Черный тан
Шрифт:
– Что ты здесь делаешь под дождем? Ты же знаешь, что потом у тебя все будет болеть, Трисси?
Риган пришла по тропинке за конюшней, а он был так поглощен своими мыслями, что не услышал ее шагов. Отведя пони в стойло и накрыв попоной, Тристан рассказал сестре о приезде Сандро.
– Итак, они решают твое будущее, а ты здесь. Почему?
– Я… я просто жду. Им нужно время… – Она взяла его за руку и посмотрела в глаза.
– Ты имеешь полное право, Трис, принимать собственные решения, – твердо сказала девушка. – Пошли.
Когда они вошли в дом, Талискер и Сандро повернулись и посмотрели на Тристана. Сандро даже не сразу поприветствовал Риган, хотя улыбнулся ей натянутой, слегка небрежной улыбкой. Риган, привыкшая быть в центре внимания, вздернула подбородок.
– Что происходит, папа?
Она крепко сжала руку брата.
– Проходите и садитесь, – вздохнул Талискер. – Существуют вещи, о которых вам следовало рассказать давным-давно. А теперь меня заставляют это сделать обстоятельства. Мне очень жаль, но кое-что может потрясти вас.
Тристан сел рядом с отцом, а Риган – с Сандро. Оба выжидающе смотрели на Талискера. который от волнения тяжело вздыхал.
– Хотелось бы мне, чтобы здесь была твоя мама. Она хорошо справлялась с подобными вещами…
– Что произошло? – потребовала ответа Риган. Талискер собрался с духом.
– Это касается тебя, Трис. Мы… Уна и я. – не настоящие твои родители, мы усыновили тебя. Уна была акушеркой и присутствовала при твоем появлении на свет. Твоя настоящая мать умерла во время родов. Отец…
Он замолчал, не находя в себе сил сказать горькую правду сыну. Сандро сделал большой глоток пива и договорил за Талискера:
– Твой отец был плохим человеком, Тристан. Он ничего не знал о твоих физических проблемах и отказался от ребенка при рождении. Уна пообещала твоей матери, прежде чем та умерла, что позаботится о тебе, так она и сделала. Уна принесла тебя в этот дом, чтобы вместе с Дунканом заменить тебе родителей.
Прошло много времени, прежде чем до Тристана дошел смысл сказанного. Тишину нарушали только тихое потрескивание поленьев в камине и легкий шелест дождя по крыше. Риган наклонилась через стол и взяла брата за руку.
– Это все не имеет никакого значения, Трис, – сказала она спокойно. – Мы твоя семья и любим тебя, вот что главное.
Трис ничего не сказал; отблески огня отражались в невыплаканных слезах в его глазах. Риган повернулась к отцу.
– Зачем ты ему сейчас рассказал об этом? – резко спросила она. – Какое все это имеет значение? Не стоило вспоминать о давно прошедшем.
Талискер обычно сдержанно себя вел, и его непросто было разозлить, однако сейчас в его голубых глазах сияла такая ярость, какой Сандро не видел у него много лет.
– Ты что, думаешь, я все это свалил на ваши головы без причины? Ты всегда предполагаешь самое худшее, Ри, не правда ли? Ты никогда не перестанешь считать, что я…
– Есть что-то еще? – сухо поинтересовалась девушка, нисколько не обращая внимания на гнев отца.
– Да. Пять лет назад отец Тристана на смертном ложе признался Ибистер, правительнице Сулис Мора, что он отрекся от сына.
– А какое отношение ко всему этому имеет Ибистер? – удивилась Риган.
– Мама Тристана была ее младшей сестрой. У самой правительницы не было детей, поскольку она никогда не выходила замуж. А значит, Трис по рождению является законным наследником трона Сулис Мора.
Риган и Тристан в один голос ахнули и недоверчиво уставились друг на друга. Риган первая расплылась в широкой улыбке.
– Мой брат будет правителем Сулис Мора! – радостно воскликнула она.
– Нет, – покачал головой Талискер. – Твой брат уже является правителем Сулис Мора. Ибистер умерла две недели назад.
Опять последовала долгая пауза, потом заговорил Тристан. Его губы дрожали, и ему с трудом удавалось сохранять спокойствие, Дункану и Сандро голос мальчика в тишине большой комнаты показался совсем детским.
– Что же теперь будет, отец?
– Сандро сразу после кончины Ибистер выехал к нам сюда. Она оставила завещание, где говорится, что наследник ты. Так что сразу после похорон будет выслан эскорт, чтобы доставить тебя в Сулис Мор. Другие таны прибыли на церемонию похорон и останутся на твою коронацию. – Талискер нервно сглотнул слюну, его переполняли эмоции. – Тебе придется уехать и стать таном, Тристан. Как оказалось, тебе это право принадлежит по рождению.
– Папа, ты ведь поедешь со мной, правда?
По голосу Тристана можно было понять, что он догадался, каков будет ответ отца, еще до того, как закончил вопрос. Талискер подошел к камину и, облокотившись на полку, смотрел на огонь, не говоря ни слова.
– Нет, Тристан, отец не поедет с тобой, – вмешался Сандро. – В Сулис Море произошли ужасные события с нами обоими и со всеми воинами, участвовавшими в заключительной битве…
– Но ты ведь вернулся туда, – нахмурилась Риган. – И остальные воины должны оставаться в городе…
– Я не вернусь туда, Риган, – сказал Талискер. Девушка тут же вскочила, опрокинув стул.
– С Тристаном там может случиться все что угодно! – выкрикнула она. – Люди могут не захотеть, чтобы он был их правителем. Его могут убить. Ты собираешься оставить сына один на один с судьбой? Что бы сказала мама – твоя драгоценная Уна, – если бы узнала, что ты оказался трусом?
Не дожидаясь ответа, Риган побежала к выходу. Перед тем как выскочить за дверь, она повернулась. Ее лицо было искажено яростью, по щекам градом катились слезы, но Риган их не замечала.
– Ты трус! – выкрикнула она.