я решу, как с ними поступить.

Матильду и ее сына увели прочь. Напоследок, гордо вскинув голову, она метнула на короля испепеляющий взгляд и губы ее прошептали: «Убийца».

Какую же кару для них придумать? Когда Джон вспоминал Матильду, его начинало трясти от ярости. Но необходимо сохранять трезвость рассудка, ведь Вильям де Браоз все еще на свободе. Можно себе представить, какой шум он поднимет, если его жене выколют глаза и, что было бы еще справедливее, вырвут язык. С Джона достаточно и призрака убиенного Артура. Проклятый Артур! Никак от него не отвязаться! Бароны перешептываются по углам, замышляя недоброе. Осторожность и еще раз осторожность!

Однако живой Матильда де Браоз из Виндзора не выйдет — это решено.

— Заковать обоих в кандалы, — приказал Джон. — Пусть сидят в одной камере.

Он улыбнулся, представив, как мать и сын будут медленно умирать, видя муки друг друга. Приказ короля был немедленно выполнен.

Каждый день Джон вспоминал об узниках с наслаждением. Каково им там, в сырой темнице? Пищи Матильде и ее сыну не давали. Даже такая сильная женщина без пропитания долго не проживет.

Просыпаясь утром и садясь завтракать, король с особым аппетитом лакомился сочным мясом и сдобными пирогами. Его согревала мысль о том, что гордая Матильда и ее сын умирают от голода.

Через две недели король велел стражникам спуститься в темницу. И мать, и сын были мертвы. Судя по всему, Вильям-младший умер первым, а его мать, обезумев от голода, грызла зубами плоть сына.

Когда Джону об этом рассказали, он долго смеялся.

Достойный конец для гордой Матильды! А также хороший урок для всякого, кто посмеет обвинить короля в убийстве племянника.